Стая демонов

Я понятия не имею, сколько лжи наговорил мне Роман. Он, конечно, не сказал мне, что Рун — мой брат, если это вообще правда. Но Роман был прав в одном.

Страх… настоящий страх… это осознание того, что мои сёстры вот-вот умрут, и я ни черта не могу с этим поделать.

Нет, если только… Я не стану монстром, которому всегда сопротивлялась, не выпущу на волю демоническую силу, которую так крепко держала в себе, и не нарушу свой контроль над ней.

Ангел сказала мне забрать окружающий меня страх.

Роман сказал мне посмотреть правде в глаза.

Моё решение уже принято.

С криком я позволяю Торпу нанести следующий удар — сокрушительный по моей щеке, — но когда его кулак обрушивается на моё лицо, едва не ломая скулу, я хватаю его за руку, крепко сжимая и выкручивая одновременно, используя свой вес и его инерцию, чтобы опрокинуть его на спину.

Когда я приземляюсь ему на грудь, мои руки опускаются на его плечи.

У меня есть всего мгновение, а может, и меньше, прежде чем Грант наваливается на меня сзади, и орлы-оборотни вырывают части оружия из рук моих сестёр.

Отпуская свою демоническую силу, я позволяю ей течь через мою грудь, вверх по голове, вниз по рукам и сквозь пальцы. Я преодолеваю барьеры, которые сама воздвигла вокруг своей силы и которые незыблемо удерживала всю свою жизнь, и это всё равно, что отодвинуть занавес и, наконец, увидеть, что находится по ту сторону него.

Мои глаза горят, превращаясь в опасные фиолетовые щёлочки, когда мир вокруг меня замедляется до мельчайших движений. Медленные, постепенные взмахи крыльев орлов, когда они двигаются в едином ритме. Лёгкое касание воздуха перед тем, как кулак Гранта опускается на мою голову. Грудь Торпа поднимается подо мной, когда он делает вдох, и до моего слуха доносится тяжёлый звук.

Там, где я ожидала увидеть цвет, были только потоки тьмы. Она наполняет воздух вокруг меня сверкающими частицами пыли, такими же чёрными, как костюм из оникса, который Роман подарил мне, чтобы защитить от ангельского света. Это касается всех, кто меня окружает — Торпа, Гранта, Орлов, моих сестёр, Дастиана.

Даже Романа.

Пыль оседает на его обожженной щеке, покрывая рану блестящими чёрными полосами.

Она покрывает даже Руна, хотя и тянется к его правому виску потоком, похожим на извивающуюся верёвку.

Я моргаю, глядя на частицы, оседающие на моих руках, груди, бёдрах, на всём теле. Они образуют ещё один защитный слой, только, в отличие от того, как пыль оседает на всех остальных, она проникает в моё тело так быстро, как только я успеваю её притянуть к себе. Быстрее света.

Я узнаю тьму, туман теней, который окутывает меня, тем, что он есть.

Опасной эмоцией.

Страхом.

Глава 39

Все окутаны туманом, даже Роман, и особенно я, но, когда я провожу сквозь него рукой, наблюдая, как он собирается на моих пальцах и проникает под кожу, я, наконец, понимаю, что он принадлежит мне.

«Забери страх», — сказала ангел.

Я глубоко вдыхаю тёмный воздух, снимая его тяжесть с груди Торпа и высасывая тьму из кулака Гранта. Широко раскинув руки, я срываю его с орлиных крыльев, хватаю воздух вокруг себя и призываю его с раненой щеки Романа, и, наконец, отрываю его от тел моих сестёр. Забираю всё это и очищаю воздух вокруг себя от каждой частички. Я принимаю тяжесть всех их страхов на свою грудь, поскольку это питает другие эмоции, превращая их в силу и могущество и…

Ярость.

То, что показалось мне вечностью, должно быть, длилось всего один секунду, потому что кулак Гранта продолжает приближаться к моему лицу, Торп вырывается из-под меня, а когти орлов-оборотней вот-вот раздерут тела моих сестёр.

