Апокалипсис 1

— Говори за себя!

— Макс! — Жрица крепко схватила меня за грудки. — Не смей! Или я тебе рожу разукрашу похлеще Карловской!

— Ладно, ладно… — Отмахнулся я. — Страшно представить, что с твоим парнем ты сделала, когда узнала об измене. Наверное, сейчас его родственники оплакивают труп.

— Да ничего не сделала. А с тобой сделаю. Потому что ты говнюк!

— А твой парень, типа, само благородие, да? — Я рассмеялся.

Юля толкнула меня в бок и пригласила близнеца подключаться к нашему фарму. Тот согласился охотно, сославшись на то, что ему надо отвлечься.

Время шло, день медленно перетекал в вечер. Но никто больше не заходил. Ладно, Лёшка, он сейчас дрочит стручок и плачет. Ладно, Герарт, он сейчас не может дрочить стручок и тоже плачет. А где Рита и Чита-дрита, то есть Женя? Вот от толстяка я точно не ожидал, он же почти всё время онлайн. А тут такой большой перерыв. Хоть бы ничего не случилось!

Тем не менее, к шести часам подошла Марго. В отличие от наших кислых ебальников, она выглядела довольной. И даже удивилась, чего мы такие грустные. Юля рассказала ей свою грустную историю. Карл рассказал свою (с большой неохотой). И я рассказал свою (о том, что у меня в анусе застряла деталька от лего номер 32557).

— Бедняжка ты моя! — Жалела Марго Юльку, прижав к себе и гладя по голове.

— Так, блять, если нас с Карлом не погладишь по голове следующими, то мы очень сильно обидимся! — Заметил я.

— Тебя точно гладить не буду. Вот когда начнёшь хоть немного серьёзней относиться к жизни, тогда и поговорим! — Отрезала толстуха.

— Я серьёзен, как никогда. Ты думаешь, это шутка такая, иметь в анусе дилдообразный предмет и не мочь его достать? Ещё немного, и я превращусь в лего-человечка!

— А где Лёша? — Проигнорировала мою шутку Рита.

— Да как всегда. Переел острых крылышек и умер от ядерного поноса. — Я пожал плечами.

— Ой, нашла тоже у кого спрашивать. Просто ответь, с ним всё в порядке?

— Ну, если кишки, выдристанные в унитаз — это в порядке, то да, норм. — Пожал я плечами.

В общем, после этого мы продолжили фармить и фармили часов до восьми, пока от нас не убежал Карл. В девять ушла и Рита. А вот Юлька осталась до последнего.

— Ты так поздно не засиживалась никогда! — Заметил я, отметив, что уже полдвенадцатого.

— А куда мне теперь торопиться? — Жрица поёжилась, словно, замёрзла.

— Ну, не знаю, на учёбу, например! — Заметил я.

— Так завтра же суббота!

— И что? Ты типа не учишься по субботам?

— Нет!

— Пиздец, поэтому у тебя такие маленькие сиськи! Это плата за неучёбу по выходным! — Усмехнулся я.

Но это было фатальной ошибкой. У девушки на глазах навернулись слёзы и она проговорила:

— Ладно, я пошла, пока, Макс…

— ЮЛЬКА, ДА Я ПОШУТИЛ, БЛЯ! — Начал орать я, но жрица уже исчезла.

Постояв и попердев, я понял, что про шутки о маленькой груди Юлии можно забыть, как минимум на месяц, тяжело вздохнул и тоже вышел из игры.

Сегодня был максимально отвратный, угрюмый, грустный и депрессивный день. Может, завтра будет лучше?

* * *

Сегодня меня разбудил дикий сушняк в горле и дикий пожар в жопе. Казалось, что я весь вечер пил пиво и закусывал острейшей китайской заварной лапшой. Но я всего-то въебал энергос и чипсы, которые полагались Алексею. Такая необыкновенная реакция моего организма меня удивила, и я потопал в ванную дабы просраться и умыться.

Хоть акция с призами от «Маны» закончились, я порядком подсел на эту жижу, и лакал её уже просто так. Причём, лакал так неплохо, шкерясь от мамки и надеясь, что у меня не откажет сердце. Но судя по всему, у меня отказывала жопа, потому что с такой яростью торпедного отсека я ещё не дристал. Казалось, что моим пердежом я разбудил всех соседей, что жили этажами выше, а заодно смог послать сигнал пришельцам, которые находились в тысяче световых лет от нашей планеты.

