Электро

— Мэм, мы с вами знакомы? — Шок и неверие проявилось на лице женщины, она, кажется, даже готова была снова расплакаться. Но, вытерев выступившую слезу, улыбнулась устало.

— Сейчас позову доктора! — И, аккуратно высвободив меня из обнимашек, пошла искать доктора.

Блин, а это несколько сложнее, чем кажется со стороны, вот так говорить явно родному человеку, что не помнишь его.

Вот вроде и не делал ничего, а устал, как собака, десять км за КамАЗом отмахавшая, откинулся назад на кровать.

И провел небольшой анализ разговора, ну, анализ – громко сказано, все-таки я никогда не относился к типу людей, которые все заранее планируют, слишком много в нашей жизни завязано на случайность.

Через пару-тройку минут вернулась неизвестная и привела с собой доктора, докторшу, как сейчас правильно?

Худощавая, подтянутая, с вызывающим взглядом, неплохой фигурой, но не совсем в моем вкусе. Но симпатичная, спорить даже не буду!

Она осмотрела меня, провела небольшой опрос на тему «Что помню?», удовлетворилась ответами и кивнула женщине на дверь. Женщина, к слову, так и не представилась, да и докторша тоже не представилась.

Женщины вышли и остановились около двери, я не слышал, о чем они говорили, но легко мог представить.

***

Анита вышла следом за доктором Стрендж и прикрыла дверь в палату, они остановились чуть в стороне. И Анита, измученная последними днями ожидания, посмотрела на Стрейндж с надеждой. Докторша проявила такт и не торопила Аниту, но и было видно, что не испытывает особых переживаний по поводу случившегося. Еще бы, у восходящей звезды нейрохирургии таких пациентов десятки прошли, и она уже привыкла к подобным сценам. Но все-таки это царапало Аниту, такое почти показное равнодушие… В то же время подобное отношение заставило ее взять себя в руки и перестать распускать нюни.

Она подняла твердый взгляд на доктора Стрейндж, в котором от слабости уже мало что осталось. Доктор одобрительно кивнула и начала говорить.

— Если по-честному, я удивлена, что он так быстро пришел в себя. Похоже, мы здорово недооценили молодой организм. Однако, сами понимаете, тяжелые травмы головы не проходят бесследно, — Стрейндж оставила подпись в журнале обхода пациента и вернула его на законное место, в специальное отделение у двери палаты. Анита на слова докторши кивнула, не проронив ни слова, но взгляд стал более суровым, что доктор посчитал не лучшим признаком для своего здоровья. — Поймите, с такой травмой он имел все шансы остаться и инвалидом, и просто овощем до конца жизни. Согласитесь, при такой альтернативе потеря памяти – не большая плата. То, что он пришел в себя, уже удача, и, как показал осмотр, с ним в целом все хорошо. Еще придется, конечно, пройти несколько обследований, но он, по моему опыту, почти здоров! — Более экспрессивно закончила докторша.

— А память? — Сухо спросила Анита.

— Память может вернуться, а может и не вернуться. Мозг человека при всей продвинутости науки еще плохо изучен. Но опять же, шансы есть. А сейчас вам бы не мешало отдохнуть и набраться сил, чтобы не пугать пациентов видом несвежего зомби, — Решила Стрейндж разбавить свой спич небольшой шуткой, которые всегда отлично разряжали атмосферу и помогали людям расслабиться.

Анита посмотрела на нее скептическим взглядом, в котором так и читалось отношение к шутке, так что Стрейндж решила закругляться, лучше с ее мужем переговорит, симпатичный мужчина…

Анита вернулась в палату чтобы увидеть, как ее сын спит, на мгновение она испугалась, что он снова впал в кому, но тут же отогнала эту мысль. Заняла свое привычное уже ей место на стуле и достала телефон, набрала сообщение и сделала рассылку всему семейству. Несколько мгновений спустя телефон издал вибрацию от входящих сообщений, показавшихся ей в тишине ночной палаты громкими до ужаса. Анита торопливо отключила оповещения и просмотрела радостные смс, смайлики явно от дочерей, а вот это точно от Натана, только он такие сердечки высылает, у Аниты потеплело на душе.

