Страница 38 из 45
Вот теперь можно и ложиться спать. С этими мыслями довольная ЮЧжин выпила немного сока из бокала и легла на кровать. Поскольку за день она наработалась, уснула быстро.
Капитан корабля, который ЮЧжин приказала переименовать в «Неустрашимый» (если бы это был английский язык, то звучало бы «Дредноут»), выпуча глаза, смотрел на карту, которую новая хозяйка легко рисовала на пергаменте чернилами. Она идеально нарисовала побережье Желтого моря, острова Ниппон, Тайвань, Филиппины (разумеется, в те времена в Азии их назвали иначе), а затем целую россыпь мелких островов за ними.
- Что там может быть за клад? Кривой Чань не плавал так далеко.
- Там нас ждет большой клад редкого жемчуга. Местные его совсем не ценят, у них там в цене другие вещи. Их мы им и привезем на обмен.
- А что?
- А то. Не хочешь за излишнее любопытство вселиться в заколку? Есть незанятая очень удобная заколка.
- Нет, нет, госпожа. Меньше знаю, крепче сплю.
Через неделю
Пока «Неустрашимый» неторопливо, но неуклонно двигался к загадочному острову, все моряки, свободные от вахты, были заняты нетипичной работой – они обтесывали каменные плиты, лежащие на палубе. На Тайване были приобретены с десяток арагонитовых плит размерами 3*3 чи (древнекитайская мера длины, примерно 0,33 м – прим. авт.). Хозяйка – колдунья собрала экипаж и объяснила цель. У жителей того загадочного острова деньги крупные и сделаны из обтесанного камня. Ценятся они высоко, на них и будут менять клад из жемчуга, который там находится.
Команда поделена на десять групп, и каждая обтесывает за время плавания свой камень. Чем более круглый и гладкий он будет, чем аккуратнее в нем отверстие посередине, тем дороже он будет оцениваться на острове. 3/5 стоимости камня пойдет в казну короля, отправившего их в поход, 1/5 – капитану и его воинам, остальную 1/5 часть группа делит между собой. Сначала ворча и тайком ругаясь (колдунью и ее угрозу поселить провинившегося в заколку все боялись до дрожи), а постепенно втянувшись, моряки, свободные от вахты, обтесывали и шлифовали свой камень. Если учесть, что у них были железные орудия труда, то производительность труда была в сотни раз выше, чем у туземцев острова Яп.
Моряки крайне изумились бы, узнав, как делали эти «монетки» сами аборигены. До прихода европейцев каменные диски имели диаметр 0,5–0,9 м, максимальный – 1,2 м. Арагонит и кальцит (это белые и коричневые разновидности известняка), из которых их изготавливали, отсутствовали на Япе и поэтому оказались ценными материалами. Считается, что первые плавания жителей Япа на Палау за арагонитом могли состояться около 500 года, однако масштабные добыча и транспортировка появились позднее, в период между 1000 и 1400 годами. Монеты (жители Япа именовали их «раи») приходилось вырезать орудиями из ракушек (!) и везти за 450 километров на громадных, но хлипких океанских каноэ. Отверстие монеты пробивали коралловым камнем, а каменный диск полировали пемзой. Каноэ нередко тонули вместе с грузом и экипажем, поэтому стоимость доставленных монет была очень высокой.
Типичное для Океании кастовое общество Япа запрещало низшей касте владеть монетами крупного диаметра/достоинства.
Дырка посередине была нужна для того, чтобы переносить многотонные арагонитовые деньги с помощью большого деревянного дрына. Операция была настолько трудоёмкая, что в какой-то момент сложилась новая традиция - при транзакциях раи переходили из рук в руки, не меняя своего физического местоположения, т.е. продолжали лежать на том же месте.
На острове отсутствовали кражи монет – во-первых, тайно уволочь такую тяжесть просто нереально, во-вторых, как объяснить всем, откуда у тебя внезапно взялась монета, если ты не плавал за ней, зато у соседа пропала монета с характерными особенностями, такими же, как и у этой монеты.
Один раз остров постигла инфляция. В 1871 году сюда приплыл предприимчивый англичанин Давид О,Кифи, который скупал на островах Океании копру. Выяснив, как дорого стоят раи, он организовал заготовку монет на Палау железными орудиями, привозил на своем европейском корабле и массово скупал копру. И хотя новые деньги шли по курсу ниже, чем старые (ведь изготавливать их много проще), общий курс раи упал. Зато размер и вес монет вырос – теперь они стали диаметром до 3,6 метров, толщиной - до 0,33 метра и массой в 4 тонны. Факт, который особо не афишируется – почти все раи, выставленные на обозрение на Япе сейчас, были сделаны именно при О,Кифи.
Мало того, произошла еще и колоссальная перемена в социальной иерархии. Если раньше добычей и транспортировкой денег на Яп занималась лишь горстка людей, то теперь практически каждый островитянин мог сесть на европейский корабль и попытать счастья на Палау. Лишь в 1902 году был восстановлен старый порядок, при котором только старшие жители Япа получили право на эмиссию денег - организовывать производство денег.
Один из последних каменных дисков был добыт на Палау в 1931 году и перевезен на Яп в 1932 году. Объем денежной массы высчитала японская администрация - в 1929 году на острове имелась 13 281 монета.
Вот в эту замкнутую финансовую систему острова и решила совершить валютную интервенцию беглая корейская принцесса, чтобы вернуться домой с большими деньгами. Ради них отец, остро нуждающийся в средствах, простит ей все, что угодно, да и сама она станет финансово от него независимой. Осталась малость – найти остров и убедить туземцев совершить финансовый обмен.
ЧжуВон вместе со своими «драконами» тоже вызвался изготавливать одну из монет. Хитрость была в том, что один из его воинов происходил из семьи каменотесов, он профессионально умел работать сам и обучил этому своих товарищей. Кстати, принцесса затем попросила его провести мастер-класс для остальных групп, чтобы они не испортили камень – заготовок было взято всего 10, сломать хотя бы один означало существенно сократить финансовый фонд корабля.
На свежем воздухе при ярком солнышке тяжелый труд втянул всех в неписаное соревнование. Команда скинулась на серебряную монету каждый (принцесса добавила еще сотню из заначки покойного Чаня) на то, чей камень будет лучший. На удивление, Тихий океан ни разу не побеспокоил их ни штормами, ни тайфунами, а ветер чаще был попутный. Шкипер по карте, нарисованной ЮЧжин, успешно довел джонку сначала до Тайваня, затем до Филиппин, и здесь удача улыбнулась путешественникам. Они нашли в порту человека, плававшего к этому острову Япу. Дело в том, что на острове дешев перламутр и жемчуг, и местные жители иногда совершали за ним плавание к таким островам. Дело это рискованное, – кроме штормов нередки здесь еще и пираты, а если занесет течением в Меланезию, то и кай-канаки (кай-кай – кушать, канак – человек).
Малаец согласился за немалые деньги провести корабль до острова, если потом его высадят на обратном пути в тот же порт. ЮЧжин без проблем согласилась с этим. Малаец, глядя на их камни на палубе, явно считал их идиотами, но ее это совершенно не тревожило.