Страница 8 из 55
Глава 5
И сразу в голове замелькали картинки: король, его свита, стражники, жрец в белых одеждах. Получается, она все еще находится в своем сне.
В каком-то уж чересчур реальном сне, и зовут ее здесь Анриэль. Только почему-то ее все боятся, держат взаперти.
— Вот сволочи! — ругнулась по привычке Анюта. — Да я сама милота!
На всякий случай она пнула створку ногой и взвизгнула от боли: только сейчас заметила, что никаких туфель на её ногах нет. Но во всем теле ощущалась чистота, словно, пока она спала, ее отмыли от вонючего масла до скрипа.
— Ладно, я вам ещё покажу! — пригрозила кулаком закрытой двери бабка и решила на всякий случай осмотреться и найти какое-нибудь оружие для защиты.
Комната была большая. В её центре изголовьем к стене стояла широкая кровать. Сейчас с неё свисали ремни, которые несколько минут назад перетягивали тело Анюты. Зачем они были нужны, она пока не понимала.
Вдоль стены напротив кровати примостились два диванчика, а между ними — столик на кривых ножках в виде львиных лап. Анюта повернулась в другую сторону и вспыхнула от радости: наконец она сможет разглядеть себя в зеркало.
Анюта бросилась к нему, остановилась в двух шагах и замерла, раскрыв рот, уставившись на отражение.
Это была не она.
Совершенно не она.
Анна икнула и попятилась, отражение попятилось тоже.
На нее смотрела девушка с растерянным, но очень красивым лицом. Вместо привычных впалых, морщинистых щек – точеные скулы, тронутые нежным румянцем. Вместо шнобеля с бородавкой на кончике – аккуратный, прямой носик. Вместо седых кудряшек, вечно выбивающихся из-под платка, – волна пшеничных волос, ниспадающих до талии.
И глаза…
Это были особенные глаза насыщенного зеленого цвета, словно в них плескались морские волны. Опушенные длинными ресницами, они смотрели сейчас на Анюту будто вопрошали:
— А ты кто?
Анюта видела не себя, согнутую от старости и болезней старуху, а воплощение неземной красоты, словно богиня сошла с полотен великих художников, прекрасная и недоступная, как мечта.
— Нет, нет, это игра моего воображения, — прошептала она. — Я сплю.
Она ущипнула себя за щеку и взвизгнула от боли. Девушка в отражении сделала то же самое. Анюта увидела, как на нежной коже разлилось красное пятно.
Она зажмурилась и сильно потрясла головой, надеясь, что это видение исчезнет. Когда она открыла глаза, девушка в зеркале все еще была там. Но теперь в ее глазах появилось любопытство.
Медленно, словно боясь спугнуть видение, Анна снова приблизилась к зеркалу. Она протянула руку и коснулась отражения. Холодное стекло ответило ей тем же. Анна прижалась лбом к зеркалу, пытаясь понять, что происходит.
В голове роились мысли, одна безумнее другой. Вопросы, как стая возбуждённых пчёл, крутились в голове и жужжали, жужжали.
Она еще спит? Или сошла с ума? Может быть, это какое-то проклятье? Но какое? И почему именно она?
Одним движением Анюта скинула с себя одежду и осталась обнаженной. В таком виде она была еще прекраснее.
Она отпрянула от зеркала, словно от огня. Она не знала, чего бояться больше – этой новой, прекрасной девушки, смотрящей на нее из зеркала, или тех перемен, которые эта встреча принесла в ее жизнь.
Анна натянула на себя платье и села на кровать. Она встряхнула волосами, отбрасывая их с лица, глубоко вдохнула, выдохнула через нос. Сделала это несколько раз, успокаиваясь. Теперь могла немного рассуждать.
— Так, я сидела в бане, Петька мыл мне голову, я рассказывала ему о своём сне. Что же там было? — Анюта потерла пальцами виски, вспоминая. — В том сне я была юной ведьмой, от который страдали мужчины. Не все, а только те, кто возжелал меня и влюбился.
