Колледж МПС

Умница Миа нажарила мяса, заправила соусом из корешков, ещё наделала рулетиков из подсоленного сырого мяса. У меня даже слюнки побежали. Сразу забыв о своих подозрениях, перенёс еду в столовую, побежал пригласить уставших путников на ужин.

Когда все собрались, зашёл Томас, принёс хлеб, вино и лимонад для меня. Не стал нас стеснять, попросил себе мяса на ужин. Набрал тарелку жареного мяса с овощами и ушёл в свою каморку. Сырое не стал, к моему удивлению. Оно стало такое мягкое, поразительно, как хорошо умеет готовить моя Миа… Никому её не отдам, рррр!

Само-собой, убираться опять же, заставили нас с Миа-тян. Пока мыли посуду, взрослые принимали душ.

Я сначала думал, не разберутся, а когда с лёгкостью разобрались, понял, что мои друзья, все, кроме кошки, уже побывали в подобных мирах. Да ещё смеялись надо мной, когда я испугался поезда и машин.

Хотя помылся я последним, и холодной водой, улёгся первым, пока остальные сушили свои хвосты, и быстро отключился, сильно устав за день.

Проснулся глубокой ночью, потому что захотелось в туалет. Так всегда со мной бывает, если на ночь выпью много воды, особенно, лимонада или кваса.

Надев трусы, пошёл в дальний конец коридора, пожурчал над унитазом, и тут мне на ум пришла «гениальная» мысль: а что, если, пока все спят, связаться через интернет со своими? С Майкой, например.

Совсем с ума сошёл, одёрнул я сам себя, а ты кто?! Тогда с Гришкой или дедом, у них там должен быть день. С Гришкой лучше, узнать, как там дела.

Так и пошёл, босиком и в одних трусах, к хозяину мотеля, спросонья совсем забыв, как выгляжу.

Томаса ни за стойкой, ни в комнатке, не было, зато на стойке лежали какие-то бланки и авторучка.

Взяв бланк, написал на обратной стороне: «Are you have internet?», и подошёл к дверям в столовую, откуда услышал разговор. Причём мой амулет нагрелся и стал рубиновым.

- …они, наверное, сталкеры, выносят из предгорий артефакты. И серебро, золото у них есть. Мне за ночь заплатили столько, сколько стоит весь мой сарай, - услышал я голос Томаса.

- Удачно всё складывается, - задумчиво ответил ему мужской голос.

- Я подсыпал им в вино снотворного, только малыш может проснуться. Старший у них опасен, сразу кончайте, остальных можно продать. Только не в моём отеле, унесите на пустырь, или увезите подальше, там кончайте.

- Разберёмся! – хмыкнул второй голос. Я хотел потихоньку уйти, но был замечен.

- О! – удивился один из гостей. Было их четверо, они лакомились нашим мясом и строили планы по нашему похищению. На внешний вид я определил их, как «латиносы», наверное, из Мексики. Или Пуэрто-Рико, не знаю.

- Это ещё что за чудо?! У вас маскарад? – Томас сам офигел, увидев меня в натуральном виде. Я нервно сглотнул, двинул ушами и хлестнул себя хвостом по бёдрам.

- Мутант… - просипел один из гостей, - в Предгорьях взрывали Эйч-бомбы, радиация до сих пор не выветрилась!

- Что у тебя? Проходи, раз пришёл, - первым опомнился Томас. Он уже общался со мной, никакой угрозы во мне не чувствовал. Я подошёл к нему, протянул листок бумаги, сделав вид, что ничего не слышал, ничего не знаю.

- Интернет? – удивился он, обводя взглядом гостей, - Что это?

- Спрашивает, имеете ли вы связи с всемирной паутиной. С мафией, значит. А почему пишет? Немой?

- Зато прекрасно слышит! – заметил другой, скользкий тип с прилизанными волосами. – Видите, какие уши? И писать умеет! Задержи его! – перешёл он на другой язык. – Смотри, у него какая цацка на шее! И сам дорого стоит, наверное! Какая забавная зверушка! – рассмеялся он, уже придя в себя от удивления, вызванного моим появлением.

- Пойдём, я покажу тебе интернет, - Томас осторожно приобнял меня за плечо, чтобы не спугнуть, и повёл к себе. Если бы я не понял их разговора, точно бы купился!

