Страница 36 из 98
— Многие носят свои осколки с собой, — недовольно сказала княжна, наверное вспомнив, что осталась без оного.
Ганчуков наконец закончил просвечивание моего артефакта своими приборами, потер руки и с важным видом приступил непосредственно к тому, на что мы спорили, — к вскрытию замка. Демонскому лицу не понравилось уже приближение постороннего: глаза вспыхнули ярче, а из ноздрей показались тоненькие струйки дыма.
— Сейчас вы увидите работу настоящего специалиста, — ничуть не испугался Ганчуков. — Эти внешние проявления только кажутся страшными, но легко отключаются.
Он протянул руку, с которой сорвалось заклинание. Отключить оно ничего не отключило и было воспринято замком как попытка взлома, поэтому струя пламени Ганчукову досталась куда мощнее, чем не так давно Прохорову. Когда артефактор к нам повернулся, оказалось, что усы, брови, ресницы, а также волосы надо лбом у него напрочь сгорели.
— Отрицательный результат тоже результат, — оптимистично возвестил Ганчуков и повернулся к замку, в этот раз на всякий случай сдвинувшись вправо.
Это ему не особо помогло: артефакт чувствовал перемещение того, кого он воспринимал вором, и отправлял струи пламени адресно. Вне зависимости от того, в какой стороне находился артефактор, прилетало ему всегда. Комбинезон, похоже, был с устойчивостью к пламени, поэтому не обуглился, а лишь немного покрылся слоем копоти от того, что могло сгореть — и сгорело.
Возился Ганчуков не полчаса, а куда больше часа, и сдался, лишь когда сообразил, что вскроет артефакт не раньше, чем в нем закончится заряд.
— Вы должны были предупредить, что артефакт нестандартный, — с досадой сказал он мне, протягивая проспоренные деньги.