Страница 17 из 34
Я благодарно киваю головой.
— Пойдём, — шепчет Самара, обнимая меня за талию. — Давай отведем тебя и этого милого малыша в комнату, чтобы ты немного отдохнула, пока Киган разговаривает с ребятами.
— Комната? — я приподнимаю бровь.
— Спальня, — уточняет она с лёгким смешком. — Поверь, у нас здесь много места. Я попросила Глорию и Рули, пару, которая здесь всем заправляет, поставить для тебя старую кроватку Скаут, чтобы тебе было куда её положить.
— Спасибо, — шепчу я, глотая непролитые слёзы, пока она ведёт меня по одному коридору за другим.
Мы останавливаемся у последней двери слева, и она распахивает её. Я вхожу внутрь, оглядываясь по сторонам. Не знаю, чего я ожидала, когда она сказала «спальня», но это было не то. Это целый номер с огромной двуспальной кроватью, обещанной детской кроваткой в дальнем от окна углу, отдельной зоной отдыха, письменным столом и телевизором. Здесь даже есть отдельная ванная комната. Пол из тёмного дерева, как и в коридоре, покрыт гигантским ковром. Великолепные чёрно-белые фотографии города висят в разных местах на стенах.
— Комната в твоём распоряжении, пока она тебе нужна, — шепчет Самара, сжимая мою руку. — Отдохни, а я попрошу Глорию принести тебе что-нибудь поесть.
— Тебе правда не нужно этого делать. Это уже слишком.
— Ерунда, — снова улыбается она в ответ. — Это меньшее, чего ты заслуживаешь после всего, через что тебе пришлось пройти. И, поверь мне, тебе захочется уединиться в своей комнате, пока парни будут присматривать за тобой. Я люблю их до смерти, но девушка может выдержать только определённое количество заботы, прежде чем ей захочется задушить кого-нибудь подушкой. Она бросает на меня озорной взгляд. — Эти большие идиоты совсем не умеют расслабляться. Просто спроси любую из здешних жён. Мы тратим половину своего времени на то, чтобы вывести их из себя.
Лили выбирает этот момент, чтобы тихо всхлипнуть.
Самара смотрит на неё, и её лицо смягчается. «Думаю, Спящая красавица проголодалась. Позаботься о ней. Я пойду поищу тебе что-нибудь поесть».
— Спасибо, — говорю я, но она уже спешит по коридору, оставляя нас с Лили наедине. Я ненадолго замираю, пытаясь собраться с мыслями, прежде чем Лили снова начинает плакать, возмущённо размахивая маленькими кулачками.
— Я слышу тебя, милый ангел, — напеваю я, направляясь к шезлонгу, чтобы покормить её.
Она издаёт ворчание и устраивается поудобнее, прижимаясь к моей груди. Долгое время она просто ест, пристально глядя на меня. Этим она напоминает мне Киган, которая всегда внимательно смотрит своими не то карими, не то зелёными глазами. Она всегда такая спокойная и тихая.
В конце концов, однако, её глаза снова закрываются. Её голова склоняется набок, и с приоткрытых губ стекает немного молока. Я аккуратно вытираю его, а затем меняю ей подгузник, прежде чем положить её в кроватку.
Она снова тихонько кряхтит. Я мгновение смотрю на неё, прежде чем подойти к кровати и опуститься на неё.
У меня кружится голова.
Я чувствую, что перенеслась из своего мира в альтернативное измерение, где возможно настоящее будущее. Где люди по-настоящему добры и заботливы, просто потому, что они такие. Это сбивает с толку в хорошем смысле, но и тревожит тоже.
Я привыкла убегать. Постоянно оглядываться через плечо и сомневаться во всём. Видеть худшее в людях, а не лучшее.
Водопад Силвер-Спун-Фолс — это неожиданно, и от этого у меня под ногами словно земля дрожит, как будто может обрушиться в любой момент.
