Страница 25 из 26
Проснулась я на заре оттого, что замёрзла. Земля уже остыла, а на траве появилась роса. Было свежо, а изо рта у меня шёл пар. Особо не рассидишься, поэтому мы с парнишкой решили идти дальше, пока трава не подсохнет, а мы не согреемся, тогда уж и присядем, чтобы передохнуть и перекусить.
Уже запоздало я вспомнила, что у меня в котомке лежат несколько красных чешуек, которые дают тепло, да две голубых — водяных. Остановившись, я вытащила их. Красные я хотела поделить с парнишкой, но он мне отказался, сказав, что уже не видит смысла, так как во время ходьбы мы и так согреемся, а скоро и солнце начнёт припекать.
Тогда я подняла одну голубую чешуйку над откупоренным горлышком фляги из сушёной тыквы и восхищённо наблюдала, как чешуйка начала конденсировать из воздуха воду, которая большими каплями заполняла почти опустевшую ёмкость.
В отличие от красных чешуек, которые давали постоянное ровное тепло, голубые начинали добывать из воздуха воду, только если она присутствовала неподалёку, даже в небольшом количестве. Например, Раун сказал, что для этих целей подойдёт и утренняя роса.
Запихнув красные чешуйки назад в котомку, мы отправились дальше. Этот день мало отличался от предыдущего вечера. Мы также шли по холмам, я училась мужской походке, а ещё мужскому голосу. У меня не очень хорошо получалось, и Раун надо мной смеялся, пока сам не охрип.
А ещё парнишка показывал мне, как ориентироваться по солнцу, а вчера вечером — по большой звезде. Когда мы расстанемся, мне надлежит идти в ту сторону, откуда встаёт солнце, а ночью — в сторону звезды. Тогда, со слов мальчика, я должна попасть в большой город со странным названием Заартаан.
Он также находился на землях Сантерийского герцогства и являлся своего рода его столицей.
Судя по описанию паренька, дома в городке максимум двухэтажные, и он, скорее всего, похож на областной центр в моей прошлой жизни.
Больше Раун мне ничем не мог помочь, так как и сам толком не знал, что находится дальше Заартаана. Единственное, о чём он меня предупредил, что в той стороне, где заходит солнце, находится граница Сантерийского княжества с баронством братьев Крамер.
И что это самые беспокойные соседи нашего княжества, которые периодически пытаются захватить эти земли из-за обитающих здесь полозов с драгоценными чешуйками. Так вот, в данное время с этими соседями снова велась война, поэтому, если я не хочу оказаться на поле боя между двух враждующих сторон, то должна очень осмотрительно выбирать направление!
Вода в бутыли из высушенной тыквы к полудню была на исходе, что беспокоило меня сильнее всего, так что, пока она не закончилась, мы остановились, чтобы пополнить ее запасы. Я все больше проникалась восхищением к этим необычным артефактам! Учитывая простоту их использования, они в быту были просто незаменимы!
Во второй половине дня я почувствовала, что идти мне стало куда труднее. Ноги словно налились свинцом, а моя почти пустая котомка стала казаться неподъемной. Единственный плюс заключался в том, что походка «вразвалочку» стала получаться у меня куда лучше и естественней. Да и голос стал более хриплым, так как мы шли по жаре, а воду сильно экономили. На жаре чешуйка «работала» куда медленней, добывая влагу из пересушенного солнцем воздуха, а сидеть просто так на солнцепеке было очень мучительно.
Я была рада, что послушалась Гертруду и захватила с собой ту ужасную шапку, снятую со спящего у стены пьяницы. Она хоть как-то да прикрывала мою макушку от палящих лучей. Я уже с трудом переставляла ноги, до боли в глазах высматривая вдалеке обещанную парнишкой полоску леса, где можно было бы отдохнуть и спрятаться от жары.
