Мощное Влечение

Когда она слегка приподнимает бёдра, прижимаясь ко мне, моё сердце бешено колотится. Я не могу представить, что эта женщина может устать от того, что я её хочу. Я уже зависим от неё, и я никогда даже в самых смелых мечтах не представлял, что кто-то вроде неё захочет кого-то вроде меня. Но она хочет. По какой-то причине она хочет. И это разжигает огонь в моём животе, пока ничто не имеет значения, кроме этого. Того, что мы делаем прямо сейчас. Того, как это должно быть. Вместе.

Я дёргаюсь внутри неё, и с её губ срывается тихий вздох, а глаза мерцают. Моя эрекция, которая была потеряна, возвращается к жизни.

— Мне нужно… — Я замолкаю, не зная, как объяснить свои чувства.

— Ещё, — шепчет она, когда я впиваюсь зубами в самую нежную часть её шеи. — Ещё и ещё.

— Всегда, — отвечаю я, прижимаясь к ней. — Для тебя всегда будет что-то новое, Мария. Пока я жив.

Глава 9

Мария

К тому времени, как мой отец подъезжает к сараю, у меня уже кружится голова. Я едва могу говорить, пока Рейнджер и пара работников фермы в рекордно короткие сроки заканчивают загружать прицеп.

Уже почти полдень. Папа съездил в город и взял напрокат грузовик в автомастерской, а потом поехал сюда, чтобы забрать меня вместе с остальным сеном. Когда я проснулась сегодня утром под крик петуха и аппетитный запах бекона, то обнаружила, что моё платье и трусики выстираны и разложены у изножья кровати. Я оделась, не понимая, как он нашёл время, чтобы постирать и высушить мою одежду, а потом пошла на запах еды и обнаружила, что Рейнджер готовит мне настоящий деревенский завтрак.

Я всё ещё чувствую его внутри себя, даже сейчас. Неудивительно, ведь он провёл там большую часть ночи, трахая меня до потери сознания.

На моих щеках вспыхивает румянец, когда я опускаю взгляд и замечаю явный контур эрекции, всё ещё выпирающий из-под этих выцветших джинсов. Мысль о том, что это я его возбудила, что этот ковбой думает обо мне, возбуждается и готов, похожа на сон, но это моя реальность. Я отвожу взгляд, смущённая не сексом, а собственной потребностью в этой связи. Мой отец болтает с парой парней, пока они закрепляют груз, и прохладный ветерок развевает мои волосы по плечам. Теперь, после бури, всё по-другому. Так спокойно.

— Готова? — спрашивает меня папа, и я вижу, как Рейнджер поджимает губы.

Я выдавливаю из себя улыбку. — Ага.

Я не хочу уходить. Я оглядываюсь на белый фермерский дом, где Рейнджер занимался со мной любовью всю ночь, и чувствую себя потерянной из-за того, что уезжаю.

Нет смысла разрушать это заклинание, но это произойдёт, нравится мне это или нет.

Рейнджер выходит вперёд и тихо обращается к моему отцу. Я вижу, как мой отец смотрит на него, нахмурив брови. Рейнджер засовывает руки в карманы, и я тихо смеюсь, глядя, как он неловко переминается с ноги на ногу.

Через мгновение мой отец кивает, и Рейнджер протягивает ему руку. Они крепко пожимают друг другу руки, и взгляд моего отца мельком падает на меня, а затем снова на Рейнджера.

Папа быстро улыбается мне, открывает водительскую дверь и запрыгивает в грузовик, оставляя меня в замешательстве стоять на месте, пока Рейнджер подходит ко мне, останавливается в нескольких сантиметрах и обхватывает ладонями мои щеки.

— Увидимся за ужином, Малышка. — От голоса Рейнджера у меня по спине бегут мурашки.

“Мне нужно работать...”

С этими словами он прижимается губами к моим. Его язык движется медленно, неторопливо, и мои мысли о том, что папа увидит, как мы целуемся, улетучиваются с порывом деревенского ветра.

