Страница 2 из 13
Глава 24. Вы кто? Мы мыши-цы
20 сентября
Деревня Губаны (окончание)
И, действительно, репортаж оказался просто замечательным.
Вот подъехавший наряд полиции с трудом удерживает толпу неадекватных сектантов, где среди мужчин активно буйствуют и женщины. Они пытаются поджечь одно из зданий, у которого выбиты окна и двери, а из кошачьего лаза внизу торчит по пояс застрявшая толстая тетка.
Вот подъехал пермский ОМОН на двух автобусах – крепкие парни с дубинами и в бронежилетах с касками с трудом оттеснили толпу от дома. Вот из дома вывели двух страшных как смерть женщин, мокрых и грязных, в каких-то отрепьях. Одна из них, как оказалась, была главной в этой церкви. Их посадили в полицейскую машину и от греха подальше увезли.
Теперь пришел черед санитарам – рослым парням с добрыми лицами. Самым буйным одевали смирительные рубашки, кололи транквилизатор, чтобы они в тенечке спокойно отлежались. Большинство, разглядев процедуру, споро разбежались по деревне и попрятались.
ОМОН уехал, забрав с собой только любителя «Боярышника», который явно был организатором сопротивления правоохранительным органам. Дубинкой по голове он уже заработал, теперь предстояло оказаться в СИЗО.
На съемки газета добавила свой текст. Оказывается, секта под видом богослужений практиковала оргии под наркотические вещества. На этот раз с дозой переборщили, и у всех участников возникли зрительные и слуховые галлюцинации. Они подумали, что в руководство вселились Чужие для последующего захвата Земли.
20 сентября
Починок Ключики, будущие 2-е Ключики
Отряд собрался выступить следующим утром, поэтому у беглецов от хазар был вечер и ночь, чтобы получить необходимую для встраивания в социальную систему нового мира информацию.
- Камерчан, сын Тугаля, ты согласен наняться служить саблей со своими людьми русскому царю? Хазарский каган разгромлен много лет назад, на месте его царства новое государство – Московское. Многие степняки служат ему, занимают при его дворе почетное место.
- Иудеи там есть?
- Нет, большинство – православные, много мусульман, чуть-чуть иноземцев-протестантов.
- У этого Московского царства война с соседом?
- Да, здесь пресеклась одна династия, а другие не могут удержаться, одна за другой слетают с трона. Воспользовавшись этим, соседняя Польша захватила столицу и часть страны, но большинство воинов, часть знати, и почти все простые люди против них. Чтобы освободить столицу, они собирают войско. Там каждая сабля и пищаль будут не лишними.
- Простой пастух из меня не получится, мое дело – мчаться впереди верных всадников на врага. Я пойду воевать. Отнесутся ли ко мне с честью?
- У московского царя в войске и татары, и башкиры, и кабардинцы, а скоро еще и калмыки прибавятся. Ты сын хана, у тебя сотня воинов. Какие еще к тебе вопросы о знатности? А-а-а, спросят, не Чингизид ли ты? Это давно был великий хан у монголов, чьим потомком быть лестно любому кочевнику. Нет, ты не Чингизид, но все равно знатный человек, не последний в степи.
- Что посоветуешь с лошадьми?
- Здесь ничего не продавай, гони табун в Нижний Новгород. Это большой город, раз они собирают войско, каждая обученная лошадь там будет в цене. Там сможешь выгодно продать их, а на деньги переодеть своих воинов в хорошие доспехи, кому нужно, докупишь оружие.
- У меня остался последний вопрос. Вы ведь вернетесь волей Давана в свое будущее?
- Да, только когда, пока не знаем.
- Возьмите с собой мою дочь. Ее жених остался в прошлом, нас впереди ждут бои, я не хочу брать ее с собой в незнакомой стране. Она не бедная. У нее есть родовые драгоценности, а еще мы перед побегом разорили кочевье того труса, что к ней сватался, и вывезли много серебряных дирхемов – и хазарских, и хорезмийских, и арабских. Даже по весу это много, а по редкости – очень много.
- А она сама согласится?
- Да, она сама меня об этом попросила. У вас девушки ее внешности равны с мужчинами, их уважают и слушаются. Она готова жить в вашем мире.
- Хорошо.
На следующее утро небольшой отряд вышел из починка и двинулся на юг к Сылве. И кочевники, и полусотня сына боярского Хованского ехали верхами, загрузив все нужно на заводных коней.
Дочь хана долго махала рукой уходящим воинам, тайком вытирая слезы. Потом решительно повернулась к отряду из будущего и деловито спросила:
- Что надо делать, чтобы Даван опять перенес нас во времени?
- Вернемся в городище и будем ждать. Как раз пора готовить обед.
Вот в момент приготовления и произошел очередной переброс. Вместо летнего солнышка осеннее хмурое небо, мелкая капель – зато дома! Хотя до Андреевки было несколько километров, все хронопутешественники не стали ждать автобуса, а кинулись пешком. Реконструкторы даже за ладьи не схватились, лишь убедились, что они на месте и все в порядке.
Бабушка Татьяна удивилась новой девушке в странной одежде, с саблей на поясе.
- Почему ты решила уйти из рода и поселиться здесь? – на ее родном языке спросила она ее.
- Отца и братьев там ждет война, я буду им обузой. А здесь я не пропаду, выйду замуж и продолжу род моего мужа. Приданое у меня есть.
- Сейчас приданое важно, но не главное. Ладно, будем тебе делать документы, есть у меня один мутный знакомый, который этим промышляет. Ты согласишься стать по национальности алтайцем? По внешности ты на них походишь, с лошадьми умеешь обращаться, а русскому языку мы тебя тихонько обучим. Хорошо?
ЮнМи сказала:
- Соглашайся. Поживешь здесь в деревне, пока оформляем все документы, а потом переберешься в город. Хочешь, станешь инструктором по конному спорту, хочешь, пойдешь в конную полицию, а, может, вообще, попадешь в конный полк, который в Москве – будешь на парадах верхом ездить и в кино сниматься.
Через пять минут у ЮнМи зазвенел сотовый. Номерок был очень знакомый – нас почтил своим вниманием Виктор Иванович, представитель очень серьезной конторы.
- Юна, - без лишних предисловий сказал он, - скажи бабушке Татьяне, чтобы она не грузилась документами для вашей новой подруги. Завтра подъеду, все организую сам. От нее за это – первоочередное право Эрмитажа на выкуп самых редких монет из ее приданого. Цены будут честными, сама понимаешь, статус главного музея страны обязывает.
- Хорошо, Виктор Иванович, передам. Приезжайте, будем рады вас видеть.
Слушавшая разговор бабушка Татьяна недовольно цыкнула:
- ЧеКа не дремлет, ЧеКа не спит, слушают нас, все шпионов ищут.
БоРам ничего не сказала, она была занята: запихнув в рот полпирога с мясной начинкой, она старательно запивала его морсом. Судя по уменьшающемуся количеству пирогов на тарелке перед ней, путешествие благотворно сказалось на ее аппетите.
ËнЭ была занята – она разложила серебряные деньги на столе и лихорадочно просматривала в Интернете информацию о них.
- Ну что, тема сегодняшнего блога известна?
- Конечно, ты посмотри какая прелесть. Все самые редкие хазарские монеты есть и не по одному экземпляру. Гульшат, ты не просто не бедная, ты весьма состоятельная невеста. Как распорядишься богатством?
Та, с похвальным аппетитом поедая пироги, сказала: