Страница 73 из 86
Глава 25
— Рейс номер шестьсот пятьдесят четыре из Стамбула прибывает в три часа сорок три минуты, — когда мы вошли в громадное стеклянное здание, прозвучал под потолком приятный женский голос. Наверное, его специально подбирали таким образом, чтобы он вызывал хорошие эмоции у всех без исключения посетителей.
Центральный аэропорт столицы встретил нас привычной суетой. Несмотря на глубокую ночь, в этом месте жизнь била ключом. Садились и взлетали самолёты, спешили куда-то люди с чемоданами и без. Из сияющих огнями кафешек призывно плыли по воздуху ароматы горячего кофе и свежей выпечки.
Я невольно повернулся в сторону ближайшего заведения. Осознание того, что нормально ел я в последний раз почти сутки назад, накрыло волной. И я понял, что это произошло не только со мной. Вепрь опередил меня на несколько мгновений и выдвинулся вперёд в качестве авангарда. А потому я внезапно услышал его полный удивления и возмущений возглас.
— Сколько⁈ — непонятно к кому конкретно обращаясь, прорычал Ратай. — Да это же просто кусок теста! Вы что, для него муку вручную мололи из собственной пшеницы⁈
— Эти бейглы со свежайшим тихоокеанским лососем приготовлены по эксклюзивному рецепту, разработанному нашим шеф поваром, уважаемый господин, — любезно и очень профессионально улыбнулась командиру Витязей тоненькая брюнетка, стоявшая за стойкой кафе. Судя по всему, у этой девушки был громадный опыт общения с подобными посетителями, и она точно знала, что ответить. — Нигде в столице вы не найдёте ничего подобного. Рыба засолена и подготовлена сразу после вылова и доставлена нам в идеальном состоянии.
— А ещё, судя по всему, при ловле этой рыбины погибло человек двадцать добрых людей, — проворчал Вепрь. — И размер компенсации их семьям заложен в стоимость этой булки. А кофе…
— Кто ещё проголодался? — пока Ратай не начал возмущаться стоимостью напитков в кафе при аэропорте, громко спросил я у своих спутников и тут же получил благодарный взгляд девушки. Ей однозначно не хотелось разбираться с недовольным клиентом посреди ночи.
Дружинников мы оставили в машинах у входа в аэропорт, но, судя по реакции Александра Егоровича, мне стоило серьёзно подумать над увеличением оплаты своим бойцам. Оборотни особого интереса не проявили, а вот Аларак и Бернхард тут же отправились изучать витрину.
— Я буду вот это, — указав на самый большой бутерброд, произнёс Аларак. — И добавьте туда побольше мяса.
— Два таких, — увидев выбранный архимагом Смерти монструозный сендвич, одобрительно произнёс Бернхард. — Большой капучино. Самый большой!
— Два, — добавил африканец.
В итоге, мы задержались в кафе почти на тридцать минут. За это время я внимательно изучил расписание прибывающих рейсов, но ничего из Американской Конфедерации там не увидел. Все дипломатические перелёты шли через этот аэропорт и ошибки быть не могло. В том письме, что передал мне американский посол, времени прилёта президента Конфедерации не было. Но из слов господина Адамса я сделал вывод, что его отец вот-вот будет в Москве. Пара часов роли для нас уже не играли.
— Будьте любезны, сделайте четыре десятка ваших фирменных бейглов и столько же кофе, — перед уходом, обратился я к сотруднице кафе. — На парковке у входа стоят пять автомобилей с гербами личной транспортной службы Кремля. Отнесите их туда. Ребята сами разберутся дальше.
— Разумеется, господин! Сделаем всё в наилучшем виде! — сияя улыбкой, ответила девушка.
Я молча кивнул и направился в сторону специального выхода на взлётную полосу. Обычно дипломатов встречали их коллеги прямо там. Единственное окно, в которое мог прибыть рейс президента Конфедерации, находилось между половиной третьего и тремя часами ночи. Если я всё правильно понял, то господин Адамс вот-вот должен был ступить на землю Российской Империи.