— Я сказал, что увидимся за ужином.

***

— Я же говорил тебе, — голос Рейнджера звучит у меня в ушах, когда его член резко входит в меня, прижимая к стене крошечного туалета для сотрудников закусочной.

К семи часам вечера в «Растлере» стало меньше посетителей. Не то чтобы в мою смену было очень многолюдно. Из-за урагана, который повалил линии электропередач и деревья, вызвав заторы и повреждения, люди, думаю, были не так склонны выходить куда-то поесть.

Он медлил, поэтому я снова попыталась поговорить с Лютером о том, чтобы помочь ему с бухгалтерией — бесплатно, конечно. Он так неорганизован. Неудивительно, что его дважды проверяли. Но, боже, можно было подумать, что я оскорбила его мать, когда он отверг моё предложение о помощи.

За столиком у окна сидела пожилая пара, а за стойкой стоял завсегдатай, когда звякнули колокольчики на входной двери, привлекая моё внимание.

Как только я подняла глаза, мои трусики промокли насквозь.

Рейнджер пристально посмотрел на Лютера, владельца заведения, и тот ответил ему таким же взглядом, но затем их лица смягчились, и они неохотно кивнули друг другу. Я заметила напряжение, но у меня не было времени задавать вопросы. Рейнджер подошёл прямо ко мне, взял меня за руку и повёл по коридору в маленькую комнату. Затем, не говоря ни слова, он сорвал с меня промокшие трусики, положил мои руки на край раковины и опустился на колено позади меня.

Он не останавливался, пока мои ноги не начали подкашиваться. Затем он подхватил меня одной рукой, я обхватила его ногами, свободной рукой освободила его член из штанов и с первобытным рычанием погрузила в себя, ударившись головой о белую кафельную стену, когда он вошёл в меня одним движением.

И кто я такая, чтобы говорить «нет»? Даже сейчас, когда всё моё тело выгибается и бьётся о стену ванной, я могу думать только о том, как сильно я его люблю.

— Я не могу перестать думать о тебе. — Его губы касаются моего уха. — Я не могу остановиться… От страсти в его голосе я срываюсь и кончаю.

От звука собственного голоса, раздающегося в моих ушах, я вздрагиваю и опускаю голову на тонкую ткань, покрывающую его плечо, пытаясь заглушить свой довольный стон.

Он входит и выходит, прижимаясь ко мне, затем двигается ещё. Быстрее, затем медленнее, не сводя с меня глаз. Когда он открывает рот и напряжение на его лице нарастает, от его голодного взгляда у меня кружится голова.

Основание его члена пульсирует вместе с моим оргазмом, снова наполняя моё тело его семенем. Его член становится толще, когда он сам достигает кульминации, и из его горла вырывается низкий рык. Он прижимается губами к моей шее, рыча и изливаясь в мою плоть.

Мы долго раскачиваемся в такт, оседлав волны, пока, наконец, его губы не прижимаются к моим. Его руки по-прежнему сжимают мою задницу, его член толстый и упругий внутри моего тела, заставляя меня чувствовать себя его собственностью.

Когда он прерывает наш поцелуй, его тёмные глаза устремлены на меня, а тёплое дыхание намекает на удовольствие, которое он доставил мне несколько мгновений назад.

— Мне нужно вернуться, — выдыхаю я, уверенная, что в любой момент в дверь постучат.

— Мне нужно, чтобы ты поняла, что ты моя. Ты понимаешь это, Малышка?

Я ахаю, когда он проникает ещё глубже. Ощущение наполненности не похоже ни на что, что я могла себе представить. На глаза наворачиваются слёзы, когда он прижимается ко мне всем телом, поглощая меня, делая частью себя всеми возможными способами.

Боль распространяется по всему телу, когда его пальцы впиваются в мою мягкую плоть. Мои тазобедренные суставы напрягаются, а руки сжимаются, поднимаясь к его затылку, ощущая мягкость его волос, когда пряди ложатся на мои пальцы.