Измена. Я (не) прощу

46

Высокие ворота закрыты, а суровые охранники хмуро сканируют взглядами коробки и пакеты, привезенные для Ратмира. Переглядываются, снова смотрят на меня. Тягостное молчание нагнетает и без того тяжёлую атмосферу. Нервно переступаю с ноги на ногу, силясь вглядеться в окна дома. Я знаю, чувствую - Тигран и Ратмир там. Просто разве может этот человек упустить очередной повод поиздеваться надо мной, показать свою власть? Хочется кричать, хочется броситься напролом, пробивая себе дорогу к ребенку. Но, памятуя советы юриста, веду себя спокойно, хоть это спокойствие и дорого мне даётся. Нервы на пределе.

-Разрешил.- раздается из рации одного из громил голос напарника. Он с недовольством переводит взгляд на меня. Хмурый, будто я виновата во всех неудачах, что происходили в его жизни.

-Давай сюда. - грубовато кивает на подарки сыну, и я спешу исполнить требование. Верзила столь нелепо выглядит с яркими разноцветными пакетами и коробками в руках, что хочется нервно улыбнуться.

- Это всё?- интересуется он. Киваю, провожая его большую фигуру глазами. Второй охранник подходит ближе:

-Вы можете идти, мы всё передадим. Он не запрещает ваши подарки давать. - неожиданно с оттенком сочувствия признается мужчина, и в душе у меня будто цветы распускаются от этих слов. Ведь я была уверена, что Тигран даже в этом продолжит издеваться до конца. Но, видимо, искра адекватности в нём всё же проскакивает время от времени. А ещё я зря считала, что у этих охранников нет сердца- кажется, одно на двоих, всё же, присутствует.

-Спасибо . - вполголоса благодарю мужчину. Он кивает, тут же снова принимая серьезный вид, и даже отступает от меня немного, будто даже та крохотная эмоция, которую он себе позволил, может кинуть тень на образ крутого охранника или подставить его в глазах хозяина. Точно побитая собака иду вдоль высоких заборов, за которыми прячется чье-то счастье, счастливые семьи. Но, как ни странно, удержаться на плаву помогают мысли о Камилле. Добрая и полная эмпатии девочка раскрывается передо мной всё больше. А ещё она, вопреки тому, что говорил Дамир, невероятно тонко чувствующая людей- раньше она по несколько раз интересовалась, когда же к нам присоединится Ратмир. Но заметив, какую боль причиняют мне эти расспросы, хоть я всячески и старалась это скрыть, перестала. Зато часто я стала ловить на себе ее сочувствующий взгляд.

Обратно решаю немного пройтись пешком, чтобы хоть немного собрать эмоции воедино. Сейчас мне больше всего хочется вернуться обратно на огромном бульдозере, снести эти треклятые ворота и забрать сына. Но - благоразумие. Вот принцип, которым должна отныне руководствоваться. Дамир подключил людей везде, как и обещал. Адвокат по семейным делам работает отдельно, а ещё несколько специалистов ведут поиски того, за что можно было подтянуть Тиграна. " Подвесить за яйца"- так выразился Дамир.

-Простите, Арина?- окликает меня какая-то женщина. Оборачиваясь, вижу бывшую соседку- жена бизнесмена из коттеджа чуть дальше. Часто мы с Ратмиром гуляли с их погодками и няней, и пару с ними была мама. Елена или Элина, точно не помню. Она особо и не общалась с нами- все время или в телефоне была, или звонила кому-то, переназначая свои процедуры из-за того, что " вынуждена гулять с детьми", как она сама говорила. При этом светскую жизнь она довольно активно вела, а не из-под палки, как то было с детьми. Все время пыталась приглашать нас в гости, у её дома постоянно была вереница из машин, заезжающих в ворота.

-Здравствуйте.- останавливаюсь, уже понимая, что будут расспросы.

-Арина, вас что-то не видно совсем.- с любопытством прищуривается женщина, окидывая цепким взглядом.- Мужа вашего видно, с сыном гуляет.- и снова замолкает, ожидая, видимо, что я подтвержу или опровергну утверждение, что Дамир - мой муж. - А вы пропали прямо.

Позади неё, у ворот их огромного трёхэтажного особняка, стоит черная иномарка. Водитель точно застывшее восковое изваяние стоит, глядя в нашу сторону. Женщина делает ему взмах рукой, показывая, что сейчас вернётся. Какие дела, когда тут, возможно, маячит невысказанной чужая трагедия?

Ожидая подробностей, она в нетерпении кивает в сторону дома Тиграна:

-Я к вам приходила приглашения отдать, а охрана говорит - вы не живёте там больше. Я недопоняла что-то, может?- и снова выжидающе глядит на меня.

