Страница 605 из 714
Нам со связистом требовалось пройти четыре с лишним километра по сложной, горной местности. Это и спуски и подъемы, карабканье по скалам. На себе несли около пятидесяти килограмм груза, поделили его между собой. У Герца из тяжёлого только радиостанция с батареями, да СВД с ночным прицелом. А у меня один только гидрокостюм весил, как армянский арбуз.
— Макс, а как так получилось, что тебя с учёбы выдернули и к нам? — между делом негромко поинтересовался Артёмов.
Секретов от своих у меня не было.
— Я знал, что так будет. Ещё перед тем, как уезжать в Краснодар, у меня был разговор с полковником по поводу этого задания. Тогда ещё не так все раскрутилось, поэтому тот все проанализировал и решил, что я не нужен. У нас в группе все одинаково подготовлены, любой мог быть назначен. Ну и с его слов, наверху просто не поверили, что духи добрались до законсервированного бункера, неправильно оценили степень угрозы, а потому просто проигнорировали добытые нашим Кэпом материалы. Как по мне, так это большая глупость. А после, уже в конце декабря, на погранзаставу, где я находился напали духи, причем очень организованно. Намеревались применить БОВ, но я чисто случайно оказался в нужное время и в нужном месте, вывел из строя их артиллерию до того, как они воспользовались миномётами. Там же обнаружил газовые гранаты — их делали на этом объекте, судя по той информации, что до меня дошла. Контрразведка хотела меня завербовать, чтоб я им в этом вопросе с аналитикой помог, но я не дался. Сам понимаешь, КГБ и ГРУ хоть и могут работать вместе, но все же по отдельности… А через неделю Хорев вызвал меня в Асадабад и все рассказал. Как-то так я здесь, рядом с тобой и оказался.
— Ясно…
— Может, слышал что-то интересное, пока меня не было?
— Ну… Как раз перед тем, как Снегирев, Урду и Шут отправились на задание, я слышал, как полковник пробивал по всем направлениям, чтобы участвовала непременно наша группа, мол, другие не справятся! Ну, получилось, что они тоже не справились, потому что операцию планировал Снегирев, а у него мозги совсем не те… Опыта не было, все делал как-то не так. Знаешь, сам факт того, что теперь полковник подтянул тебя, уже говорит о многом. И черт возьми, я рад, что мы идём вместе… Особенно после всего, через что мы ранее уже проходили!
— Надо же Шута вытаскивать! — слегка улыбнулся я.
— Думаешь, он ещё жив? Прошло уже несколько дней…
— Конечно. Советский разведчик в плену, да ещё и попавшийся на таком объекте, это важная фигура! Наверняка тот, кто курирует этот объект уже пытался выбить из него информацию. Шут хоть и любит дурачиться, но секреты разбалтывать не станет. Скорее лапши им на уши навешает…
Да, Корнеев это умел. Иногда делал это виртуозно.
Некоторое время мы шли молча. Передвигаться приходилось по таким сложным местам, что риск подвернуть ногу или сорваться вниз, на камни, присутствовал постоянно. То спуск, то подъем. Несмотря на холодное время года, мы мгновенно вспотели… Спуск в изрезанное трещинами ущелье, которое соединялось с целой сетью других, более мелких ущелий прошел тяжело, но без потерь. Правда, Герц едва не лишился радиостанции, когда с плеча соскочила лямка рюкзака.
С большим трудом мы спустились вниз, по дну диагональю прошли около полутора километров, а затем по более-менее пологому склону, поднялись наверх. Там небольшой отрезок и мы добрались до точки.
Отсюда были видны редкие огни — в самом низу глубокой части ущелья, вдоль которого протекал широкий ручей, у подножия огромной, нависающей скалы и развернулся секретный военный объект, на котором обосновались моджахеды… Даже не развернулся, а вытянулся, образовав что-то вроде овала. Они тут многое изменили.
