Страница 11 из 12
Пока я топаю куда глаза глядят, подставив жарким солнечным лучам лицо, избавленное от опостылевших очков, перетруженные накануне мышцы приходят в норму и тянущая боль отпускает. Иду, конечно, не совсем в никуда. У моего маршрута имеется первая, и пока единственная, точка, навеянная похожей прогулкой, но в компании ШиЕна. Направляюсь я в полюбившийся сабвэй. На завтрак сегодня размахнуться не получилось, из-за тяжёлого подъёма и общей разбитости, а теперь молодой организм наконец-то вспомнил, что его необходимо усиленно кормить, и настойчиво принялся об этом напоминать.
«И чего вдруг ШиЕн попёрся на Чеджу, дома ему не сиделось? Никаких талантов, позволяющих занять заветное место среди счастливчиков, он не демонстрировал и мечтами о путешествиях не делился. Да и зачем ему о подобном мечтать, когда его папаша мог организовать любую поездку. Хоть на Чеджу, а хоть на Фиджи. Стоило только попросить. И не в компании нескольких сотен малолеток, а строго индивидуально и с куда большим комфортом. КванГо, хоть и бесчувственная скотина, но вряд ли бы отказал родной кровинушке. Вон как крышу сорвало после крушения Севоля, ещё и Лиру во всём обвинил. Как будто это она заставила ШиЕна сесть на тот паром. Кстати! Я точно знаю, что не она, но тогда кто, и причём здесь месть? Уж не была ли это инициатива самого КванГо, пожелавшего тем самым избавить своего мальца от тлетворного влияния фиолетовых глаз? Пусть не насовсем, но на какое-то время точно. А тут как раз подходящий повод подвернулся. Непонятно другое: с чего вдруг КванГо решил, что Лира встречается с ШиЕном? Из-за пары случаев совместного времяпрепровождения? Чушь. Персональная неприязнь — это одно, но приплетать сюда смерть сына? Что-то здесь не сходится»
Возле входа в кафе, пропуская выходящего наружу посетителя, машинально бросаю взгляд вниз, на свои ноги, но там всё в порядке — джинсы — это вам не чулки то и дело норовящие сползти вниз. Улыбнувшись воспоминаниям, вхожу, направляюсь к стойке. Сегодня за прилавком знакомый мне продавец, которого я «мучил» в свой первый визит. Пару секунд переглядываемся, затем, он меня вспоминает.
— Аньон хасейо! Вам как в прошлый раз? — приветливо улыбнувшись, демонстрирует он правильный подход к постоянным клиентам и хорошую память. Улыбаюсь в ответ и киваю. Но тут же делаю уточнение: показываю жестом, будто делю батон надвое и оставляю себе лишь половину.
— Вам половинку, — вносит парень ясность в немую просьбу, на что я снова киваю. Каким бы зверским не был аппетит, но целый сэндвич я не осилю за один присест — проверено. А таскать с собой остаток обеда по жаре — не лучшая идея. Проще будет вернуться и повторить, как проголодаюсь.
Пока продавец колдует над заказом, оглядываю пустой зал, что в это время неудивительно. Нормальные корейцы либо учатся, либо работают, а редкие гости, скорее всего, балбесы вроде меня или туристы. Что ж, зато места на выбор. Оплатив заказ, забираю поднос и занимаю привычный столик у окна с видом на улицу. Затем, смакуя каждый кусь, неторопливо расправляюсь с сэндвичем, запивая колой из полулитрового стакана. Хорошо быть подростком. Метаболизм позволяет есть и пить всё подряд, не задумываясь о калориях, холестерине и прочих страшилках для взрослых. А труд на плантации не даёт засиживаться на месте.