-Нет, я временно живу в городе, так обстоятельства сложились. - подливая масла в костер её любопытства отвечаю я.

Откинув темные волосы с груди назад, она недоумевающие пожимает плечами. В этом жесте - некая артистичность, гротеск. Будто бы она действительно переживает за меня :

-Одна? Или вы все? Меня тут спрашивают в поселке, а я понять не могу. Вы извините, что так лезу беспардонно- хихикнув, применяет хитрый ход соседка, - Но сами понимаете, тут все свои. Переживают, всё -таки. У вас с мужем всё хорошо?- уже открыто интересуется.

Я грустно улыбаюсь- переживают? Если переживают, то только очередной выпуск драматического сериала " брошенная мать". Богатые, скучающие, с рутинно- насыщенной жизнью без эмоциональных падений и взлётов, они точно стервятники слетаются на хотя бы малейший отблеск чужих эмоций. Вот и сейчас в женщине напротив меня виднелось нечто хищное- в том, как в нервном возбуждении подрагивают крылья её тонкого носа, как заострились черты лица, как она пытается сохранить на этом самом идеальном без единой морщинки лице выражение сочувствия, но нетерпение рвется наружу.

-Все хорошо. - киваю ей и, крутанувшись на каблуках, продолжаю путь.

-Арина, вы не обижайтесь! Если нужна помощь - обращайтесь. Я могу юриста хорошего посоветовать. - кричит она вслед.

Мне становится неловко- возможно, в душевном раздрае, мне кажется, что весь мир настроен против меня. А соседка просто пожалела, выразила сочувствие. Оборачиваюсь, чтобы поблагодарить. Но она тут же опровергает все добрые мысли о себе:

-Вы заходите к нам обязательно. Посидим девочками - кривится в улыбке - Поболтаем. Вы выскажетесь- легче станет.

Нет, всё же, ждёт свежих сплетен. По дороге обратно думаю, что такими темпами скоро стану злобной и разочарованной в мире и людях женщиной, что сходу ставит клеймо на любом добром начинании, искренне не веря в то, что оно может делаться не ради выгоды или личного интереса, а просто по порыву души и сердца.

***

-Есть танцы на колясках, я серьёзно. - еле сдерживаю смех, наблюдая, как удивленно взлетают брови Камиллы. Она недоверчиво смотрит на меня. Но интерес в её чудесных темных глазках так и блестит. Несколько дней подряд мы ищем, чем Камилла могла бы заниматься. К сожалению, будто в насмешку судьбы, Камилла - очень активный, я бы даже сказала, если бы это не звучало так печально, спортивный ребенок. Она не будет долго сидеть в книгах или за уроками, силясь понять сложную тему, но зато её кипучей энергии, силы духа, воли хватило бы на несколько детей с головой. Оттого ещё горше осознавать, что все это будто заперто внутри её неподвижного ниже пояса тела. Мы совещались со специалистами, врачами. В большинстве случаев все просто разводили руками, сочувствуя, но не давая никаких надежд, не предлагая способов выпутаться из того унылого состояния, в котором была девочка. Но один из специалистов посоветовал.... принять состояние, поблагодарить свой организм и бросить вызов недугу. Честно говоря, сперва, услышав подобное, я подумала, что зря пришла на прием. Так как, очевидно, мне будут " впаривать" нечто среднее между реабилитацией и сектой, где " нужно радостно и широко смотреть на жизнь, на всё, что случается в ней. Ведь все это- к лучшему". Но оказалось, что врач говорил о весьма действенном способе. Более того, он даже показал примеры. Я в этот момент чувствовала себя сама словно ребенок, что открывает новый неизведанный мир. Как у нас принято думать об инвалидах, видеть их? Грустными и немощными людьми, на колясках или же без. Сочувствовать, сопереживать, жалеть, украдкой плакать, провожая грустным взглядом. А ведь они- такие же люди как и мы все. И им не чужды и дух соперничества, и здоровый эгоизм. " Пускай на Камиллу смотрят с восхищением, с завистью. Пускай она не прячется в угол в компании детей, а станет звездой вечера. Её будут ждать, спрашивать, как прошло мероприятие, чемпионат или как живут люди в стране, откуда она приехала "- убеждал меня он. И показал примеры людей, что действительно бросили вызов немощи- они катались на лыжах, будучи полностью или частично парализованными, летали на парапланах, посещали выставки, кино, музеи, снимали блоги о своей жизни, шутили над собой и миром, вели лекции и тренинги, занимались танцами, творчеством, спортом. Это ...это было так ново для меня, так удивительно, что стыд обжёг щеки. Стыд за свою полную неосведомлённость в этом плане, за понимание того, что и многие другие люди думают и будут думать так, как я раньше. Не давать инвалидам в своих мыслях даже шанса, возможности жить полной жизнью.