Жених напрокат 2

И надо бы смолчать, но я просто не смогла, перебила:

- Вы никогда меня не любили именно из-за сходства со своей сестрой, так ведь?

Надо отдать ей должное, она даже в лице не переменилась.

- Что за глупости? Каждой матери положено любить своих детей. А сходство – так и вовсе лишь отражение проклятья. Я просто знала, что время все расставит на свои места.

- Что, как и тетя Ламона, я стану страшной и проведу остаток своих дней старой девой? – ну все, не могла я больше молчать, несмотря на все доводы разума.

Матушка вздохнула, словно собираясь со всем своим терпением.

- Милая, неужели ты не понимаешь? Я так нарочно сказала, чтобы пожалеть твои чувства. На самом-то деле смысл проклятья вовсе не в порче внешности. Что у тебя, что у моей сестры все же наоборот. Да наверняка и у всех проклятых до этого… То, что почему-то назвали проклятьем, это же просто магические чары! И эти чары, наоборот, создавали прекрасную внешность, но, как и положено всякой магии, просто со временем иссякли. И что Ламона в свое время, что ты сейчас, просто обрели свой истинный облик. Только и всего, - она даже плечами, мол, пустяки какие. – Так что теперь ты такая, какой тебе природой и задумано быть. Безо всякой наведенной магией красоты. Нужно просто с этим смириться, а не искать какие-то чудеса там, где они давно кончились.

И не дожидаясь моего ответа, она поспешила вверх по лестнице, словно некие неотложные дела ее подгоняли.

А я так и осталась стоять как оглушенная…

Нет, не столько меня задела ее холодность – не привыкать, в конце концов. Сколько сам смысл слов…

Что, если она права? Что, если прежняя внешность – это воздействие магии, которая и вправду уже почти иссякла?

И на самом деле я именно такая и есть настоящая?..

2.9

На этот раз мне пришлось ждать, пока тетя Ламона появится. И то, отправившаяся позвать ее монахиня согласилась на это с такой неохотой, словно идти надо было в обход и исключительно через сопредельные государства.

Я ждала тетю в саду, нервно меряя шагами дорожку. Уже опустились сумерки, громада монастыря нависала черной тенью, зажглись магические огни в фонарях, настолько тусклые, словно обрамляющее их стекло специально ни разу в жизни не очищали. Или просто мне сейчас все казалось настолько мрачным и безысходным?

- Нет, Сильвира, мне, конечно, приятно такое внимание к моей скромной персоне, но, как я понимаю, с утра ты бы никак не успела по мне соскучиться, - констатировала тетя, появившись из-за рядов кустарника. – Так что случилось? – спросила она уже без намека на иронию. – Должна же быть какая-то веская причина тебе тут утаптывать дорожку. И, прошу, поаккуратнее с цветами, они же на краю клумбы, не губи единственное адекватное во всем этом монастырском болоте.

Я только открыла было рот, как тут же закрыла. Нет, по пути я все слова продумала, но сейчас, глядя на тетю, могла выдавить лишь весьма косноязычное: «А что, если мы на самом деле такие страшные?».

- Мне матушка кое-что сказала.

- Зная мою сестрицу, это было вряд ли что-то хорошее, - тетя Ламона присела на край каменной скамьи. – И что-то сильно сомневаюсь, что она просто передала мне привет, и ты поспешила его поскорее донести. Так что, Сильвира? Какую на этот раз пакость выдала Афара?

Я собралась с духом.

- Она сказала, что нет никакого проклятья… В том смысле, что я…то есть мы…

- Сами по себе такие? И вся наша дивная, вызывающая лютую зависть родных сестер красота была создана магией и потому временной? – тетя Ламона громко фыркнула. – Нет, я понимаю, когда это она мне могла высказывать в свое время, но собственному ребенку?..

- То есть она и вам такое говорила? – этого я совсем не ожидала.

- Она мне много чего говорила. Уверенная, что именно я мешаю ее счастью, всегда во всем меня винила, - тетя пожала плечами, мол, обыденность какая. – А уж утверждать, что я никогда на самом деле не была красавицей, так и вовсе было ее самой большой радостью.