И сразу перед глазами возникла картинка: восхищенный юноша в фартуке, который помог ей выбраться из кипящего масла. Восторг в его глазах обернулся сломанной ногой.
Дальше был охранник. Он упал без сознания, только увидев бедра Анюты.
И всё. Больше никто не пострадал. Оба случая могли быть простым совпадением. Тогда почему её привезли в это непонятное место, опоили чем-то, пристегнули ремнями к кровати и выставили у дверей спальни охрану. Причём караулят её только девушки. Получается, кто-то предусмотрительно оградил ее от мужчин.
Дверь распахнулась, и в спальню опять выбежали служанки. За ними вошла дама Сабина. Анюта даже обрадовалась ей: пока девушки накрывали стол, она приступила к допросу.
— Госпожа, что это за место?
— Это замок Его Высочества принца Юля.
— Принца, значит, — Анюта замолчала, вспоминая, в каких странах еще сохранились принцы. Не вспомнила. — Что я здесь делаю?
— Вы будете здесь жить.
— Почему?
— Его Величество решил, что общение с вами опасно для людей.
— Хм. На площади я доказала, что не ведьма, искупавшись в кипящем масле. Это видела уйма народу! Они ставки делали, сколько я продержусь! Сам король хотел пригласить меня в гости – чайку попить, наверное, решил. Что же изменилось с тех пор? Может, у короля память отшибло?
— Вы убили несколько мужчин, госпожа Анриэль.
Аню шумно сглотнула, сделала глубокий вдох, пытаясь унять дрожь, проснувшуюся внутри.
— Я? Да быть не может! Я пальцем ни к кому не притронулась! Я же леди! Ну… почти… когда не ругаюсь.
— Вам и не надо. Убивает ваша магия.
— Ага, — усмехнулась Анюта и расправила на коленях платье. — Эдакая магия массового поражения, только без грибов после взрыва.
— Грибов? В парках замка Сандамона много грибов.
— Э-э-э… — замялась Анюта, чувствуя, что разговор уплывает в сторону. — Но я не видела ни одного мертвеца. Может, они просто притворились? Ну, знаете, чтобы я не расстраивалась?
— Вы в этот момент спали.
— Спала?
Ситуация становилась все более анекдотичной, и Анюта ничего не понимала.
— Да, спали. Великий жрец хотел доставить вас без проблем в замок Сандамон, поэтому предложил вам сонный напиток. Он же не знал, что зелье разбудит вашу силу.
— Великий жрец и не знал? — переспросила Анюта. — Тогда он шарлатан на минималках, — она шумно выдохнула и задала главный вопрос: — И что я сделала?
Дама Сабина пристально посмотрела на Аню, словно прикидывала, говорить ей правду или не говорить. Но вот она вздохнула и приказала:
— Все вон! — потом дождалась, когда служанки покинут комнату, и продолжила: — После напитка вы, госпожа Анриэль, не заснули, а словно взбеленились. Начали крушить повозку, разорвали шторы, сломали окно, схватили за волосы кучера и сбросили его на землю.
— Не может быть! — ахнула Анюта. — А кошка? Со мной же ещё была кошка. Я её не убила случайно?
— Не упоминайте лучше ее, — дама передернула плечами и покосилась на дверь. — Это не кошка, а исчадие Ада. Тварь бросилась вам помогать: разодрала всю обивку в карете, шипела так, что никто не мог приблизиться к экипажу. А когда все же стражники по приказу принца окружили карету, вскочила на плечо Великому жрецу и прокусил ему шею.
Аня смотрела на рассказчицу с ужасом.
— Не может быть!
— А еще вы поклонялись… Хаосу, госпожа Анриэль, так и кричали: — «Да здравствует Разрушение!»
— Так, так, так! Больше не хочу ничего слушать!
Аня закрыла уши руками и затрясла головой, но даму её протест не остановил.