Страница 686 из 714
Глава 15. Ухудшение обстановки
Назвать это место блокпостом можно было лишь с большой натяжкой.
Оно представляло собой два небольших глиняных одноэтажных здания, да какой-то бесхозный сарай без крыши. Как раз между ними и проходила дорога ведущая в сторону Дамаска. На границе зданий был установлен примитивный, сваренный из ржавых труб шлагбаум со знаком требования остановки.
Видно было, что пост ранее был заброшен, но недавно вновь занят армией.
За зданиями стояло два стареньких пикапа, один с пулеметом Калашникова, а другой с пустым кузовом, видимо для быстрой перевозки личного состава. Имелаь одна укреплённая огневая точка из мешков с песком, десять человек вооруженной охраны и один офицер. Правее разместилась небольшая деревянная вышка с флагом Сирии и столб с прожектором. Справа и слева вразнобой лежало несколько больших бесформенных камней — чтоб нельзя было объехать блокпост с обочины. Впрочем, если захотеть, можно объехать и дальше — место-то открытое. Вокруг одни степи, никаких заборов не напасешься. А когда ты на внедорожнике, дорогу можно проложить где угодно. Это в Афгане — горы, а тут степь да пустыня, насколько глаз хватает.
Когда сирийцы убрали дымящиеся обломки Джихад-мобиля и тела погибших от прошлого взрыва, я велел им перенести шлагбаум метров на восемь вперёд, за границы поста. Помимо этого, по моему указанию они значительно увеличили вес металлической конструкции с помощью обвеса из мешков с песком, проволоки и кусков отсевного блока. Но главное — это снарядить его минами, лучше всего, противотанковыми.
Задумка проста — если очередной шибко умный мусульманин-камикадзе, верхом на пикапе вдруг надумает взорвать себя, а заодно и тех, кто обеспечивает контроль над этой дорогой, он налетит на минный шлагбаум. Рванет так, что мало не покажется. При этом транспортное средство будет остановлено до того, как въедет на территорию блокпоста и взорвется там, где эффект от взрыва будет минимальным.
Именно потому сам минный шлагбаум и выносится вперёд, чтоб минимизировать последствия возможного взрыва.
Ничего нового здесь в моем предложении не было, зато эффективность доказана не один раз, причем как раз здесь же, в этой арабской пустыне. Только через тридцать лет. Конечно, можно было бы ограничить проезд и с бетонными блоками, но тут сами собой напрашивались две причины, почему это неудобно.
Во-первых, в те годы в САР были проблемы с бетоном. Все три построенные Советским Союзом цементных завода не функционировали уже пару лет, потому что находились в районах не контролируемых войсками президента Асада. А во-вторых эти бетонные блоки было сложно перевозить. А ну сейчас придет команда переехать километром севернее, как их перемещать? Грузовиков не напасешься, кранов особо-то и нет. А руками… Тяжело. Впрочем соседние с арабами египтяне как-то же пирамиды без кранов построили…
Дополнительный минус — тяжелые бетонные блоки постоянно приходилось бы двигать. Транспорт по дорогам ходит разный, в том числе и грузовики, а потому проложенная «змейка» не всегда будет проходима.
Именно ввиду всех этих нюансов минный шлагбаум отличное, возможно даже единственно подходящее решение для подобных случаев. Его также легко разобрать и перевезти на другую точку.
Сирийскому офицеру моя идея очень понравилась. Дело оставалось за малым — проинструктировать свой личный состав, чтоб у самого шлагбаума теперь не находился, особенно в условиях, при которых приближается неизвестный одинокий транспорт.
По окончании работ, занявших чуть более двух с половиной часов, тот связался со своим командованием и все им доложил. Ответ был положительным, более того кто-то из сирийских полковников в ближайшее время собирался приехать и посмотреть на удачное решение проблемы с участившимися случаями применения джихад-мобилей.
По возвращении в гарнизон, я доложился полковнику Калинину.
