Страница 11 из 48
Хравн был самый знатный из сыновей Лосося.
XXIV
Квельдульв узнал о смерти своего сына Торольва. Эта весть его глубоко опечалила, и он слег в постель от горя и старости. Скаллагрим часто приходил к нему, ободрял его и убеждал, что нет ничего хуже, как пасть духом и слечь в постель. Он говорил:
– Лучше, наоборот, постараться отомстить за Торольва. Может быть, мы доберемся до кого-нибудь из тех, кто был с конунгом в Сандпесе, когда Торольва убили. А если нет, то, может быть, нам попадутся другие люди, смерть которых придется конунгу не по душе.
Квельдульв сказал тогда вису:
Этим летом конунг Харальд поехал в Уппланд, а осенью – на запад в Вальдрес и дальше, в Ворс. Альвир Хнува находился при конунге и часто спрашивал его, не хочет ли он дать выкуп за Торольва, заплатив Квельдульву и Скаллагриму виру или оказав им почести, так чтобы они были довольны. Конунг не отказывался сделать это, если бы отец с сыном приехали к нему.
Тогда Альвир пустился в путь па север, в Фирдир, и не останавливался, пока однажды вечером не приехал к Квельдульву и Скаллагриму. Они поблагодарили его за приезд. Альвир провел у них некоторое время. Квельдульв подробно его расспрашивал о том, что произошло в Санднесе, когда был убит Торольв: и что славного совершил Торольв, прежде чем был поражен насмерть, а кто направил в него оружие, и где у него были самые тяжелые раны, и как он погиб. Альвир рассказал ему обо всем, и о том, что конунг Харальд сам нанес Торольву смертельную рану, и о том, что Торольв упал ничком у его ног. Тогда Квельдульв говорит:
– Это хорошо, потому что, по словам старых людей, тот, кто падает ничком, бывает отмщен, и месть настигает того, кто стоял ближе всех, когда убитый упал. Но не похоже, чтобы нам выпало такое счастье.
Альвир сказал отцу с сыном, что если они поедут к конунгу и будут просить виры, то, он надеется, ото будет для них почетной поездкой. Альвир убеждал их решиться и долго их уговаривал. Квельдульв сказал, что не может ехать, потому что слишком стар.
– Я останусь дома, – сказал он.
– А ты, Грим, но поедешь? – спросил Альвир.
– Сдается мне, – отвечал Грим, – что мне там нечего делать. Я не покажусь конунгу красноречивым и думаю, что не стану долго просить выкупа.
Альвир сказал, что это ему и не понадобится.
– Мы скажем все за тебя, как сумеем.
И так как Альвир очень настаивал, Грим обещал отправиться к конунгу, когда решит, что готов. Они договорились с Альвиром о времени, когда Грим должен был приехать. Только тогда Альвир пустился в обратный путь и вернулся к конунгу.
XXV
Скаллагрим готовился к поездке, о которой было сказано раньше. Он выбрал среди своих домочадцев и соседей самых сильных и отважных. Один из них, по имени Ани, был богатый бонд. Другого звали Грани. Третьего – Гримольв. Он и брат его Грим были домочадцы Скаллагрима. Были там еще братья Торбьярн Сутулый и Торд Поросенок. Их называли сыновьями Торунн. Она жила неподалеку от Скаллагрима и была колдуньей. Мальчишкой Торд Поросенок был запечник.[29] Одного из спутников Скаллагрима звали Торир Великан, а брата его – Торгейр Длинный. Были с ними также бобыль Одд и вольноотпущенник Грис. Их поехало двенадцать человек, в все они были большие силачи, а многие из них – берсерки.
Они взяли весельную лодку Скаллагрима и поплыли на юг вдоль берега, затем углубились в Острарфьорд, а оттуда поехали в Ворс сухим путем, пока не достигли озера. Дальше путь их лежал через озеро. Они достали подходящее гребное судно и переправились на другой берег. А там уже было недалеко до двора, где конунг в то время был на пиру.
Грим со своими спутниками приехал в тот час, когда конунг сел за стол. Они заговорили с людьми, которых встретили на дворе, и спросили их, что слышно нового, а те ответили на их вопросы. Тогда Грим попросил вызвать Альвира Хнуву, чтобы поговорить с ним.