Следом за мной, с громадными бутербродами и полулитровыми стаканами кофе шагали Бернхард и Аларак. Рыков, Антип и Григорий, как и я, взяли себе те самые булочки с лососем. Судя по лицам архимагов, девочка за стойкой нас не обманула.
По подходе к специальному выходу, Бетюжин взглянул на охранника в форме службы безопасности аэропорта и тот молча открыл перед нами дверь специальной картой. Мы прошли мимо, и мужчина с абсолютно невозмутимым видом встал на свой прежний пост.
Огромное количество указателей на стенах и полу лишали малейшего шанса ошибиться с направлением. Мы довольно быстро оказались на взлётной полосе. Там пахло керосином и светились в темноте ломаные линии посадочных огней.
— Григорий, узнай где именно садится самолёт господина Адамса, — попросил я. — Несмотря на любую секретность, администрация должна быть в курсе.
Архимаг Ментала коротко кивнул и сразу направился к стоявшим неподалёку ребятам в оранжевых спецовках. Не к администраторам или управляющим, а к обычным техникам и заправщикам.
Бейгл действительно оказался очень вкусным и я даже пожалел о том, что взял всего один. Бернхард и Кот с аппетитом уплетали свои сэндвичи, но размеры бутербродов лишали всякой надежды, что мои спутники закончат с едой в ближайшее время. А еще я сомневаюсь, что они захотят поделиться со своим господином.
Вернулся Григорий на странной платформе, которая была предназначена для перевозки багажа. За рулём, в единственном на этом агрегате кресле, сидел улыбающийся техник. Он дружелюбно нам кивнул и указал на платформу.
— Прошу прощения, ваша светлость, — чуть виновато произнёс мой секретарь. — Другого транспорта рядом не было, а ехать действительно далеко. Самолёт президента Конфедерации только что сел.
Когда мы загрузились на это странное транспортное средство, водитель нажал несколько кнопок, и мы бодро полетели по специально выделенной полосе ночного аэродрома. Бетюжин не соврал — ехать действительно оказалось достаточно далеко.
Президент Американской Конфедерации относился к разряду самых важных фигур мировой политики. Он не мог передвигаться по миру обычным джетом, как делали многие влиятельные бизнесмены и аристократы. Вместо этого правитель Америки пользовался здоровенным аэробусом, в котором были сосредоточены важнейшие службы его страны, чтобы контроль над деятельностью государства не ослабевал ни на мгновение.
В дальнем углу аэродрома, на специально выделенной площадке, гудел остывающими двигателями громадный самолет. Рядом с ним стояло около десятка тонированных джипов и пара бронированных лимузинов. От этих машин даже издалека так разило магией, что можно было легко представить их в ядре аномальной зоны под атакой десятка высокоранговых монстров.
Рядом с лимузинами стояла встречающая президента делегация, возглавлял которую его сын и полномочный посол Америки в Российской Империи. В торжественную атмосферу встречи важного политического деятеля, ворвался визгливый скрип тормозных колодок нашего транспортного средства. Практически все присутствующие обернулись на звук. Часть охраны моментально ощетинилась в нашу сторону оружием.
В этот же момент открылась дверь самолета. На трапе появился первый из телохранителей президента Американской Конфедерации. Я спрыгнул на землю и осмотрелся в поисках места, куда можно было выбросить стакан из-под кофе. Со своим напитком я управился еще по дороге, а Бернхард с Алараком только-только доедали бутерброды.
— Прошу прощения, господин Адамс, — подойдя к послу Америки, произнес я. Сын президента тут же приказал своим людям убрать оружие и растерянно смотрел на мое жующее сопровождение. — Мы немного задержались. Просто в вашем письме не было указано время прибытия президента.