Сделав ещё один глубокий вдох, я выплеснула свою ярость в крике.

— Stoll!

Орлы-оборотни подпрыгивают, взмахивают крыльями и разбегаются в стороны от Малии и Тани, прежде чем упасть на землю, некоторые из орлов плещутся в воде, все они втягивают когти. Я уворачиваюсь от кулака Гранта, и он теряет равновесие, врезаясь в другого оборотня позади меня, прежде чем они оба, спотыкаясь, останавливаются.

Торп перестает вырываться подо мной и смотрит на меня широко раскрытыми глазами… понятно… глаза.

— Что за хрень? — шепчет он. — Нова?

Всего несколько дней назад, когда мы тренировались, Торп спросил меня, что бы я сделала, если бы не смогла выбраться из ситуации. Я сказала ему, что выход есть всегда. Мои глаза горят, когда я смотрю на него сверху вниз, фиолетовый свет моих радужек отражается на его лице.

— Я избавила тебя от страха.

Через дорогу Роман и Эйс заканчивают последний удар демона, и рука Романа тут же взлетает к щеке, откуда я перенесла страх, который заражал рану. У меня нет времени оценить его реакцию на мои действия, потому что над бассейном внезапно происходит какое-то движение.

Мои сёстры просыпаются, и я не могу позволить им уронить камень или коготь.

— Держите фрагменты! — кричу я, соскакивая с Торпа, и с колотящимся сердцем бегу к пруду. — Малия! Таня! Не отпускайте их!

Позади меня раздаётся предупреждающий крик — голос Романа, — прежде чем кто-то врезается в меня, оттесняя от водоёма. Тёмное облако застилает мне глаза, страх Руна заполняет мой разум, и он отрывает меня от земли, когда ревет мне в ухо так громко, что у меня гудит в голове.

— Тебе не забрать мою силу!

Туман вокруг него рассеялся, и я впервые могу смутно различить очертания его лица. Я замечаю блеск его глаз, когда он готовится впечатать меня в стену пещеры. До этого момента его прикосновение парализовало бы меня, но теперь я впитала весь страх из комнаты, лишила его этого и впитала в своё тело.

Мои руки свободны, потому что он обхватил меня за талию. Сжимая кулаки, я опускаю их ему на плечо, напрягаю мышцы живота на полную катушку, чтобы приподняться параллельно земле, сгибаю колени и отталкиваюсь от стены, как только мы касаемся её, заставляя его отпустить меня.

Сделав сальто назад, я приземляюсь на корточки, когда он поворачивается ко мне.

В тот момент, когда я была в воздухе, я мельком увидела своих сестёр. Всё ещё паря над прудом, руки Малии дергаются, кончики её пальцев опасно скользят по камню, а веки трепещут. Рядом с ней развеваются карамельно-светлые волосы Тани, когда она встряхивает головой, словно пытаясь прочистить её, грудь поднимается от глубокого вдоха. Дастиан стоял лицом к Тане, и я уловила момент, когда он расслабился, его частично сдвинутые крылья продолжали сильно биться, и он пронесся мимо моих сестёр. Темпл и Блиц одновременно вырываются из состояния сна и быстро приземляются на другой стороне пруда рядом с Лукой.

У меня нет возможности узнать, осознают ли мои сёстры опасность, если уронят фрагменты, и я должна вернуться к ним, чтобы предупредить.

Обернувшись, я замечаю Люсиль, скорчившуюся в грязи на краю водоёма, с вытянутыми вперед руками, в каждой из которых по обломку волшебной палочки, которые отчаянно трясутся. Моё сердце сжимается, когда я вижу, как она целится своей магией в моих сестёр, но затем она кричит:

— Поторопись, Дастиан! Я больше не могу удерживать их в воздухе! Они не должны бросать фрагменты!

Это всё, что я слышу, прежде чем Рун снова хватает меня и прижимает к стене. На этот раз я к нему готова. Моя нога врезается ему в грудь, впечатывая его в камень с такой силой, что в стене пещеры появляются трещины толщиной с волос.