Железная неволя

— Что за вечер такой, — Марк слегка суетливо пристроил пистолет на пояс и приготовился уже жать на газ, пытаясь прорваться. — Это не из-за этой девчонки суета?

Бежать, правда, было некуда. Справа от дороги тёмным провалом виднелась дренажная канава, ещё не забитая мусором и вполне работоспособная. Через неё «Додж» не пролезет. Слева — съезд в поле, но там только высокие фермерские грузовики пройдут. Машина у него небольшая, но внедорожными свойствами не обладала.

Со стороны остановившегося военного фургона послышался звук хлопнувшей двери. Парни в кузове попыток выбраться не предприняли, и Марк немного успокоился. В окно постучали три раза, и мужчина опустил стекло.

— Добрый вечер, — мужчина в костюме чёрного покроя, в лёгком плесигласовом шлеме и многоцелевых тактических очках приложил правую руку к уху, видимо, слушая переговоры.

— Здрасьте, — Марк поднял руку, пытаясь предъявить идентификатор для считывания сканером, но военный махнул рукой. — Что случилось?

— Перекрываем трассу, ищем беглеца, — военный включил фонарик и посветил поочерёдно на заднее сиденье, потом в багажник, досадливо поморщился и потёр шею. — Не видели ничего странного по дороге?

— Н-нет, — Марк побледнел, но офицер в этот момент отвернулся, глядя куда-то в сторону полей и постепенно теряя к нему интерес. — Кто-то опасный? Из бандитских группировок?

— Информация закрыта. Езжайте домой, — военный козырнул и зашагал по мокрому асфальту в сторону грузовика.

Через минуту грузовик взревел мотором, и, чуть погодя, свернул в поле. Марк выдохнул и вышел на асфальт, воздух был свежим, как будто ещё насыщенным озоном. Тёмная туча уходила за поле, там ещё были видны далёкие сполохи разрядов. Небо постепенно очищалось и над мужчиной появилось множество ярких звёзд.

— Что за день? — Марк вытянул дрожащей рукой сигарету из пачки и несколько раз чиркнул бензиновой зажигалкой.

Свежий воздух был окончательно испорчен запахом едкого сигаретного дыма. Марк никак не мог избавиться от этой привычки, раз за разом бросая и снова начиная курить заново. Запиликал входящий вызов, мужчина посмотрел на дисплей и чуть не выронил переговорник. Звонил Бари.

— Марк? — доктор улыбался, а значит, всё было в порядке. — Работа сделана.

— Как она?

— В порядке, пришла в сознание. Пришлось ставить своё железо, оно не топовое, корейская «Мори», но работает, это главное. Да, оптику, стабилизаторы и по мелочи тоже заменил, там какая-то новомодная херня была, плашки не подходили. С конечностью придётся поработать, сустав придётся менять, но это завтра, когда найду механика.

— Она что-нибудь сказала? — Марк затаил дыхание.

— Да, я же говорил, что она пришла в сознание. Я же за этим и позвонил. Деньги она заплатит, даже больше того, что нужно. Деньги, которые ты мне оставил, я перевёл обратно, проверь счёт. Претензий она к тебе не имеет, даже поблагодарила. В общем, если бы не ты, её бы закоротило там, на мосту. Я дал ей на всякий случай твой номер. Может, и тебе подкинет ОВи за спасение.

— А кто она? И почему в том районе… — начал было Марк, но Бари его остановил.

— Марк, я сёрджер. Я делаю дело и в дела клиентов не лезу. Другим, кстати, не советую. Захочешь, созвонишься с ней, сам поспрашиваешь. Но, мой совет, забудь про всё это и езжай домой, — Бари кивнул ему и отключился.

Вот так. И прав был доктор, ничего не скажешь. Не следовало вмешиваться в жизнь корпоративных рабочих. Да и вообще, это всё следовало забыть, иначе по твою душу могла прийти полиция. Или наёмники из легиона, и тогда Марка смогли бы найти по частям в мусорных контейнерах по всему городу. Или вообще бы не смогли найти, нелегальных крематориев в Стронгтауне было много открыто.

Марк потёр виски и понял, что нужно отпускать эту ситуацию и ехать домой. К дочери, которую обещала покормить соседка. Они в трейлерном парке друг друга все знали, поэтому подстраховывали, когда появлялись проблемы. Девиантов в соседних вагончиках не наблюдалось, этих вечно конфликтующих с законом и скатывавшихся каждый день на дно бытия красномордых мордоворотов. В основном семейные, и в основном работяги, часть из которых трудилась в бригаде Марка.

Он же жил там бобылём. Жена умерла после неудачного имплантирования, железо имело технологический дефект и после установки его не выдержало сердце. Мужчина долго скорбел, но смог выбраться и найти дорогу к новому будущему.

После гибели супруги начал чураться новомодных приблуд, ставил только то, что нужно было для работы. Боялся в общем. Не хотел оставлять дочь сиротой, поэтому сегодняшняя ситуация его окончательно выбила из колеи. Та девушка, она чуть не умерла из-за своих навороченных электронных систем. Но Рами бы она точно понравилась.

Она в свои двенадцать иногда выглядела старше своих сверстников, на её жизни сильно сказалась потеря матери. Рами понимала каким-то своим чувством, что без женщины он чахнет и пыталась найти ему подругу в парке, но Марк на все её уловки только шутливо отнекивался.

Незамужние женщины в Санта-Либеро оказывали ему знаки внимания, но мужчина настолько погрузился в себя, что порой не замечал этого. Он был одинаково вежлив со всеми, но держал дистанцию. Хотя бы по той причине, что некоторые дамочки были замужем и для него это было достаточной причиной, чтобы не наживать проблем.

Человечность больше никому не нужна была. Все рвали жилы из-за лишних ОВи, компании с их «центровыми» полностью захватили власть над их жизнью и только приветствовали это рвение. В центре Стронгтауна кипела жизнь, люди там были обеспечены последними благами цивилизаций.

Но чем дальше от района менеджмента, тем беднее и озлобленнее становились люди. Все, кто оказался выброшен на периферию, теперь рвал глотку соседу за возможность выбраться наверх, к большому столу власти.

Та незнакомка выглядела, как «центровая» из крупной компании, одежда дорогая, импланты топовые. Она была сёрфером, оттуда, где людей вроде него никто не ценит. Однако, она его поблагодарить не забыла.

Это было очень странно, они там таких как он, работяг, и за людей не считали. Сколько раз он с хамством таких «центровых» сталкивался. Марк выбросил потухшую за размышлениями сигарету в канаву, потёр усталые глаза и полез в салон «Доджа».