Расстояние метров в триста пятьдесят, может, чуть больше. В темное время суток, на фоне скал можно не опасаться, что нас обнаружат. А как только начнет светать…
— Мы на месте! — произнес Герц, аккуратно опустив рюкзак во впадину. Сразу же потянулся к биноклю.
Видимость, в силу того, что ночь была безлунной, также оказалась не очень хорошей, но общий вид стал мне понятен почти сразу. Спереди и сзади эта часть территории ущелья была обнесена сетчатой оградой, повсюду стояли пулеметные точки. Тут и там бродили группы душманов, по три-пять человек. Естественных укрытий не сосчитать. Была видна дорога, ворота, пара каких-то грузовиков. Мелкие строения. Сам вход в бункер отсюда почти не разглядеть.
— Ну… Теперь понятно, почему авиация работать не могла! Ни одна из бомб просто не достигла бы цели — они падали бы на козырек, на стены, но не на сам бункер. Его бы просто камнями засыпало, но толку? А учитывая, что у душманов тут средств поражения… Гляди, это что у них там? Зенитная ракета, что ли?
И верно. Судя по всему, они действительно где-то откопали зенитную ракетную установку, но я не опознал, что именно.
А все-таки молодцы наши инженеры, построили так, что и не подберешься. Вероятно к такой задумке они пришли потому, что нашли тут что-то похожее на большую пещеру или проходы в скалах, пробитые водой… Впрочем, в этих горах ручьи пробивали себе дорогу миллионы лет, что неудивительно. Их-то и превратили в бункер.
— У нас примерно двадцать пять минут. Пока оборудую и замаскирую позицию, а ты проверь подступы. Уже решил, откуда будешь спускаться к ручью?
— Нет ещё.
Технический проход находился где-то в стороне, внизу, на дне ущелья, метрах в ста пятидесяти, также вдоль ручья. Его ещё предстояло найти. Естественно отсюда его не разглядеть. Однако что-то подсказывало мне, что рядом с ним может находиться один из наблюдательных постов. Духи туда соваться не будут, чего им там делать? К тому же, они суеверные. Возможно, что их слегка припугнули, что в бункере находится что-то страшное, недоступное для их понимания…
В течении нескольких минут, по темноте, без света, из камней и мелких колючих кустарников мы оборудовали сносную наблюдательную позицию, где Герц должен был лежать, пока я не передам ему отснятые материалы. Это тоже непростое испытание, ведь на это могут уйти десятки часов…
— Нормально! — кивнул он, когда мы закончили. — Ты решил, с чего начнёшь?
— Да, попробую основной путь, через проход. Нет, значит, пойду сверху. Там у козырька видна шахта воздуховода, но спустится туда можно будет только с помощью альпинисткого снаряжения, а главное так, чтобы меня с наблюдательных постов не заметили… Придется постараться!
Вообще, конечно, можно было бы загнать сюда несколько групп спецназа, чтобы зачистить бункер. Вот только этот вариант даже не рассматривался по той простой причине, что кураторы оппозиции, почуяв неладное, запросто могли использовать БОВ против них, наглухо заперевшись в недрах бункера. Обороняться здесь несложно, а вот штурмовать… Много сложностей, чревато большими потерями… Хорев не зря откинул десять вариантов, остановившись на одном, наиболее практичном.
— Оставь лишнее тут! — предложил Артёмов. — Не получится с проходом, вернёшься и возьмёшь то, что будет нужно… До рассвета времени ещё много!
— Нет, возьму с собой, оставлю на дне ущелья. Лазить туда-сюда займет много времени.
— Ну да, согласен.
Ещё раз буквально на ощупь проверив рюкзак и содержимое, что и где лежало, я удовлетворённо кивнул. Спускаться мне предстояло чуть ли не по отвесному склону, а после спуска либо убрать, либо замаскировать все веревки.
В небе послышался звук приближающегося самолёта — почти, в назначенное время. Поискав глазами навигационные огни, мы разглядели приближающийся АН-24… Тот делал большой круг над ущельем постепенно снижаясь, притом высота и без того была относительно небольшой…