Идеальный хищник

— Думаете?.. — Филипп поднял бокал с вином, но не стал пить, лишь держал его на весу, задумавшись. — Я, кстати, видел рилсы с пареньком, который дестроит «Бентли» на камеру. Позовем его?

Официант тем временем принес чай и щедрую порцию тирамису, а вот с моим заказом снова не торопился.

Но есть мне не хотелось — интересно было и так.

С Наташкой мы познакомились, когда я искала необычные картины для оформления дома одного известного певца. Заглянула в арт-галерею недалеко от дома, надеясь найти что-нибудь атмосферное среди работ художников, которые еще не прославились настолько, чтобы их картины могли бы вложением денег. Проще говоря — чтобы стоили дешевле наших отделочных материалов.

И там она захватила меня в плен своим энтузиазмом. Он проявлялся даже сейчас — как она ни старалась играть роковую соблазнительницу перед привлекательным мужчиной, огонь в ее глазах вспыхивал ярче всего, когда она говорила о художниках-хулиганах.

Я тихонько ковыряла артишок и любовалась двумя откровенно увлеченными своим делом людьми. Они оба с места включились в обсуждение деталей сотрудничества, генеря идеи на ходу.

— Нет, у «Бентли» другой имидж, — говорил Филипп, безжалостно терзая сырое мясо на тарелке. — А вот «Ламборджини», пожалуй, будет в тему дерзости и молодости. Вера, а вы как считаете?

Я не ожидала вопроса от него.

В современном искусстве я разбиралась мало. Все, что знала, было заслугой Наташки, которая таскала меня на самые интересные выставки.

— Вера у нас не специалист! — вмешалась она, явно недовольная тем, что внимание сместилось на меня. — Она картины и скульптуры она выбирает так, чтобы по цвету к обоям подходили, а в автомобилях понимает еще меньше. У нее даже своей машины нет.

— Скоро будет! — возмутилась я. — Вот сдам на права — и сразу куплю!

Я вообще не планировала вмешиваться в их странный флирт, но такое откровенное пренебрежение не смогла стерпеть даже из принципа.

— О, как интересно! — развернулся ко мне вместе со стулом Филипп. — Уже выбрали марку? Хотите, порекомендую что-нибудь? Я как раз специалист.

— Ой, нет, не стоит беспокоиться! — я даже засмеялась. — «Бентли» и «Ламборджини» — это не мой вариант.

— А что ваш? — серьезно уточнил он.

— У меня совсем другой уровень, — призналась я. — Либо новый китаец, либо подержанная.

— Но ведь у вас наверняка есть машина мечты… — проницательно сощурил стальные глаза Филипп. — Я прав?

— Да, конечно, — кивнула я. — Но и она мне не по карману.

— Покажите.

И снова этот приказной тон, которому подчиняешься раньше, чем слова доходят до мозга.

Я достала телефон и открыла галерею фотографий — и только тогда застеснялась. Потому что машина моей мечты, хоть и стоила больше моего самого отчаянного бюджета, все равно не дотягивала до «Бентли».

— Вот… — смущенно улыбаясь, показала я свою прелесть. — Цвета шампанского… С панорамной крышей, с автопарковкой, с белым салоном… Я влюблена!

— И сколько не хватает? — полюбопытствовал Филипп, глядя, как я листаю на экране фотографии машины моей мечты.

— Шестьсот тысяч… — вздохнула я. — Это уже с учетом, что я возьму в долг у всех, кого смогу уговорить.

— Хм-м-м-м… — Филипп еще несколько секунд рассматривал фото на экране моего телефона, а потом отложил вилку и нож и перевел взгляд на мою подругу: — Наталья, мне кажется, вам уже пора.

2. Конец ужина

Это вот что такое сейчас было?!

Я несколько ошеломленно наблюдала, как Наташка молча, с застывшей на лице улыбкой, собирается, нервно перекладывая телефон из одной руки в другую.

Надевает сумку на плечо, бормочет что-то похожее на прощание. И, так и не взглянув на меня, уходит.

