Страница 10 из 31
4. Полярная ночь
Посвящаю родной и любимой Воркуте. Городу, где самые холодные дни и ночи, и самые теплые сердца горожан.
(С) автор.
Посёлок Северный, затерянный среди бескрайних снежных просторов Заполярья, погрузился в полярную ночь. Уже две недели солнце не показывалось над горизонтом, а последние три дня буран завывал с такой силой, что казалось, будто сама тундра стонет от боли. Северное сияние, из-за которого так любили съезжаться к ним в эту пору туристы, так и не порадовало собою горожан, уступив белому плотному мареву снежного вихря.
Участковый Игорь Маслов, единственный представитель закона на сотни километров вокруг, сидел в своём промёрзшем кабинете, когда в дверь постучали. Вошла заплаканная Анна Петровна, учительница местной школы.
- Игорь Николаевич, Семён Кузьмич не пришёл на работу. Я ходила к нему домой... - она запнулась. - Он мёртвый... замёрз, но странно как-то. Весь белый, будто иней на нём, а глаза... глаза словно стеклянные, полные ужаса.
-Замерз насмерть, думаете?- не отрываясь от документов, почти машинально, уточнил. Учительница всхлипнула:
-Н-н-нет. Там ...другое. Мистика какая-то. К-к-кажется. - потом, выдохнув, затараторила.- Я ведь...только из окна посмотрела. Он на первом этаже живёт, дети часто...Ну, баловали мои, подшучивали. То камушком кинут, то стукнут и убегут, то заглядывают. Он жаловался. Вот я и... Глянула. А он сидит...Неживой.
Маслов, вскинув голову, окинул беглым взглядом гостью. Не пьёт, вроде, и больной не выглядит- испуганной, скорее. Но поверить в то, что она говорила? Замёрз дома насмерть? Да и у страха глаза велики- задремал, может, в позе неестественной какой, а учительница уже в мертвяки и записала. Женщины, что с них взять.
***
К вечеру Маслов осмотрел тело старого метеоролога. Дверь была заперта изнутри, окна целы. Никаких следов взлома или борьбы. Только на полу — странные влажные следы, ведущие в никуда и тут же обрывающиеся. Странно. Очень странно. Пожалуй, сейчас он готов был согласиться с учительницей.
Рация шипела помехами. Связь с Большой землёй прервалась ещё вчера. Вертолёт появится не раньше, чем закончится буран, а синоптики обещали не менее недели такой погоды.
***
Утром нашли тело Николая, механика дизельной станции. Такая же картина: белая, словно обледеневшая кожа, застывший в глазах ужас. Посёлок, в котором проживало всего сорок три человека, погрузился в панику. Хоть участковый и пытался не дать сплетням распространиться, чтобы избежать подобного, но казалось, что все от мала до велика уже в курсе.
Старая шаманка из соседнего стойбища, приехавшая в посёлок накануне пурги, рассказала Маслову древнюю легенду, когда он ходил по квартирам с опросами:
- Это Хийси, дух льда и снега. Просыпается раз в пятьдесят лет, когда полярная ночь длиннее обычного. Питается теплом живых, оставляя за собой лишь ледяные оболочки.
- Что за чушь, - отмахнулся Маслов, но внутренне похолодел. Очень уж схожа версия с тем, что происходило.
- Хийси можно увидеть только в отражении. И убить его может только тот, кто готов добровольно отдать своё тепло.
Покачав головой, Маслов поблагодарил старую женщину, и пошел опрашивать граждан дальше.
***
Третьей жертвой стала молодая медсестра Лена. Её нашли в амбулатории, застывшую с занесённым шприцем. На стене — отпечаток ладони изо льда, уже начавший таять.
Маслов, наплевав на превышение полномочий, организовал убежище в школе. Собрал всех оставшихся жителей в спортзале, развёл костры. Никто не должен оставаться один. После того, что творилось, он уверовал бы и в черта лысого, а не в мстительный ледяной дух. Сейчас как никогда он чувствовал ответственность за поселок, за жизни этих людей, детей, вверенных ему государством и самой судьбой. Пускай звучало абсурдно, но он не даст погибнуть больше никому. " Все будет хорошо."- как мантру повторял про себя мужчина, оглядывая напуганных людей вокруг -" Скоро буран уймется, связь снова появится. Дороги расчистят- и он дождется помощи, о которой не раз запрашивал с самого начала. Все будет хорошо". Но издевательский вой ветра за стенами точно глумился- ' Нет. Не будет. '.