— Молодец лейтенант! — довольно ответил тот. — Хорошо придумал! Просто и эффективно. Советских противотанковых мин, ТМ-62 у сирийских вооруженных сил на вооружении полно, вот и пусть оснащают. Территория большая, блокпостов много. Недели за три закончат. Думаю, боевики тоже далеко не сразу догадаются, что их тактика перестает быть эффективной. Ещё раз повторюсь, молодец, Громов!
— Служу Советскому Союзу! — спокойно ответил я. — Ещё задачи будут?
Несколько секунд было тихо. Только работал вентилятор на столе.
— Хм… Так, значит, вот что… — Калинин сел за свой рабочий стол, взял какой-то документ в руки. — Секретами ты заниматься не будешь, найдем другого офицера. Ты, Громов, изначально сюда для другого рассматривался. Что у нас там сейчас? Обед? А в три часа поедешь со мной на второй объект развертывания. Неделю назад, через порт Тартус в Сирию прибыли советские модернизированные ЗРК С-200, под экспорт.
— И что там?
— Сейчас завершается второй этап монтажа, не за горами ввод объекта в строй. На месте будет сирийский Мухабарат, представители сил ПВО Сирии. Естественно, дыр хватает. Утечки случаются все чаще и чаще. Боевики спят и видят свергнуть действующее правительство и найти компромисс с Израилем… Еще и ЦРУ подливает масла в огонь, сует свой нос туда, куда не просят. Но тебе я так скажу, не вникай в эту грязную политику. Тут сейчас сам черт не разберется. Твоя задача и задача остальных обеспечить мне безопасность. Это ясно?
— Все предельно ясно! — кивнул я.
— Хорошо, я рад что ты меня понял. А пока свободен. Да, кстати, обратись к Окуневу, на складе получишь защиту и оружие. Политика в республике быстро меняется и скоро сложится так, что придется всем нам переодеваться в военную форму. Конспирация эта уже ни к чему.
Я кивнул и покинул его кабинет.
Ну да, на блокпост я ездил в сирийской форме без защиты и без оружия. Но оно и не требовалось — сверхсрочников, да солдат-сирийцев с оружием хватало.
Сначала отправился я в столовую. Время обеда — свободных столов не было, поэтому получив на раздаче пару тарелок с едой, я подсел к двум прапорщикам. Оба возрастом около тридцати, постарше меня. Форма наша, старая.
— Разрешите, присяду? — спросил я.
Те окинули меня взглядом, кивнули.
— Недавно здесь, да лейтенант? — поинтересовался один. — Мы тут давно, всех знаем.
— Вроде того. Только из лазарета вышел.
— А это, случайно, не ты капитана Копчёнова с простреленной ногой притащил?
— Было дело. А что?
— Просто интересно… — они вдруг переглянулись. Будто бы что-то решили. — Что-нибудь купить есть желание?
— Например? — поднял я бровь.
— Ну, вещи… Электронику! В Союзе такого не купить! Парфюмерия, качественная и стойкая — не поверишь! Кальяны, платки, изделия из кожи! Да много чего есть. Так как, интересует?
Я невольно усмехнулся.
Ну ты посмотри, ничего в этой стране не меняется, а… Что через тридцать лет здесь будут наши же российские барыги, которые задешево скупают у местных арабов все подряд, а потом продают своим же, но уже с наценкой в два, а то и три раза. Опять же, кому война, а кому мать родная. В Афгане таких товарищей тоже полно было, особенно там, где боевые действия уже прошли и с местными более менее выровнялись отношения. Командование это частично пресекало, но разве ж уследишь за всеми… А тут, видимо, торгуй — не хочу.
Сейчас что-то подобное и происходило — мне попытаются втюхать товар, который при необходимости я и сам могу приобрести, но чуть позже и уже по нормальной адекватной цене. К качеству товара к ним вопросов нет, а вот к стоимости, очень даже. Не просто же так у меня интересовались, новый я человек в гарнизоне или нет.