Страница 31 из 113
***
Дрожащими руками откладываю смартфон, ничего не соображая. Один из адвокатов усмехается, нагло глядя на меня.
-Вы знаете, во сколько обошлось Аяту Разиковичу выкупить вот эти видео и фото?- он кивает на свой телефон, видео на котором я только что смотрела.
Горькая обида подступает к горлу, захлёстывая полностью. Я будто тону - все глубже и глубже, становясь прокаженной, грязной перед всеми. Хоть в произошедшем нет моей вины, но и хозяйка уже успела позвонить, чтобы сообщить - она будет на стороне Егорова, и вообще не понимает, зачем мне нужно было " выделываться", он ведь предлагал столько денег. После её звонка меня осеняет: да ведь она всё знала! Знала, и даже больше - с удовольствием, и, скорее всего, не без собственной выгоды, позволяла Егорову играть в подобные игры, живое сафари устраивать. Ему ведь интересен был процесс- за сколько денег и времени он сможет уломать ту или иную девушку. А все " серьезные разговоры" Ады Альбертовны- бутафория, рассчитанная на то, что при неблагоприятном исходе она останется не при делах. Наоборот, она ведь вон как переживала за моральный облик сотрудниц. Постоянно проводила беседы. Когда я поделилась своими догадками с Яной, она виновато опустила глаза, признавшись, что подозревала подобное, но к ней такого отношения никогда не было, потому что просто была не во вкусе Егорова, поэтому и успокоилась, посчитав, что просто накручивает себя.
-Наверно, очень дорого?- вторю ему также хамовато, как и он. Мужчина принимает вызов, проблеск интереса мелькает в его взгляде.
-Очень.- подтверждает он, но его более суровый коллега недовольно обрывает:
-Мы здесь не за этим. Арина Александровна, подпишите, пожалуйста, документы. - он притягивает папку с бумагами. Я киваю, желая поскорее закончить эту пытку, и беру ручку. Я подпишу все, что угодно, лишь бы раз и навсегда закрыть и забыть всё, что связано с прошлой жизнью. Другая бы, усмехнувшись, напомнила, что для неё теперь репутация - пустой звук, когда семья открыто называет её " шлюхой", но я лишь спешу скорее обрести желанный покой. Я не хочу никого из них больше видеть! Никогда в жизни!
***
Последний раз окидываю взглядом квартиру и отдаю Яне ключи. Для каждой из нас это- начало новой жизни. Яна будет жить отдельно от бабушки, а я начну новую жизнь в другом городе, буквально наобум выбранном. Мы обе молча и слегка испуганно глядим друг на друга, не находя слов. Наконец, Яна всхлипывает.
-Спасибо тебе...И ...береги себя.- она шмыгает носом, бросаясь мне на шею. Я тоже плачу, потому что горько терять друзей, едва обретая их... Но выхода нет- Егоров, разозлившийся на меня не только из-за отказа, а из-за того, что, по его мнению, я опозорила этого мужчину перед всеми, сделал так, что в этом городе передо мной закрыты все двери. И, чувствую, он лишь немного опередил Аята Разиковича в этом плане.