Я растерянно оглянулась ей вслед. Наверное, надо тоже уйти?

Какая-то идиотская ситуация.

Начала вставать, но дорогу преградил официант, который будто бы не заметил, что помешал мне. Ловкими движениями он расчистил место на столе, забрав недопитый облепиховый чай, и расставил тарелки с художественно выложенным тартаром из… креветок? Я успела забыть, что за странное блюдо заказал мне Филипп.

Подняла на него глаза, встретилась с его пронизывающим стальным взглядом…

И поняла, что не хочу уходить.

Да, Филипп Завадич повел себя совершенно возмутительно. Так нельзя обращаться с людьми, тем более, с женщинами.

Но глядя на этого вальяжного хищника, демонстративно наблюдающего за моей реакцией, я поймала себя на безумном любопытстве.

Кто он такой?

Зачем он это сделал?

Чего хочет?

Что собирается делать дальше?

Любопытство это было сильнее всех правил приличия.

Поэтому я осталась.

Тем более, меня ждали три разноцветных тартара на трех пестрых блюдцах, украшенных брызгами соуса, которыми повар явно пытался передать какое-то художественное высказывание.

Это надо есть? Выглядит красиво, но…

— Вам не нравится? — проницательно спросил Филипп.

От его стейка уже ничего не осталось, и он медленно тянул густое темное вино из бокала, откинувшись на спинку стула.

— Честно говоря, не люблю термически необработанные продукты, — призналась я.

— Слишком осторожны? — усмехнулся он. — А я вот люблю все сырое и дикое — мясо, рыбу, устрицы… чувства. Необработанное, не измененное. Такое, как появилось на свет в живой природе.

— Каждому свое, — пожала я плечами.

— «Jedem das Seine», — с лязгающим немецким акцентом перевел он. — Знаете, где это было написано? Над воротами Бухенвальда.

У меня никак не получалось нащупать правильную интонацию в разговоре с Филиппом Завадичем. В любом другом случае я бы уже попрощалась и ушла, но он слишком меня интриговал.

Холодный стальной взгляд, подавляющая энергетика и низкие нотки в голосе, пробирающие до самых костей.

Завораживающая харизма хищника.

Такие, как он, питаются такими как я. В живой природе.

И от этого захватывает дух, как на американских горках.

Ощущение опасности — но такой… контролируемой.

В конце концов, что может со мной случиться посреди столицы в людном месте?

— Чем вы занимаетесь, Вера? Я правильно понял, что вы не коллега Натальи?

Он сам выбрал тон дальнейшей беседы, свернув с пути провокации.

Почему-то меня это разочаровало.

— SMM-менеджер, — я назвала самую скучную версию того, чем занималась сейчас.

Еще недавно я могла бы заинтересовать его, выпендрившись своей должностью «менеджера по эмоциональному опыту для клиентов». Таких клиентов, как он — неприлично богатых людей, которые выбирают себе квартиру не по принципу «поближе к метро» и «на что хватило».

Моей задачей было так оформить безрассудно дорогую недвижимость, чтобы подобные Филиппу Завадичу пресыщенные богачи захотели купить десятый пентхаус просто потому, что там какой-то особенный вайб. Тщательно созданный мной.

Филипп разглядывал меня, склонив голову и будто бы чуть-чуть свысока.

Еще бы — на его фоне SMM-менеджер даже не рыба, а так — планктон.

Не лань — не добыча. Мышь-полевка, которую леопард даже не заметит, случайно раздавив мягкой лапой во время погони за кем-нибудь повкуснее.

— Вера, вы замужем? — вдруг спросил он.

Я подавилась кашлем пополам со смехом.

Официанту пришлось поспешить ко мне с бокалом воды, но я отдышалась раньше.

— Нет, — ответила честно и снова засмеялась.

— Смешной вопрос? — удивился Филипп лениво.

Он качнул в ладони бокал с вином, густая словно кровь жидкость плеснула на стенки.

— Немного, — призналась я. — Разве такие вопросы задают в лоб? Надо как-то аккуратно узнавать!