Страница 7 из 21
Хозяйственно оглядев сделанную работу, Вася вытащил здоровенный шип с острым наконечником и воткнул его в сиденье пилота так, чтобы не было видно. Ухватив из открытого ящичка плитку шоколада (это был тот самый знаменитый «танкистский шоколад» с первитином, о котором наши школяры, разумеется, даже не догадывались, он бодро выкатился из люка самолета.
Пока они «дурью страдали» (мнение Феди Габова), последний был занят делом. Он по порядку заглядывал во все двери ангара. Будучи парнем прожорливым, он по-прежнему хотел бы попасть в продуктовый подвал, или на худой конец, на кухню. И его мечта сбылась. Для того, чтобы работникам не отвлекаться во время срочного ремонта, по приказанию Леффлера здесь была поставлена небольшая электроплитка для чайника и стояли сухпайки для работников. Однако более всего Федю заинтересовали не они, а здоровый круг колбасы, издающий просто одуряющий аромат. Круг он бойко одел на шею, чтобы были свободны руки, а их загрузил галетами, какими-то бутербродами и еще не пойми чем. Главное, чтобы было съедобным, хозяйственно считал он.
- Атас, парни, пора сваливать, - скомандовал Иван, хозяйски оглядев те метаморфозы, которые произошли с проводкой. На первый взгляд – все как было! Недаром за все его пакости дома влетало всегда братьям, а не ему – доказать его вину было невозможно! Правда, братья не заморачивались презумпцией невиновности, а сразу лупили младшенького, из-за которого они в очередной раз только что огребли от не совсем трезвого папаши.
Той же бесшумной цепочкой по лестнице пятерка поднялась наверх, закрыла за собой дверь в барельефе и с чувством выполненного долга мирно уснула.
Утро следующего дня
Испытатели дисколета должны были осуществить учебный вылет раньше обычного, в 6.15, пока еще не прилетел самолет с Фердинандом Порше. Техники, зашедшие в ангар, приятно удивились тому, что они, оказывается, практически все вчера доделали, даже пушки зарядили, оставшиеся мелочи (заправка топливом, подключение оборудования) были сделаны очень быстро. Присутствовавший Леффлер похвалил бригаду и пообещал бутылку шнапса на ужин, поэтому мастер так и не решился сказать ему о том, что ночью часть работы сама собой сделалась.
Подцепив за шасси крюком, бригада сообща выволокла «Хаунебу 3» на стартовую площадку. Подошли летчики, свысока смотревшие на технарей, забрались внутрь летательного аппарата. Командир не спешил садиться в кресло, подозрительно глядя на то, что их НЗ был явно распотрошен. «Чертовы желудки, все бы им только сожрать, все-таки судетские немцы – это тайные чехи, Швейки чертовы».
Тем временем настоящие Швейки сидели в полукилометре от замка, занимаясь важным делом – пасли для немецких господ овец. Поскольку чехи были настоящими патриотами своего недолго существовавшего Отечества, они всегда выпивали стопочку дряного спиртного 28 октября, а самые смелые даже плевали вслед немецкому патрулю, когда он отходил от них метров на 50. Тот факт, что при встрече с ним они снимали шляпу и кланялись, патриотов не смущал.
Ночью на ближайших железных дорогах творился мрак и ужас. «Летающие крепости» развешивали над всеми станциями осветительные бомбы и беспощадно заваливали бомбами все подозрительные цистерны. Поскольку приказ Гитлера неукоснительно исполнялся, их имелось несколько десятков. Сочетание горящих построек и тонн мочи, выливающихся из разбомбленных цистерн, привело к появлению ужасающего смрада. Население сделало вывод, что «мы все-таки будем использовать химическое оружие», и кинулось бежать со станций куда глаза глядят.
Тем временем одна из «Летающих крепостей», у которой тридцать минут назад был зенитным снарядом поврежден один из моторов», пролетала поблизости от нашего замка. Из-за потери высоты американцы шли всего на двух километрах. Зенитных орудий здесь не предполагалось, поэтому экипаж расслабился.