К счастью, все плохое тоже когда-нибудь да заканчивается. Солнце, наконец, коснулось далекого горизонта, и я уже опасливо посматривала на мальчика, каждую минуту ожидая, что он попрощается со мной, и я останусь совсем одна! Не выдержав ожидания, я сама спросила его, когда он меня покинет.
Но Раун нахмурился и ответил, что надвигается дождь, даже, судя по всему, сильный ливень, и он не может оставить меня одну в такую погоду на открытом месте.
Я лишь удивленно пожала плечами, искренне не понимая, о каком ливне он говорит. Но что пацаненок не шутит, убедили меня его сведенные к переносице брови и сжатые в упрямую линию губы. Шаг парнишки стал шире, а сам он все чаще поглядывал на небо.
Его беспокойство передалось и мне. Особенно после того, как я тоже почувствовала, что воздух стал куда свежее и потянуло водой. Проказливый ветерок взметнул мои короткие волосы, торчащие из-под шапки, и я ощутила, что и сам ветер стал прохладней. Стало очень неуютно. Особенно от осознания, что на всем видимом пространстве нет даже одного деревца, не то, что укрытия.
- Смотри! – наконец услышала я радостный возглас мальчика и посмотрела в сторону, куда он указывал.
Большая крытая кибитка, запряженная четверкой коней, медленно ехала нам навстречу, приближаясь к подножию холма, с которого мы, наоборот, спускались.
Людей с такого расстояния пока видно не было, но я надеялась, что это путешествует большая семья, которая выделит нам с моим провожатым скромный уголок в своем жилище на колесах, чтобы переждать дождь. И решила отдать им в качестве платы одну из чешуек, подаренных мне Гертрудой.
- Раун, а ничего, что они едут нам навстречу, а не в противоположном направлении?
- Эти люди тоже знают о дожде, поэтому они наверняка скоро остановятся на ночлег, вот мы с ними и переночуем, - судя по голосу, Раун уже тоже устал, хотя передо мной старался бодриться.
Мы ускорили шаг, подгоняемые все усиливающимся ветром. Теперь уже и я прекрасно видела ставшее свинцовым небо и надвигающиеся сизо-черные тучи. Вдалеке загрохотал гром, сверкнула молния. Я резко ускорила шаг, собираясь уже перейти на бег, когда Раун окликнул меня, приказав не отходить от него далее, чем на пару шагов. Я удивилась, но, взглянув на его сосредоточенное лицо, поняла, что он опять прикрывает нас, отводя глаза возможным наблюдателям.
То, что его предосторожность оказалась не лишней, я поняла, едва мы приблизились к кибитке на довольно близкое расстояние. Путешественники уже остановились на ночевку, и из-под тента один за другим начали выскакивать мужчины довольно бандитской наружности. Я насчитала их семь человек, и ни одной женщины и ребенка!
Я невольно замедлилась, ноги стали ватными, мне совсем не хотелось приближаться к этим подозрительным личностям. Но Раун, схватив меня за руку, наоборот, ускорил шаг, буквально потащив меня за собой.
Мне стало очень страшно! И сейчас я, пожалуй, больше боялась этих бородатых, одетых в несвежую и местами рваную солдатскую форму мужчин, чем догоняющего нас грозового фронта.
Словно обидевшись на мое пренебрежительное отношение, позади меня раздался оглушающий треск, словно разорвавшегося пополам неба, что я невольно присела.
- Элея, поторопись! Нам нужно до них добраться до начала ливня, пока они распрягают коней! Под дождем отвод глаз плохо работает, тем более мне нужно прикрывать двоих.
Упс! Оказывается, не все так гладко с этими магическими способностями. Есть у них и слабые места.
Опасение, что нас в любой момент могут увидеть, придало мне сил, и я чуть ли не быстрее парнишки рванула вперед.
Когда уже до кибитки оставалось метров пятнадцать, один из бородачей, стреноживающих коней, вдруг поднял голову и, глядя прямо на меня, медленно выпрямился.
- О! А это еще что такое?