- Но вы уверены, что это неправда? – вопрос дался с трудом.

Но вопреки ожиданиям, она не оскорбилась.

- Не буду скрывать, у меня тоже были сомнения в свое время. Но чтобы понять, что проклятье существует, надо в полной мере ощутить его на себе… - она резко замолчала, словно заколебалась. – Силь, подойди поближе, пожалуйста.

Пока не понимая, к чему она ведет, я села с ней рядом на скамейку.

- Только прошу, сильно не пугайся, - до этого уверенный голос тети Ламоны сбился. Дрожащими крючковатыми пальцами она приподняла край своей вуали. Лишь маленький край, я и успела-то увидеть лишь часть щеки, да и то в неверном свете мерцающих магических фонарей, но… Но даже так было видно, что кожа сплошь покрыта кровоточащими язвами!

- Так же было не всегда, понимаешь? – пробормотала тетя, отведя взгляд. Хотя я очень надеялась, что мне удалось скрыть свои эмоции при виде неприятного зрелища, но все равно ее это покоробило. – Нет такого, что просто была наведенная магией красота, а потом ее не стало. Не так это, Силь. Проклятье прогрессирует. Разрастается как…как плесень. С каждым годом, уродуя все больше, разрушая изнутри… Я не знаю, какими такими прегрешениями предков мы это заслужили. Не знаю, что такого надо было сотворить, чтобы вызвать подобное бремя на весь свой род. Но факт остается фактом. Проклятье есть. И так и сохранится, если ничего не изменить.

Я даже сказать ничего не смогла, ком встал в горле.

Тетя словно бы по наитию хотела в знак одобрения коснуться моей ладони, но пальцы в нерешительности замерли, и она тут же свою руку отвела. Видимо, решила, что мне будет крайне неприятно прикосновение ее покореженной ладони.

- Я понимаю, Силь, не в мои годы и не в моем положении быть наивной, но… Твое появление, твоя жизнерадостность впервые за все время дали мне надежду, что все и вправду можно изменить. Пусть и не для меня, но для всех тех несчастных в последующих поколениях. Мне почему-то кажется, что не было в нашем роду раньше таких, как ты, Сильвира. Не было девушек с отвагой воина. Не было настолько верящих в лучшее и способных не сдаваться до самого конца. И если ты не сможешь одолеть этот злой рок, то вряд ли это вообще кому по силам…

Я по-прежнему не могла ничего сказать. Ее слова вместо ободрения легли тяжким бременем. Нет, я была безумно рада, что она верит в меня! Верит, несмотря ни на что! Но что, если я и вправду не смогу оправдать ее надежды?..

- Напугала я тебя, да? – усмехнулась тетя Ламона, расценив мое молчание по-своему. – Но ты пока не думай о плохом. Сколько, напомни, дней ты уже проклята?

- Сегодня пятый.

- Ничего, Сильвира, время еще есть. У меня первые язвы на коже появились примерно недели через две, так что все еще не так страшно. Тем более ты говорила, что зеркало тебе и так указало на того, кто поможет проклятье снять.

- Я не знаю, почему именно Вернер. Но какая-то магическая связь тут в любом случае есть, - я кое-как собралась с мыслями. Некогда мне раскисать! – Завтра во дворце он обязательно будет, я приложу все силы, чтобы найти к нему подход.

- А если он и вправду единственный, кто способен снять проклятье с нашего рода? – внимательно смотрела на меня тетя. – Ты готова пойти на это? Готова обменять свою свободу на жизнь с нелюбимым?

Связать себя до конца дней с тем, кто когда-то казался мне идеальным, но чем дальше, тем сильнее я понимаю, что сама себе этот идеал от безысходности придумала?

Я опустила взгляд.

- Знаете, один человек мне недавно сказал, что свобода состоит исключительно в праве выбрать для себя ответственность… - мой голос почему-то дрогнул. – Поверьте, я сделаю все возможное и даже невозможное, чтобы снять это злосчастное проклятье.