Когда это случится, у меня такое чувство, что на этот раз будет ещё больнее. Если Гаррик и Сыны Локи найдут меня после того, как я проведу время здесь, с такими людьми? Это будет всё равно что быть вырванным с небес и брошенным в ад. Я не могу позволить себе привыкнуть к этому. И всё же… Я чертовски сильно этого хочу.
Глава Восьмая
Ландри
“Привет”.
Я вскакиваю с кровати, услышав голос Кигана, и моё сердце начинает бешено колотиться. Я бросаю на него взгляд и вижу, что он стоит в дверях. Почему-то он выглядит даже лучше, чем час назад. Или за час до этого.
— Эй, — шепчу я, ненавидя свой дрожащий голос, и запинаюсь. Это нервное, от которого я так и не избавилась.
Его взгляд скользит от меня к Лили, которая всё ещё спит в люльке, блаженно не подозревая о том экзистенциальном кризисе, который я переживаю на кровати рядом с ней с тех пор, как Глория принесла мне сэндвич полчаса назад.
В одну минуту я убеждаю себя, что мне нужно бежать, чтобы защитить всех. В следующую я ищу причины, чтобы убедить себя, что мне будет хорошо, если я останусь. В моей голове полный бардак.
Чёрт, может, я вообще не в себе. Может, именно это и происходит с такими девушками, как я. Мы не можем взять себя в руки, когда случается что-то хорошее. Вместо этого мы разваливаемся на части, убеждённые, что это какой-то трюк, что Вселенная ещё сильнее нас поимеет чуть позже, и мы сами всё портим. Мы — Макбет, прокладывающий путь к собственной печальной кончине.
— Она спит, — выпаливаю я Кигану. Отлично. Теперь я вынуждена констатировать очевидное. Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки.
— Иди сюда, — тихо шепчет Киган.
Я открываю глаза и вижу, что он протягивает мне руку. Конечно, я беру её. Как чёртова луна, притянутая его гравитацией.
Он обнимает меня, и, хотя я не должна этого делать, я прижимаюсь к нему, утыкаясь лицом ему в шею. Я позволяю ему обнимать меня, надеясь, что, может быть, он сможет собрать все мои осколки в нечто осмысленное.
Он уже делал это однажды.
В тот день в Колорадо-Спрингс он придал мне сил, как никто другой. Я чувствовала себя могущественной, когда выходила из его комнаты. Несмотря на то, что мне было больно уходить, я уходила с целью, которая выходила за рамки простого бегства. На этот раз я не убегала от чего-то. Я бежала, чтобы защитить то, что было важно. Его.
Это изменило весь мир.
Я не прогнулась и не сломалась. Я защитила его. А потом я защитила нашу дочь. Я хочу продолжать делать это… защищать их. Но я хочу делать это здесь, с ними. Не запертым в каком-нибудь рабском доме. Не проданным тому, кто больше заплатит. Не похороненным в неглубокой могиле, где бы Гаррик ни решил спрятать моё тело.
Киган кладет руку мне на подбородок и запрокидывает мою голову, пока наши взгляды не встречаются. С нарочитой медлительностью он наклоняет голову и касается моих губ своими.
Я не могу сдержать всхлип, поднимающийся к моему горлу. Я не могу бороться с тем, как моё тело реагирует на него. Я не могу бороться с ним.
— Я буду оберегать тебя и Лили, Лэндри, — обещает он, касаясь моих губ, словно читая мои мысли. Прежде чем я успеваю ответить, он подхватывает меня на руки.
Я цепляюсь за его плечи, когда он забирается на кровать и укладывает меня. Моё сердце бешено колотится, когда его губы снова касаются моих. Но он не идёт дальше. Он просто стонет и на мгновение прижимается лбом к моему, прежде чем лечь рядом со мной.
Как только он накрывает нас одеялом, он притягивает меня к себе и касается губами моего затылка. «Спи, милая. Я с тобой».
Я слишком устала, чтобы спорить.