Ночью он проснулся от тихого звука. В окне спортзала что-то мелькнуло — белая фигура, почти прозрачная. Маслов схватил фонарик и ринулся наружу, забыв накинуть куртку.
Буран временно стих. Полная луна отражалась в ледяных сугробах, превращая посёлок в застывший серебряный мираж. Маслов увидел следы - мокрые вмятины в снегу, словно оставленные босыми ногами. Поежившись от осознания, что нечто, оставившее их, явно не было человеком, он пошел по ним. Отчаянно ругая себя за то, что плохой из него пастырь - овец своих оставив, ринулся по следам зверя, да ещё и следам ли? А что, если всё это- бутафория. Одна огромная сплошная бутафория. Но тут же сам отмел эту версию- уж очень грамотная, до безумия продуманная бутафория. А, главное, зачем? Чтобы медсестру или несчастного Кузьмича порешить?
Следы привели к замёрзшему озеру. Маслов посветил фонариком на лёд и отшатнулся. В ледяной глади отражалось не его лицо. На него смотрело существо — человекоподобное, но с прозрачной, как стекло, кожей, сквозь которую проступали синие вены. Оно улыбалось. Жуткой, хищной улыбкой. Смотрело в упор, будто только и ждало, когда же он придет. Вздрогнув, он дернулся, поскользнулся и упал на лёд, больно отбив себе бок и локоть. Фонарик отлетел в сторону. Когда, превозмогая боль, Маслов добрался до фонарика, пару раз ударил его о ладонь, чтобы тот заработал, и направил на ледяную гладь, то никого уже там не было- ни лиц, ни отражений. Добротный " глухой", как называли его рыбаки, зимний лёд. Без той
глянцевитой прозрачности , которую так любят показывать в видео о зимней рыбалке.
***
К утру ещё двое жителей исчезли. Их тела нашли у берега озера, заиндевевшие, с искажёнными от ужаса лицами. Точно две ужасающие восковые скульптуры. А позади одного из них- след. Точь-в-точь тот, по которому шел ночью и сам участковый. Вот только его, отчего -то, чудовище не тронуло. " Побрезговало.".- мрачно усмехнулся он, поудобней обхватив ноги трупа, чтобы погрузить его на большие сани. На таких обычно в буран ловко возили по снегу меж домами необходимое. А теперь вот- трупы.
Спустя пару часов мрачных раздумий Маслов понял - нужно действовать и сейчас. Он собрал оставшихся жителей и рассказал свой план:- Этот... дух, чем бы он ни был, приходит из озера. Я видел его в отражении. И если шаманка права, его можно уничтожить.
Как ни странно, но люди, напуганные происходящим, довольно быстро согласились. Даже облегчение читалось на их лицах- как же, представитель власти больше не смотрит на них беспомощно, а предлагает действовать. Пускай и так ...странно.
Под руководством Маслова жители собрали всё имевшееся в посёлке горючее. На закате он отправил всех в школу, а сам направился к озеру с канистрами бензина.
Лёд потрескивал под ногами. Маслов вылил бензин, образуя широкий круг, встал в центре и чиркнул спичкой. Пламя вспыхнуло ярким кольцом.
- Выходи! - крикнул он, вглядываясь в тёмную поверхность льда. -Я здесь. Один.
Лёд задрожал. В отражении лунного света показалось существо. Оно медленно поднималось из глубины, становясь всё отчётливее. Прозрачная фигура ступила на лёд, двигаясь к Маслову сквозь огненный круг.
Холод пронзил участкового до костей. Он почувствовал, как его собственное тепло вытягивается, устремляясь к существу. Пальцы немели, дыхание превращалось в ледяные кристаллы.
Собрав последние силы, Маслов бросился на существо, обхватив его руками. Кожа мгновенно примёрзла к прозрачной плоти Хийси. Участковый чувствовал, как его сердце замедляется, как холод проникает глубже, к самой сути его жизни.