Тот, к кому Грим обратился, зайдя в дом, подошел к Альвиру и сказал ему:
– Там пришли люди – двенадцать человек, если называть их людьми. Ростом и видом они больше похожи па великанов, чем на обычных людей.
Альвир тотчас же встал и вышел. Он угадал, кто это к нему приехал. Он приветливо встретил своего родича Грима и предложил ему войти вместе с ним в дом.
Грим сказал своим спутникам:
– Здесь обычай входить к конунгу без оружия. Мы войдем вшестером, а остальные пусть постерегут наше оружие во дворе.
После этого они вошли в дом. Альвир приблизился к конунгу. а Скаллагрим стоял позади него. Альвир заговорил:
– Тут пришел Грим, сын Квельдульва. Мы бы очень хотели, конунг, чтобы благодаря вам его поездка закончилась успешно. Все мы надеемся на это. Вы оказываете большие почести многим, которые меньше этого заслуживают, чем Грим. Почти никто не сравнится с ним уменьем, за какое бы дело он ни взялся. Ты должен выполнить нашу просьбу, конунг, также и потому, что мне это кажется очень важным, если мое мнение что-нибудь Для тебя значит.
Альвир говорил долго и хорошо, потому что он был очень красноречив. Многие из его друзей также приблизились к конунгу и поддержали Альвира. Конунг посмотрел вокруг и увидел, что позади Альвира стоит человек на голову выше остальных и лысый.
– Это и есть Скаллагрим? – спросил конунг. – Вон тот рослый человек?
Грим ответил, что конунг не ошибся. Конунг сказал:
– Если ты просишь виру за Торольва, то я хочу, чтобы ты стал моим дружинником и служил мне. Служи так, чтобы угодить мне, и я заплачу тебе виру за брата и окажу тебе почести не меньшие, чем я оказывал ему – твоему брату Торольву. И если бы я возвысил тебя так, как его, ты должен был бы лучше это ценить, чем он.
Скаллагрим отвечает:
– Известно, насколько Торольв превосходил меня во всем, но служба тебе, конунг, не принесла ему счастья. Я не пойду к тебе па службу, потому что знаю, что и мне не будет счастья, если я стану служить тебе так, как я хотел бы и как стоило бы. Я думаю, что у меня будет больше недостатков, чем у Торольва.
Конунг молчал. Лицо его стало багровым, как кровь.
Альвир тотчас же повернулся и сказал Гриму И его спутникам, чтобы они вышли во двор. Они так и сделали – вышли и взяли свое оружие. Альвир сказал тогда, чтобы они уезжали, да поскорей. Он пошел проводить их до озера, а с ним еще многие другие. Перед тем как расстаться, Альвир сказал:
– Родич мой, Грим! Твоя поездка к конунгу кончилась не так, как я хотел бы. Я тебя очень уговаривал приехать сюда, а теперь прошу: поезжай поскорей домой и не являйся к конунгу Харальду, если не появится больше надежд на примирение между вами, чем, мне кажется, есть сейчас. И берегись конунга и его людей!
Тогда Грим и его спутники стали переправляться через озеро. Альвир же с товарищами пошли к кораблям, вытащенным на берег, и начали их рубить, чтобы сделать негодными, потому что они увидели множество хорошо вооруженных людей, бегом спускавшихся со двора конунга к озеру. Конунг Харальд послал их вслед за Гримом, чтобы убить его.
Конунг заговорил вскоре после того, как Грим с товарищами вышли. Он сказал:
– По виду этого лысого великана ясно, что он полон волчьих мыслей и что из-за него беда ждет многих из тех, кого нам жаль потерять, если он до них доберется. Не забывайте, что этот лысоголовый считает вас своими врагами и не пощадит никого, если только он вас настигнет. Так отправляйтесь сейчас же вслед за ним и убейте его! Тогда они бросились к озеру, но не нашли там ни одного годного судна. Они возвратились и рассказали конунгу об этом, а также о том, что Грим с товарищами ушел через озеро.
28
Норны – богини судьбы; Один – верховный бог а также бог войны, поэзии и бог мертвых.
29
В сагах часто такой «запечник» оказывается впоследствии героем.