Страница 94 из 96
Племянница, которая должна была возглавить переворот и стать новой руководительницы церкви, кашу не ела, но съев яйцо без хлеба (заботясь о фигуре, мучное старалась не употреблять), машинально глотнула какао. Вроде бы и глоток, но ей хватило.
Когда Екатерина Викторовна, в прошлом сотрудник прокуратуры и разведчик Израиля, а ныне глава религиозного объединения «Золотая Орда» поднялась на помост для проповеди, как ее намерение разрушил выкрик из зала:
- Она не человек, она Чужой!
- Какой это я чужой, - машинально спросила она, не подумав, что ей навязывают свой сценарий событий.
- Черный! Мерзкий! Кровожадный! Она снаружи человек, а внутри ее сидит мелкая личинка, сжирающая ее изнутри!
Как осознала провидица, это опять ее племянница. Дурочка забыла провал прошлого раза и как неделю зубной щеткой чистила унитазы, она решила по второму разу совершить «цветную революцию». При ее туповатости (уж тетка-то отлично об этом знала) вряд ли у нее хватило бы ума это затеять, где-то здесь прячется кукловод, манипулирующий ею.
- И чем ты докажешь этот бред про личинку и чужого?
- Сними с шеи граа,нрек,идк, которым ты воздействуешь на людей.
- Да пожалуйста.
Безо всякой задней мысли провидица сняла с шеи ожерелье, копию подаренного ей сарматским вождем с единственным добавлением – одной чудодейственной бусиной (про которую она прекрасно знала, что это просто бисерина). Все слушавшие эти обвинения и глядевшие на нее какими-то мутными глазами («пьяные они что ли?»), рухнули как подкошенные на пол, закрывая уши обеими руками. Шмолленг, прятавшаяся позади, незаметно включила генератор инфразвука (предварительно сунув беруши в уши) и стала регулировать частоту, то увеличивая, то уменьшая ее.
Плохо было и провидице. Жуткая головная боль, словно удары по вискам, сделали с ней неожиданную даже для нее вещь – голова трансформировалась в маску чудовища, в которой ушные перепонки были надежно закрыты заглушками. Из-за ЛСД каждый зритель видел немножко разные версии этого чудовища. Однако впечатление было одинаковым:
- А-а-а-а!
20 сентября
Чучково городище (окончание)
- Что будем делать? Их больше, чем нас.
- Если у них есть проводники, от них не уйти. С лошадьми по здешним лесам далеко не уйти, а без них нас нагонят быстро.
Дискуссию прекратил Колян.
- Что делать? Что делать? …. (далее несколько явно нецензурных выражений на древне шведском) Мы будем драться! Если драка неизбежна, бей первым. Устроим им под утро нападение.
Камерчан поддержал:
- Мы тоже за драку. У меня пара десятков воинов – специалисты по тайным ударам. Остальные воины прикроют стрелами.
Реконструкторы молчаливо признали главенство Коляна. По тому, как он носил кольчугу, вертел топором, был виден опытный воин. А откуда он взялся в уральской деревне – да какая разница?
БоРам оставили в городище готовить завтрак и место для раненых, а ЮнМи и ËнЭ двинулись вместе с небольшим отрядом к лагерю хазар. Те, как оказалось, люди были опытные, выбрали большую поляну у реки, со всех сторон прикрылись часовыми. Для обычного боя они изначально имели преимущество. А вот при применении магии – вопрос.
- Камерчан, сын Тугаля, что думаешь?
- Если бы удалось снять вот тех часовых, с опушки будет удобно обстрелять лагерь горящими стрелами. А дочь с людьми тем временем попробует угнать лошадей, которые здесь пасутся. Без коней они нам не погоня, им самим нужно будет убираться отсюда побыстрее, пока местные не вырезали.
- Часовых я вам сниму. Яна, если что, ты сможешь прикрыть лучников от ответных стрел своим перначом?
- А он подействует?
- Ты его хозяйка, как прикажешь.
- Прикрою.
- Юна, ты будь рядом с ней, если что – поможешь. Якши?
- Якши.
Под самое утро, которое было очень прохладным, Колян начал свои действия. Стандартное его начало – два глотка из фляжки, а затем его тело словно размылось от скорости передвижения. Миг, и он уже возле одного часового. Удар рукояткой по голове, придержал падающее тело, и через доли секунды уже у второго, который еще только открывал рот, чтобы поднять тревогу. Удар в лоб обухом топора, и он тоже беззвучно ложится в траву.
У Камерчана в ухе прошелестело:
- Таможня дает добро. Пускай дочь за лошадьми. Там трое пастухов, они спят под попоной.
Группка воинов стремительно пробегала среди лошадей, срезая на ногах у них путы. Неожиданно один из жеребцов звонко заржал.
- Тревога! – раздался крик. Из шатров стали выскакивать воины, причем в доспехах и с саблями – спали они явно наготове.
Пришло время Камерчану и его лучникам. Они стали пускать стрелы с горящей паклей в шатры. Большая часть потухла в полете, но пара шатров все-таки загорелась. Хазары оказались в невыгодном положении. Им навязывали пеший бой, да еще они были на свету, а враг прятался в мраке. И тем не менее, воины быстро сомкнули ряды, прикрывшись щитами. За их спинами несколько лучников пустили стрелы в сторону предполагаемого врага.
- Эй, Камерчан, это ты напал на нас? – закричал один из хазар.
- Да, это я.
- Тебе все равно не уйти от нас. Мы знаем, куда ты идешь. Отдай дочь мне в жены, поклянись в верности, и каган простит тебе предательство.
- Каган никогда не простит мне того, что я назвал его иудейской собакой. Не надо мне врать. А быть твоей четвертой женой дочь не собирается. Она уже один раз отказала тебе.
- Мало ли что говорят женщины? Сегодня не пойдет за меня, завтра пойдет. Это решать нам, мужчинам.
- Какой ты мужчина? У тебя на поясе до сих пор ни одной бляхи, а у дочери уже две. Иди паси кобылиц и дои их, разбогатеешь на кумысе.
Пока они таким образом бранились, большую часть лошадей хазар успешно гнали. Их вместе с собственными лошадьми решили загнать в городище, чтобы лишить хазар конницы. Туда же быстро стали отходить и участники ночной вылазки.
К городищу хазары подошли пешим порядком только утром. Хотя оно и было окружено не таким уж и большим земляным валом, а вместо стен был лишь частокол, за ним виднелось множество воинов. Взять такой с бою будет явно тяжело.
И в этот момент, как это уже не раз получалось в Артании, произошел очередной хроновыброс. Городище со всеми людьми и множеством лошадей перенесло в другое время. Ошарашенные хазары смотрели на то, как на их глазах вместо крепости – городища появился заплывший вал, покосившиеся старые бревна частокола, отсутствие ворот, главное – ни одного человека. Разведка, пробежавшая по городищу, подтвердила это. Оно было уже много лет нежилым, от землянок остались лишь ямы. Как сейчас возвращаться в степь с оставшимися тремя десятками лошадьми на две сотни воинов, было неясно. Да и возвращаться ли? Тело хана не отбили, дочь Камерчана ускользнула, но главное – потеряны две сотни лошадей.
- Говорили нам про земли этого Давана, что от него лучше держаться подальше, зря вообще по этой реке пошли.
Между тем Чучково городище оказалось вовсе не в нашем времени. Это было заметно по виду дороги (ни о каком асфальте не шло и речи, обычная разбитая грунтовка) и внешнего вида деревни поблизости. Деревянные срубы, крытые соломой, окон вообще не видно, изгороди из жердей.