«Кстати, о труде», — вспоминаю я о предстоящих обязанностях. Вытираю салфеткой рот и пальцы, достаю из рюкзака планшетку. У неё большой экран, что значительно снижает шансы перенапрячь зрение, да и печатать удобнее по крупным символам. Для спокойной обстановки — самое то! Включаю и отправляю Манхи смс-ку, в которой прошу маякнуть перед последним уроком, дабы было время успеть добежать до школы к приезду ДжэСона. Не стоит расстраивать ЁнСо по пустякам своим отсутствием. Заодно намекаю соседке о том, что желательно не выдавать моё отсутствие в школе родственникам. Кому какое дело как я провожу дневное время, особенно, если возвращаюсь домой вовремя…
Манхи отвечать не торопится, видимо, грызёт гранит науки, и я переключаюсь на другую «жертву». Немного позависав над стаканом с остатками колы, сочиняю длинное послание хозяйке планшета с текущим раскладом по взаимоотношению с чёболем, полной задницей в финансовых делах и просьбой одолжить до получки двести сорок миллионов вон. Несколько нагло с моей стороны, но, если припомнить, с какой лёгкостью девушка рассталась с ценной вещью и тысячей баксов в придачу — можно предположить, что и более значительная сумма ей по карману. Тем более, не безвозмездно прошу. Если прокатит — отлично, а нет — значит, нет. Как-нибудь сам выкручусь. Конечно, пахать на мажора пять лет таскаясь за ним по вечеринкам — сомнительное удовольствие, но, если хорошо подумать, — это гарантированная, и не самая пыльная работа. Всяко лучше, чем горбатиться за гроши в забегаловке у Мины. Остаётся договориться о денежном довольствии на закрытие минимальных потребностей, ну а в случае чего, можно будет таскать чёболя по ресторанам. Не откажет ведь он бедной девушке?
Внезапно осознаю, в кого превращаюсь и грустно вздыхаю. Не о судьбе жалкого попрошайки я мечтал, оказавшись в этом странном мире. Но ничего удивительного. Отсутствие минимальных понятий о финансовой грамотности и неумение сдерживать свои хотелки, в прошлой жизни тоже почти загнали меня в финансовую яму. Это случилось задолго до свадьбы, и чтобы не дарить будущей жене свои долги, пришлось серьёзно потрудиться чтобы закрыть гештальт. С тех пор я зарёкся брать кредиты, и тем более, гасить ими другие.
Но что-то пошло не по плану, и я снова увязаю в этом болоте. Сначала ЧжунСок, заманивший предложением, от которого невозможно отказаться, затем Мария… Что я буду делать, если она предложит «ещё более выгодную» сделку? А ведь я ещё не рассчитался за куда меньшие долги, например, гольфы… Кстати, о них.
В моём кармане почти пять миллионов вон, из которых не составит труда выделить небольшую сумму, чтобы расплатиться с продавщицей в том магазине одежды. Так чего тянуть кота за хвост? Осушаю стакан, проверяю, как там мои послания: дошли? К сожалению, обе девчонки молчат как партизанки на допросе, и я не вижу смысла дожидаться от них ответа, просиживая свободное время в кафе. Встаю и сгружаю оставшийся после еды мусор в предназначенный для этого контейнер. Можно оставить пустой поднос со скомканной бумагой на столе, но здесь так не принято. Как и в любом аналогичном заведении, впрочем. Кланяюсь на прощание скучающему продавцу и выхожу на улицу, где меня радостно принимает в свои объятия полуденная жара. Приходится снимать школьный пиджак и запихивать его в рюкзак. Оглядевшись по сторонам, определяю направление, и прогулочным шагом топаю в нужную сторону. Вторая точка моего маршрута засветилась на мысленной карте ярко красным.
Не пройдя и половины пути я начинаю жалеть, что не одел Лиру как полагается: в юбке, было бы куда комфортнее на таком солнце. С другой стороны, тогда бы я не болтался по городу, а сидел за партой, проводя время куда скучнее чем сейчас.
«Завтра надо будет положить в рюкзак сменку, и в ближайшем туалете переодеться. Если погода не подведёт», — прихожу я к логическому выводу и ловлю ещё одну мысль вдогонку о том, что утреннее происшествие определило мои планы на ближайшие дни, а может и месяцы: в школу я больше ни ногой.
Магазин встречает меня тишиной, прохладой кондиционированного воздуха и радостной улыбкой сотрудницы, узнавшей в вошедшей давешнюю посетительницу. Улыбаюсь в ответ и без предисловий выкладываю на прилавок из кармана пачку купюр. Потом, последовательно показываю на свои ноги, стеллаж с чулками и на женщину.
— Аньон! Какие ты хочешь? — не поняв, или сделав вид, что не понимает моего жеста, спрашивает продавщица, после короткого приветствия. Приходится лезть за планшетом.