Страница 61 из 86
Глава 21
В просторном помещении, которое могло вместить под сотню человек, стоял длинный овальный стол, во главе которого сидел император. За левым плечом главы рода Романовых, стоял его бессменный личный слуга.
Я поймал внимательный взгляд залитых тьмой глаз Ивана, но никак на него не отреагировал. Остальные оборотни делали вид, что не обращают на меня внимания. Наверное, в этот момент я был максимально близок к тому, чтобы стать прямой угрозой Императору. Настолько подавляющее преимущество было на моей стороне.
Справа и слева от Алексея Александровича сидели носители золотых имен. Светлейший князь Муравьев вместе со Степаном — с одной стороны, и граф Распутин вместе с Петром — с другой. Архимаг Пространства покинул нашу группу, как только стало понятно, что его помощь больше не нужна. Перемещался Петр в разы быстрее нас, и потому на аудиенцию к императору попал гораздо раньше.
Этих людей я встретить ожидал, а вот дальше присутствующие вызывали у меня некоторое удивление. Рядом с Муравьевым сидели два светлейших князя — Пожарский и Воронцов. Напротив этих двоих вовсе оказались иностранцы. Я легко узнал господина Ли Миня, но чтобы вспомнить фамилию высокого молодого человека, сидевшего рядом с послом Поднебесной, пришлось напрячь память. Это оказался господин Адамс, сын президента Американской Конфедерации.
— Приношу свои извинения за опоздание, — громко произнёс я. — Где мы можем разместиться?
Император не шевельнулся, но к нам тут же подбежал один из дворцовых слуг и провел нас к столу. Нас разместили напротив иностранцев. И дальше всех от правителя Российской Империи. Всё время пока мы шли к столу и рассаживались, я ощущал на себе внимательные взгляды всех присутствующих.
— Уверены, что все ваши спутники имеют достаточно оснований, чтобы находиться на этой встрече, Ярослав Константинович? — глядя на бывшего оборона Ожегова, поинтересовался Пожарский.
О том, что я сотрудничаю с родом Ожеговых, Евгений Александрович отлично знал. Но, как и любое сотрудничество, наши отношения с Романом Викторовичем имели свои границы. И уж так откровенно тащить своего знакомого на важную встречу с Императором было плохим тоном. Правда, я к этому времени уже успел заработать себе определенную репутацию, и все понимали, что просто так в моем окружении посторонние люди не задерживаются.
— Да, Евгения Александрович, абсолютно уверен, — невозмутимо ответил я.
Бернхард сел слева от меня, справа разместился Аларак. Оба оборотня встали за спиной. Антип уже практически восстановился. Нанесенную оружием японцев рану помогли затянуть медики-жандармы. Они же подлатали пару раненых из моего отряда.
— Итак, господа, думаю, что можем начинать, — громко произнес император и, поднявшись с места, прошелся вдоль стола. — Как я уже сказал, ситуация изменилась. Не только и не столько из-за недавних событий в Тверской аномальной зоне, сколько из-за общей реакции мирового сообщества на эти события. И на некоторые другие. Сегодня утром неизвестные совершили нападение на центральный госпиталь Твери. В результате этого нападения был убит маркиз Брейлих, занимавший должность посла Австрийской империи.
— И министра внутренних дел наших соседей, — когда император ненадолго замолчал и обводил взглядом собравшихся, добавил Петр Сергеевич.
— Нет, — коротко и довольно жестко произнес император. — К тому моменту, как господин Брейлих покинул наш бренный мир, его уже сменил на посту министра иностранных дел другой человек.
— Получается, что маркиза списали еще до того, как он был убит, — бросив многозначительный взгляд на представителей двух иностранных государств, произнес Пожарский. Почему государь позвал на такую важную встречу иностранцев, пожарский не понимал. Но спорить с Алексеем Александровичем не собирался.
— Назначение нового человека на такую важную должность отчасти стало причиной безвременной кончины господина Брейлиха, — с легкой улыбкой произнес Ли Минь. — По законам Австрийской империи два человека не могут занимать столь важную должность, и пенсия для слуг австрийского императора столь высокого ранга не предусмотрена.
— Да, довольно странный и варварский обычай, — произнес правитель Российской Империи, — Будто это помогало им хоть раз сохранять какие-то тайны.
— Если в ближайшее время будет заявлено о насильственной смерти посла Австрийской империи, то Фридрих может заявить о вине вашей стороны, Алексей Александрович, — практически на чистом русском языке добавил американец. — Это может послужить поводом для серьезного конфликта.
— Непременно послужит, — усмехнулся в ответ император. — Вы совершенно правильно сделали вывод, господин Адамс. Мои представители в столице Австрийской империи со дня на день ожидают письмо от моего венценосного брата, где он будет выражать свое негодование по поводу случившегося.
— И что вы планируете ему ответить, Ваше Императорское Величество? — поинтересовался Муравьев.
— Есть мысль отправить ему в подарок головы тех, кто напал на наших африканских союзников в аномалии, — зло усмехнулся в ответ император. — Но думаю, это выйдет далеко за рамки дипломатических отношений и может быть воспринято как еще один акт агрессии. Правда, не уверен, что это что-то изменит. Войска наших соседей, размещенные в приграничных территориях, уже начали смену дислокации. И в данной ситуации мне хотелось бы понимать, каким образом поведут себя те страны, которые заявляли о своем добром отношении к Российской Империи.
И в этот момент для меня все встало на свои места. И Америка, и Поднебесная, наверное, больше всех требовали ответов по досрочному завершению гона в Твери. Более агрессивно свою позицию выражали разве что австрийцы. Но теперь стало понятно, что соседи ждали только повода. Интересно, что на аудиенцию не пригласили делегацию Индии. Вероятно, господин Идхани уже выразил позицию своего повелителя. А те же Бриссу в лице Мары уже давно показали своё отношение к правящей династии Российской Империи.
Алексей Александрович пригласил на такую закрытую и доверительную встречу двух послов, чтобы окончательно закрыть для себя этот вопрос. В присутствии друг друга и сильнейших аристократов страны врать и юлить было крайне сложно. Вероятно, дипломатов заранее предупредили об этой встрече, чтобы они успели согласовать действия с правителями своих стран. И оказалось, что все это было сделано не зря.
— Сын Неба и Вечный правитель Поднебесной признает право своего венценосного брата на самооборону и адекватный ответ на агрессию Австрийской империи, — поклонившись Императору, произнес Ли Минь.
— Я благодарю Сына Неба за его нейтральную позицию, — кивнул в ответ Алексей Александрович.
Однако по тону Императора было понятно, что он подобным ответом недоволен. По сути, правитель Поднебесной выбрал нейтральную позицию, которая могла качнуться в любую сторону от малейших изменений на политической арене.
Это была обычная тактика дипломатов Поднебесной, которые всегда оставались вне конфликтов или выступали на стороне однозначно сильнейшего. Такой подход позволял китайцам постоянно поддерживать дружеские отношения с сильными странами и усиливать свое влияние по всему миру.
— Я не могу однозначно ответить на ваш вопрос, Ваше Императорское Величество, — после долгой паузы произнес американский посол. — Президент Американской Конфедерации сказал мне, что ему требуется больше времени для того, чтобы принять решение.
— Сколько времени? — прямо спросил глава рода Романовых.
— Думаю, не больше пары дней, — без колебаний ответил Адамс. — Самолет президента уже на пути в Москву, он прибудет сегодня ночью или завтра утром.