Тем неожиданнее произошла встреча. От какого-то старинного замка, выписывая замысловатые фигуры, производя хаотический отстрел, на них стремительно поднималось какое-то непонятное летательное средство. Очереди многочисленных американских пулеметов ничего сделать не могли – подловить самолет с такой непредсказуемой траекторией не удавалось.
Снизу, затаив дыхание, на будущий бой смотрели немногочисленные зрители - техники в замке и чешские пастухи на лужайке.
- Черт! Что это за нацистская летающая тарелка? Дьявольщина! В нее невозможно попасть! – в истерике орали американцы по радио. – Сейчас нас будут сшибать!
Между тем дисколет неожиданно совершил мертвую петлю и на мгновение завис в воздухе. Причиной этого маневра было то, что командир, который до этого целую минуту летал как пушинка по салону – машина неожиданно самостоятельно совершила скачком взлет за секунду до того, как он успел сесть в кресло пилота (то самое, с иглой). Причиной было то, что вместо 4 стартовых двигателей разом заработали все 12, обеспечив рывок вверх, а затем началась какая-то дьявольщина – двигатели вообще не слушались рулей, зато хаотично включались и выключались, при этом пиропатроны отстреливались самостоятельно безо всяких команд с пульта.
Когда, совершив чудо эквилибристики, капитан все-таки с маху сел в кресло, взлетел с него он еще быстрее, издав вопль, которому позавидовал бы и Тарзан. При этом все пушки, замолчавшие пару секунд назад, сейчас, когда тарелка зависла на доли секунды, самостоятельно согласованно дали залп по «Летающей крепости». Если двигателям у нее чудом повезло, то фюзеляж покрылся парой десятков аккуратных сквозных отверстий, отчего в нем резко упали и температура, и давление.
Участники поединка расходились – «летающая крепость» на запад, качаясь словно пьяная, с захлебывающимися от форсажа 3 двигателями и дико орущим экипажем, «летающая тарелка» вниз, причем от нее отваливались элементы обшивки, отдельные стартовые двигатели и даже одна скорострельная пушечная установка.
Смотревшие, открыв рот, на этот фантастический воздушный поединок, чешские пастухи единодушно сделали вывод:
- Да, Гитлер - это голова!
Подумав, через 15 секунд:
- Черчилль, это тоже голова!
Еще подумав:
- Бенеш тоже голова!
Через 15 минут
Стартовая площадка
- Господин штурмбаннфюрер! Увидев подлетающий бомбардировщик американцев, мы осуществили экстренный старт и атаковали его. Бомбардировщик получил ряд критических повреждений, которые предположительно не позволят ему долететь до своего аэродрома. Боезапас истрачен на 90%, ранение получил командир дисколета. Кажется, осколок вражеского снаряда пробил у него седалищную мышцу, и в момент посадки он еще упал и сломал правую ногу и правую ключицу. Дисколет нуждается в ремонте после аварийной посадки, поскольку при этом отвалились 5 из 12 двигателей.
В окно на втором этаже замка на все это с интересом смотрели школьники 8Г, не забывающие стремительно поедать галеты с колбасой и заедавшие все это шоколадом. От их экспроприации продуктов не должно было остаться никаких улик. Рафик не уиноват, оно само съелось!
В это же время тихо прошелестев, на посадку пошел легкий «Шторх». Прибыл Порше, ведущий конструктор немецких танков и любимец фюрера.
Через 2 часа
«А правильные ли у нас танки?»
Что неприятно кольнуло Ромински, это то, что поедавшие вчера с таким аппетитом русские школяры сейчас лениво копались в каше, съев лишь бутерброды с маслом и колбасой и запив эрзац-кофе (о нем один из них сказал какую-то непонятную фразу: «Ссаки тети Хаси». Какое отношение какая-то еврейка имеет к желудевому кофе?). При этом они не сидели спокойно, болтали под столом ногами, все время ерзали, возились, словно их переполняла энергия. О первитиновом шоколаде Ромински еще не знал.