Матабар V

Арди вытянул руку и прокричал:

— Охотник облачных троп!

Орел взмахнул крыльями, заложил вираж и, по спирали, неспешно опустился вниз. Он сомкнул когти вокруг запястья юноши. Мерно и спокойно вздымалась его могучая, широкая грудь, укрытая коричневыми, плотными перьями. Он то и дело резко поворачивал головой, украшенной тем же оперением и увенчанной массивным, серым клювом.

— Охотник снежных троп, — произнес он голосом гулким, но в то же время свистящим. Как вой ветра, заблудившегося среди горных ущелий. — Ты охотник и я охотник. Среди нас нет добычи. Я ничего не ищу на твоих тропах. Ты и я.

— И я ничего не ищу на твоих тропах, — повторил слова обряда Арди. — Ты и я.

— Зачем ты позвал меня, охотник снежных троп? — спросил орел. — Ты едешь на добыче. Рядом с тобой еще две добычи. Двух ног и четырех ног. Ты хочешь поделиться ими? Я обычно не охочусь на таких. Их любят волки, а не орлы. Разве ты не знаешь этого?

— Я знаю, охотник облачных троп, — ответил Арди. — Я хотел спросить у тебя, если ты готов поделиться знанием с троп.

Коричневые глаза орла, похожие на бусинки, окинули взором степь, после чего тот повернулся обратно к собеседнику.

— Спрашивай, охотник снежных троп. Я поделюсь с тобой знанием, если обладаю им.

— Не видел ли ты в озерах трав и цветов чего-то необычного за последние сны?

Орел взмахнул крыльями и встряхнулся, заставив Тесс вздрогнуть и чуть дернуть поводьями, отодвигая лошадь в сторону.

— Я видел стаи коршунов и падальщиков, охотник снежных троп, которые прежде здесь не появлялись, — не очень довольно ответил орел. — Уже много снов они находятся на границе в несколько путей Духа Ночи. Бродят рядом с логовом двуногих. Из-за них стало меньше живой добычи и мне и моим братьям и сестрам приходится убегать все глубже в озера трав и цветов.

Арди кивнул. Обычно животные избегали мест, где слишком много падали. Когда он учился у Эргара, то старый барс наставлял, что смерть плодит смерть и где пал один зверь, там падут и другие, поэтому не стоит задерживаться у таких мест.

Сейчас же Ард понимал, что звери инстинктивно опасались заразы, болезней и тлетворных микроорганизмов, которые неизменно сопровождали падаль.

— Лесные разливы все чаще гремят железом двуногих, которые валят деревья. А горные тропы меняются под железом все тех же двуногих, которые прокладывают свои странные тропы, по которым бегут их чудовища, дышащие зловонными облаками, — орел снова взмахнул крыльями и бросил не самый дружелюбный взгляд в сторону Тесс. — Скоро нам придется уйти глубже в Антареман и, наверное, потомки моих потомков уже не увидят озера трав.

— Мне жаль это слышать, небесный собрат, — искренне ответил Ардан.

— Таков сон Спящих Духов, горный собрат, — только и сказал орел. — Это все твои вопросы, охотник, прячущийся под шкурой двуногого?

— Остался еще один, — Ардан не знал, хорошая ли идея спрашивать подобное, но не имел особого выбора. — Видел ли ты двуногих детей волков?

«Двуногие дети волков», так, на языке диких зверей, именовались орки.

— Они стали причиной появления падальщиков, — орел подтвердил слова маршала и указал взглядом на юго-восток. — Сюда, в озеро трав, пришла их стая с севера. Она пересекла Антареман, нарушив многие из законов охоты. Если бы все еще было жива твоя стая, охотник снежных троп, дети волков сильно пожалели бы, что нарушили наш уклад жизни, но твоей стаи больше нет и они делают, что хотят. Оставили после себя пожары и кровь лишней охоты. Как неразумные волчата. Теперь они пришли сюда и охотятся на двуногих.

Что-то не складывалось в словах орла. Орки северных равнин и степные орки никогда прежде не делили охотничьи угодья. Их разделяла Алькадская цепь (именуемая Антареман на языке Фае и зверей). И если кто-то и пересекал горы, то только ради междоусобных дрязг или же обмена «невестами», чтобы избежать кровосмешения.

Так что еще при встрече с маршалом Ардан сильно засомневался, что виной недавним событиям, именно Шанти’Ра. Они обитали в глубокой степи и без невероятно весомой причины не появлялись на границе крупных людских поселений.

Предпочитали грабить фермы и охотиться на бандитов и контрабандистов.

Иронично…

Раньше Арди не понимал, почему против Шанти’Ра не отправят армейскую карательную экспедицию, учитывая наличие в Дельпасе военной базы. Но хватило полугода службы во Второй Канцелярии, чтобы осознать — существование Шанти’Ра, как бы это цинично и омерзительно не звучало, не позволяло степи окончательно пасть под властью бесконечных бандитов, контрабандистов, браконьеров и маргиналов.

А это, в свою очередь, обеспечивало возможность постройки железной дороги, что с лихвой окупало кровавую цену, которую платили те десятки, кто пострадал от рук орков.

Вот только, если Арди правильно понимал суть происходящего, то как только расширение дорожного полотна завершится, а вдоль него воздвигнут новые города и поселения, то… из Дельпаса, все же, выдвинется армия и от Шанти’Ра не останется и следа, потому как те выполнят свою функцию.

Причем здесь тогда северные орки?

Потому что сложившуюся систему уравнений легко нарушал дополнительный элемент. Появившаяся из вне переменная. Северные орки. Они перегрузят своим появлением уравнение и то перестанет сходиться в пусть и некрасивый, но довольно простой ответ.

Что заставило северян пересечь горную цепь и оказаться в степи? Событие, которого не происходило с момента падения Эктасса. До рождения Империи орки, пусть и редко, но горы пересекали. Но на протяжении полутысячи лет такого не происходило.

Оставалось узнать последнее.

— Двуногие дети северных волков нападают только на простых двуногих или…

— Все чаще мои глаза и глаза моих братьев и сестер видят, как коршуны и падальщики слетаются и сбегаются к останкам детей волков травяного озера, — орел подтвердил опасения Арда. — Дух моих предков шепчет моему сердцу, охотник снежных троп, что либо грянет кровавая битва среди стай за угодья, либо дети северных волков придут в логово двуногих. Это все, что я знаю. Ты и я.

— Ты и я, — повторил Арди и взмахнул рукой, помогая орлу.

Тот расправил громадные крылья и, поймав перьями потоки ветра, поднялся в воздух и начал постепенно, по все той же спирали, удаляться все выше и выше, пока не исчез среди закатного солнца и облаков.

Ардану очень хотелось верить в то, что это лишь совпадение. Мало ли почему стая северных орков пересекла горы. Не может же все, что происходит в стране, быть так или иначе связано с Кукловодами Пауков.

Вот только, как говорил Милар, в их работе вместо надежды на совпадения лучше рассчитывать на собственную паранойю.

— Это так странно выглядит, — голос Тесс вернул Арди из размышлений обратно в реальность.

Она подъехала обратно на лошади к своему… жениху и, все так же придерживая шляпку, мягко и тепло улыбнулась. Не губами. А глазами. И еще чуть вздернула нос. Арди хорошо знал эту повадку. Так Тесс всегда делала, когда о чем-то беспокоилась, но старалась не показывать виду и надевала маску веселой беззаботности, почти граничащей с таковой у маленьких детей.