Страница 66 из 85
Джеки Красное Перо
Джеки и Харви приезжают в Окленд ночью накануне пау-вау. Харви предлагает Джеки поселиться в его гостиничном номере, упоминая, что там две отдельные кровати.
– Это ни к чему не обязывает. Вторая кровать свободна, бесплатно, – говорит он.
– Я не нищая, – отвечает Джеки.
– Будь по-твоему, – говорит Харви. Вот в чем проблема с такими мужчинами, как Харви. Пусть даже казалось, что он изменился к лучшему, свинью из него никогда не вытащить. Джеки наплевать, если он подумал, что может быть по-другому. Это его проблемы, в конце концов. Она носила их ребенка, родила и отказалась. Их малышка. Пусть теперь он тоже мается от чувства вины. Так и должно быть.
Когда Джеки просыпается, ей кажется, что еще слишком рано, но она никак не может снова заснуть. Раздвигая занавески, она видит солнце, поднимающееся из-за горизонта. Только в эти часы можно увидеть тот волшебный градиент от темно-синего к светло-голубому, которые встречаются где-то посередине. Она всегда любила этот оттенок синего цвета. Ей следует чаще смотреть на восход солнца. Когда в последний раз она наблюдала восход? Вместо этого она задергивает шторы и включает телевизор.
В какой-то момент спустя пару часов приходит сообщение от Харви. Он собирается на завтрак.
– Нервничаешь? – Джеки подцепляет вилкой кусочек колбасы и макает его в лужицу сиропа.
– Давненько я не нервничал. – Харви делает глоток кофе. – Именно там я лучше всего соображаю. Перед микрофоном. Просто говорю то, что вижу, и это дается легко, учитывая, сколько пау-вау я провел. Это как у спортивных комментаторов, которые молотят всякую чепуху, заполняя паузы в игре, за исключением тех моментов, когда я говорю о том, что творится вокруг нас, пока танцоры проходят на поле, и иногда это звучит как молитва. Но ведущему нельзя быть слишком серьезным. От него ждут дерзости. Это большое событие для многих людей, которые хотят выиграть приз. Соревнование. Так что я должен постараться сделать его легким и беззаботным, как это делают спортивные комментаторы. – Он перемешивает все, что лежит у него на тарелке – яичницу, печенье, подливку, сосиски. Втыкает вилку в это месиво. Управившись со своим блюдом, он подчищает остатки гренком. Джеки потягивает кофе и смотрит, как Харви уминает промокший гренок.
На пау-вау Джеки садится рядом с Харви под брезентовым навесом, где размещаются акустическая система и микшерный пульт, из которого змейкой выползает микрофонный шнур.
– У тебя будут имена и номера танцоров, скажем, на листке бумаги перед глазами, или ты запоминаешь их наизусть? – спрашивает Джеки.
– Запомнить? Скажешь тоже. Вот, – говорит Харви и протягивает ей планшет с длинным списком имен и номеров участников. Она рассеянно пробегает глазами по списку.
– Мы в порядке, Харви, – говорит Джеки.
– Я знаю.
– Вряд ли.
– Больше сорока лет прошло, – говорит Харви.
– Сорок два, – уточняет она. – Ей сорок два года. Нашей дочери.
Джеки уже готова вернуть планшет Харви, когда видит в списке имя Орвила. Она подносит планшет поближе к глазам, чтобы убедиться. Перечитывает имя снова и снова. Орвил Красное Перо. Он там. Джеки достает телефон, чтобы отправить сообщение сестре.