Сэр

Я открываю дверь, и она медленно распахивается, поскрипывая, как, кажется, и все остальное здесь. Вхожу, зацепляя паутину, и чуть не задыхаюсь, потому что только что вдохнула эту гадость.

Я с трудом сдерживаю кашель.

— Эстелла, эм, приходила сюда?

— Приходила.

Итак, паутина новая. А это значит, что в моем подземелье есть друзья-пауки. Ну просто отлично. Комната такая маленькая, что в ней помещается только кровать и прикроватная тумбочка. Мне негде разместить свою одежду. Ни шкафа, ничего. Медленно киваю, соглашаясь с этим. Ладно, это еще одна проблема, на решение которой я потрачу время сегодня вечером.

По крайней мере, я не буду сидеть сложа руки.

— Здесь что, нет ни одного окна, да? — весело спрашиваю. Я пытаюсь, видите? Я стараюсь быть позитивной.

Тильда кивает с сочувственным видом.

— По вечерам ты можешь выходить на крыльцо и оставаться там столько, сколько захочешь. Сразу за патио, если идти прямо, если холм, с которого можно спуститься. За ним протекает река, которая может помочь.

Затем, словно желая подбодрить меня еще больше, она говорит:

— Я уверена, что ты будешь занята, проводя большую часть времени рядом с мистером Уэстом и следя за тем, чтобы он соблюдал график. Он занятой человек, особенно в последнее время. Поместье завалено деловыми предложениями.

— Инвестиционные возможности?

— Да.

Оу.

Эйдан ищет что-то, во что можно было бы вонзить зубы, вероятно, более энергично, в свете того, что тот потерял компанию, которая была делом его жизни, принесла ему состояние и сделала предпринимателем с мировым именем. Ту самую компанию, из которой он ушел, потому что хотел провести свою жизнь со мной. Эйдан даже не знает об этом. Мне его жаль, особенно потому, что он не знает, что я — разрушитель всего хорошего.

В любом случае, не стоит зацикливаться на этом и все такое.

— Пожалуй, я пойду возьму свой чемодан и устроюсь, — наконец, говорю я. — Спасибо, Тильда.

— Не за что. Я всегда рядом, если понадоблюсь. Ну, — она на секунду замолкает, — вообще-то я заканчиваю после шести.

— Ты не живешь здесь?

— Нет, — быстро отвечает девушка. Скорее она имеет в виду «нет, черт возьми», и я не совсем уверена, почему так решила. Это не «Аббатство Даунтон», Айви. — В доме действительно бывает много работы, так что, возможно, ты захочешь провести здесь некоторое время, прежде чем снова высунуть голову. — Теперь она уходит, будто не хочет больше ничего объяснять. — Я прихожу каждое утро в шесть. Если ты увидишь меня, может, составишь мне компанию до того, как мистер Уэст встанет?

— И во сколько это?

Она пожимает плечами, спеша к двери.

— О, знаешь, в наши дни об этом можно только догадываться. Но, поскольку ты здесь, я уверена, что это произойдет в разумное время. Увидимся позже, Айви.

А потом она исчезает.

Словно летучая мышь, вырвавшаяся из ада, она унеслась прямо в закат.

Я не пытаюсь быть негативной или что-то в этом роде, но у меня действительно нехорошее предчувствие по поводу всего этого.

***

Я снова на улице, потому что мне нужно занести свой чемодан. Хочу покончить с этим как можно скорее, потому что боюсь столкнуться с Эйданом или этой кровопийцей Ниной. Я не заметила поблизости ни одного сотрудника. Не думаю, что кроме Тильды, есть еще кто-то, кто работает полный рабочий день. Мне жаль ее, если она единственная, кто управляет всем этим домом.

Чемодан действительно тяжелый. Я виню в этом Ану, она собирала его для меня. Мне следовало быть более внимательной к тому, что она положила, но перед отъездом я была сама не своя. Все было как в тумане.