Когда процесс посерунькивания был окончен, а жопа протёрта, и промыта пальцем, смоченным слюной, я отправился на кухоньку, дабы испить водички и утолить жажду.

— Макс, ты чего так рано встал? — На кухне уже сидела мама в халате и пила кофе.

— Срать захотел. — Ответил я, потому что честным быть выговно.

— Эх, Максим, когда ж ты уже повзрослеешь! — Мама тяжело вздохнула. — Завтракать будешь? Или ещё поспишь?

— Давай позавтракаю. А потом спать плюхнусь! — Решил я.

Но после завтрака у меня угасло желание спать. На часах было без десяти шесть, и я решил свободное время посвятить интернету. Ведь на учёбе придётся учиться, а не пизду нюхать. Я лазал по пабликам ВК, кекал с мемов, читал комменты и посты от людей на нашем серваке. Внезапно, я наткнулся на пост от какого-то говнаря, которого звали Андрей Галкин. Писал он следующее: «Народ, кто примет в пати? Я 34й левел, фармиться одному надоело. Возьмите кто-нибудь!»

Под его постом был один лайк от него самого, а комментов ноль. Интересно, кто-нибудь позвал его уже? Я отметил, что пост был опубликован в 01:28 сегодняшнего дня, подумал о том, стоит ли брать в пати такого лоулевельного игрока, и решил, что нет. Я лишь зашёл на его профиль, отметил, что у него на аватарке стоит фотка его самого с гитарой в руке где-то в тёмном клубе. А в статусе стоит «Punks not dead». У меня стало ещё меньше желания звать этого говнаря к нам в пати, но что действительно меня удивило — это то, что парень мне казался очень знакомым. Патлатый, высокий, видный. Где я его встречал? Но думать об этом мне не пришлось, мамка напомнила мне о том, что надо идти на учёбу, и я смиренно потопал.

Утро выдалось холодным и мокрым. Ночью прошёл дождь, отчего везде были лужи и пахло сыростью. Лёху я даже ждать не стал, наверняка, он ещё не успел выйти из своего депрессняка. Тогда я зашёл в телегу, нашёл контакт Юли, скинул ей фото толстого шимпанзе с обвисшими сиськами и написал «Видишь, не все большие сиськи бывают идеальными!» Надеюсь, её это приободрит. Ну, не Алексею же мне такое скидывать! У него с этим шимпанзе отличия только в любви к бананам (Лёха любит мохнатые).

Учёба шла тяжко, особенно удручал тот факт, что у нас сегодня было четыре пары. При этом из нашей группы было, от силы человека четыре: Эдик, Артём, Алёна и я. Наша староста была такой же грустной и ни с кем не контактировала. Зато Эдик с Артёмом оживились. Они о чём-то болтали и хихикали, пока не подошёл препод. Наш любимый дядька-алкаш и сегодня был в изумительной форме недельной попойки и закуски рукавами. Я, к слову, до сих пор не знал, как его зовут, и мне иногда в кошмарах снилось, как на его экзамене он задаёт вопрос, какая у него фамилия, и я жидко сру себе в штаны, не зная, что ответить.

— Ищем тишину! — Попросил он, услышав, как галдят Эдик с Артёмом. — Почему вас так мало?

— Ну, Лёха объелся сала. — Ответил я, отчего Эдик и Артём сильнее заржали.

А вот Алёна даже не обернулась в мою сторону. Да чё я такого сделал?

— Так, вы у нас… Заварушкин, кажется. — Припомнил препод.

Мне на секунду показалось, что он сейчас попросит полтинник на опохмелос, но вместо этого старый алкаш вызвал меня к доске отвечать тему, к которой я не готовился, потому что суббота. Кто, блять, вообще ставит семинары в субботу? Скажу честно, меня там унизили. Ну, как унизили. Под конец моих мямляний, я сказал, что от математической статистики меня частенько пучит, а тут ещё и с подливой всё закончилось, отчего парни просто попадали со стульев, а Алёна в задумчивости даже не посмотрела в мою сторону. После этого меня отпустили, не забыв упомянуть, что на экзамене обратят на меня особое внимание.