Она еще долго смотрела на спящего сына, пока сон не взял свое.

***

Утро началось для меня с не самой приятной процедуры, а именно обследования. Ну как утро, часов в 10 я проснулся бодрый и свежий.

Женщины в обозримом пространстве не обнаружил, надеюсь, ее отдыхать отправили, выглядела она явно очень уставшей.

Стоило только закончить утренний моцион и задуматься об исследовании «окружающего» мира, как пришел доктор. И вместо изучения реалий мира я отправился сдавать много всяких анализов и проходить обследования. Сухонькая женщина лет 50-55 на вид привезла коляску к моей кровати и велела садиться. Боже, кто бы знал, как мне было стыдно, меня, парня, пусть и задохлика, катает по больнице бабушка божий одуванчик.

Я краснел под взглядами медперсонала и прочих больных, но держался и делал независимый вид. Один раз даже подмигнул симпатичной медсестре с подтянутой фигурой фитоняшки, чем вызвал волну смешков от ее соседок. Которые начали ей что-то втолковывать и шутливо толкать локтем. Кстати, мужчин как-то на удивление мало, неужели в этом мире парни взялись за мозги и теперь реже попадают во всякие неприятности?

Но давайте не буду рубить сгоряча, совсем-то уж фантастический мир же не может быть? Парень он в любом мире парень – существо, способное найти приключения на ровном месте и с равной вероятностью как убиться в процессе, так и получить что-нибудь эдакое.

Прокатив меня по больнице из конца в конец, меня, казалось, у каждой мало-мальски значимой лаборатории заставляли либо пройти обследование, либо сдать анализы. Благо мадам Берк, несмотря на то, что выглядела безобидно, оказалась с характером. Нет, серьезно, она всего несколькими словами успокоила какую-то деваху, которая задирала молодую медсестру.

Моим мучениям, казалось, не было конца, руки как у наркомана исколотые, вид замученный, единственный проблеск лучика счастья – остановка на обед. Где местные матроны, глядя на дохлого меня, навалили кучу пюрешки и аж двойную порцию котлет – с молчаливого согласия бабульки. Нет, она определенно тут в авторитете, но авторитет, выросший не из страха, а заработанный долгим трудом. Уважение таким людям, я по-новому взглянул на нее и перестал изображать тухлый овощ, а стал изображать просто овощ. Все-таки вымотался я преизрядно.

В самом конце, когда меня возвращали откуда взяли, я заметил в коридоре маленькую толпу народа, состоящую преимущественно из женщин и девушек. Узнал женщину, которая, отдохнув, выглядела намного лучше, я бы даже накинул пару баллов к первому впечатлению. Остальные девушки не уступали ей, в плане – все при них, попа, грудь, фигура – все на высшем уровне! Особенно впечатлили близняшки, абсолютно похожие блондиночки, подкрасили кончики волос – каждая в свой цвет, да на фоне одежды по типу байкерской, ммм… вкусно. Стоя рядом, производили впечатление сногсшибательное. Мужчина в единственном числе оказался среди такого цветника – в целом подтянутый, но не спортсмен.

Заметив меня, молодые девчонки взвизгнули и ломанулись в мою сторону под одобрительные улыбки старшего поколения. Но одного нахмуренного взгляда от «божьего одуванчика» хватило, чтобы они с бега перешли на шаг и подошли относительно спокойно.

— Мак, как хорошо, что ты пришел в себя, мы так переживали! Где-нибудь болит? А что говорят врачи? — Зачастила старшая девушка лет 20, уже считай женщина, и засыпала меня тонной вопросов. Я улыбнулся сконфуженно, не понимая, как себя вести. Кто, блин, все это такие?