Каждый шаг — это задача. Я действительно думала, что Эйдан был бы тем, кто занесет его внутрь, возможно, в попытке продемонстрировать мне свои мускулы. Я издала смешок/кашель/стон? Этот звук — совокупность всех моих безумных эмоций, потому что о чем я только думала?

Эйдан, до того, как мы встретились, и до того, как изменился, был придурком. Очевидно, он никому не помогал, кроме самого себя. Главный Мудак Востока и все такое. А еще он был завсегдатаем вечеринок, наркоманом и обожал трахаться с длинноногими женщинами, такими как Нина Гамильтон, которая до сих пор щебечет по телефону и смеется так, что мне хочется вцепиться ей в глотку.

Я потею, как свинья. И только затащила этот ублюдочный чемодан внутрь. Одно из колес скользит не по прямой, так что мне приходится поднимать эту штуку и каждые несколько мгновений менять направление. У меня жуткая паранойя из-за того, что он скребет по деревянному полу, потому что я практически волочу этого гигантского ублюдка за собой, используя грубую силу.

Теперь я снова на кухне и направляюсь в свою темницу.

— Интересно, как долго ты продержишься.

Я останавливаюсь и поворачиваюсь. Нина стоит, прислонившись к двери на крыльцо, и смотрит на меня с веселой улыбкой на лице. Я прослеживаю взглядом ее фигуру. У нее потрясающее тело, но, по-моему, мои сиськи лучше.

Я одариваю ее фальшивой улыбкой.

— Думаю, мы еще посмотрим, а?

— Ты же не думаешь, что у тебя получится.

Я не отвечаю на это. И продолжаю тащить этого тяжелого ублюдка к своей двери.

— Эйдану не нужна ассистентка, — говорит она, глядя на свои ногти, будто я ей надоела. Втайне думаю, что Нина прочитала руководство «Дрянных девчонок» о том, как стать стервой. — На самом деле, твое пребывание здесь бессмысленно, — продолжает она. — Я не знаю, о чем думал Стивен. Это действительно странно. — Она задумчиво хмурит брови, прежде чем снова поднять взгляд и посмотреть на меня совершенно по-новому. — Ты появляешься здесь в этом дешевом платье и с дрянной краской для волос, будто пытаешься произвести впечатление на кого-то.

Ауч.

Боже, какая стерва.

Во-первых, платье было довольно дорогим. Около шестидесяти баксов или типа того. И мне оно нравится. Я осматриваю его сейчас. Платье действительно красивое и выгодно подчеркивает мою фигуру.

Во-вторых, моя краска для волос тоже стоила недешево. Боже, как бы я хотела, чтобы она была дешевой. Нет, Стивен позаботился об этом за меня, отправив в этот нелогично дорогой салон, где тебе целый час массируют голову, одновременно делая процедуры по уходу за лицом и подавая кофе по завышенной цене на подносе с кучей пирожных со странными названиями. Кофе был отменный, а за пирожные можно было умереть, так что… Думаю, мораль этой истории в том, что у богатых хороший кофе и качественная краска для волос, и в следующий раз, когда будете делать массаж головы, убедитесь, что ваши усики покрыты воском, чтобы вы не чувствовали себя неловко.

— Я не пытаюсь ни на кого произвести впечатление, — вежливо отвечаю, хотя мне кажется, что от нервов при этом грызу ногти. Однако предполагается, что я должна быть любезной. Стивен был непреклонен в том, что меня не уволят за то, что я стерва, но что-то мне подсказывает, что Нина, возможно, имеет влияние на Эйдана. Однажды уже так и было; не было преувеличением предположить, что она попытается добиться этого снова. Я должна разобраться с этим как можно скорее.

— Хорошо, — говорит она, но не верит мне. — Мы же не хотим выставлять себя дураками, думая, что этим кем-то может быть Эйдан.