Хозяин мотеля прямиком вёл меня в свою комнату. Сейчас заведёт, закроет дверь на замок, и всё! А дверь в нашу комнату я оставил открытой, и все спят глубоким сном!

Сделав беспечный вид, пошёл с ним, но, дойдя до коридора, вывернулся из-под его руки, и по-кошачьи бесшумно побежал в свой номер. Там сразу закрыл на замок дверь, отметив, какая она непрочная, ногой выбить можно, и в первую очередь принялся расталкивать Миа-тян. Кошка не хотела расталкиваться. Тогда я вспомнил, как она привлекла внимание ребят и закричал ей в ухо:

- Алямяу! – кошка открыла один глаз с тонкой щёлочкой зрачка.

- Ты что орёшь? – удивилась она. И в это время мощный удар обрушился на дверь. Дверь с треском распахнулась, на пороге появился громила с автоматом Томпсона. Такие в гангстерских фильмах обычно показывают.

Громила рассчитывал, что все испугаются, и руки вверх поднимут. Однако он не знал одного: кошка не понимала, что за предмет у него в руках, я же, напротив, очень хорошо это знал. Поэтому, пока он разбирался, где кто стоит и лежит, я подпрыгнул до потолка, и рухнул на автомат, с воплем, а когтями зацепил бандиту всё, до чего мог достать. Автомат упал на пол, громила повалился вниз, а я, зная, что сейчас произойдёт, распластался на полу, схватив автомат в руки. Гангстер валялся без движения, вокруг него расплывалось красное пятно. А кошка, правильно всё оценив, скакнула сначала на кровать, где почивали Лиса и Волк, тенью скользнула в коридор, откуда послышались глухие удары. Лиса тоже не заставила себя долго ждать. Потянулась, сладко зевая, и в следующий момент только белый кончик хвоста мелькнул.

Тут же раздался рёв рассерженного Ликантропа. Я было приподнялся, изучая строение автомата, но по-быстрому закатился под кровать, чтобы не затоптали. Когда серая тень исчезла в коридоре, схватил автомат, нажал на гашетку и хмыкнул: автомат стоял на предохранителе. Нашёл крючок, снял с предохранителя и потрусил в коридор, пока не очнулся наш хозяин.

В коридоре валялись два тела без признаков жизни, в комнатушке Томаса слышался рёв Ликантропа и звуки разрушаемой мебели и звон стекла. Туда я побоялся соваться, оборотень может быть без памяти, свернёт мне шею, как котёнку. Поэтому поспешил на улицу, искать кошку.

Оказывается, ещё два разбойника пытались скрыться на машинах. Я дал очередь по колёсам одной из них, но автомат дёрнуло вверх, и пули проделали пунктир вдоль борта седана, а на кабриолет вскочила Миа, и острыми когтями располосовала матерчатую крышу. Запустив лапу внутрь, с рычанием, достойным рычанию снежного барса, вытащила изнутри машины визжащее тело и бросила на асфальт. Хвост милой кошечки не уступал по толщине и длине барсову.

В это время окно в комнате хозяина мотеля с треском вылетело, выбитое телом Томаса, следом вышел Волк, зарычал, завыл и застучал себе по груди кулачищами. Устрашив всех, пошёл, разорвал крышу застреленного мною седана, выбросил оттуда ещё одного человека.

Изо всех зверолюдей я посчитал адекватным только себя, хоть маленький и в одних трусах, зато хвост трубой, а на плече автомат Томпсона с огромным диском. Тем более, Ликантроп был без одежды, как и Лиса, вальяжно вышедшая из разбитых дверей. На кошке были плавки и топик.

Последним вышел Шеннгирр, собранный уже в поход и с рюкзаком за плечами. Он проверил, чтобы никто из бандитов не остался в живых, и кивком головы велел нам собираться и уходить. Хоть ночное шоссе на первый взгляд пустынное, когда не нужно, на нём обязательно появится свидетель.

- Брось автомат! – велел мне хозяин, - Вон туда, - указал мне на развороченный кабриолет. Я бросил и заодно пометил колесо. Прислушался. Вдали послышался вой полицейских сирен. Вполне могли услышать мою стрельбу. Пора отсюда смываться.