Страница 20 из 34
Глава 6. Сколько русских мышей нужно для уничтожения военной базы?
13 июля, очень раннее утро
Секретная база США «Зона 51»
Лежащая в куче мусора дохлая мышь задергалась в конвульсиях, лапки непроизвольно шевелились, из приоткрытой пасти тянулась струйка слюны. Когда агрегат, спеша, устанавливали на стенд, с него смели весь мусор в угол, не вглядываясь, что там имеется, отложив это дело на следующий день. Это оказалось серьезной ошибкой, для многих - последней…
Когда в России было дано распоряжение полить списанные авиадвигатели какой-либо сложной органикой, а сроки были сжатыми, сотрудник ФСБ забежал в ближайшую биолабораторию, где работали над веществами, ускоряющими регенерацию тканей. Это была заведомо тупиковая проблема, десятки фармацевтических компаний мира уже выбросили на ветер несколько десятков миллиардов долларов, пытаясь создать такие лекарства. То вещество получалось крайне нестабильным, то токсичным по составу, то со совершенно иными свойствами (кстати, именно так возникла «Виагра»). Однако, поскольку военные министерства выделяли на такие исследования гранты не меряя, работы продолжались «от забора и до обеда». Поэтому запрошенную смесь выдали сотруднику без проблем, ее все равно предстояло утилизировать.
Полет на самолете на поверхности авиационного сплава соединил воедино все недостающие факторы: необходимое давление (а его точность должна была достигать ±0,05%), температуру (дважды должен был произойти перепад в 5,50 С), наконец, замещение радикалов с кальцием и фосфором на вольфрам и празеодим в присутствии ингибитора – окислившегося помета голубей. Одним словом, работа алхимика в реалии. Сделать такое можно только случайно в результате невероятного совпадения событий.
Пожалуй, это можно сравнить с изобретением мадеры. Не той бурды, которая в магазинах сейчас, а настоящей мадеры. В Португалии ее сумели создать при следующих курьезных обстоятельствах. Как-то купцы повезли вино из Мадейры в Индокитай. Суэцкого канала в те времена еще не было, плавали огибая Африку, и вино, находившееся на верхней палубе в дубовых бочках, испортилось - приобрело резкий вкус и неприятный запах. Продать его, естественно, не удалось, а вылить было жалко. Пометив бочки "из Индии", купцы привезли их домой и отдали местным виноторговцам. Те упрятали товар в подвалы и на какое-то время забыли о нем. Спустя несколько лет выяснилось, что вино неожиданно улучшилось: от неприятного вкуса и запаха не осталось и следа, напиток приобрел необыкновенно приятный сладкий вкус и чудесный букет. Чтобы повторить "фокус", вино из Мадейры стали специально отправлять в путешествие по тропическим странам - в Индию, на остров Яву. Чем дольше длилось путешествие, тем дороже было вино.
Лишь спустя какое-то время сообразили, что путешествие по жаре можно заменить нагреванием бочек на суше. Делают это в специальных отапливаемых помещениях, температура в которых достигает 70°С. При этом в крышках бочек имеются отверстия для выхода горячего воздуха. Вино высшего качества требует нескольких лет нагрева! После этого вино выдерживают в холодных подвалах, и только после этого мадера приобретает свойственный ей вкус. Как выяснили химики, длительное нагревание в дубовых бочках (это условие обязательно) приводит к окислению выделяющихся из тары дубильных веществ, а также спирта, сахара и красящих веществ. При этом образуется сложнейшая смесь альдегидов, ацеталей, эфиров, кислот, аминокислот и других продуктов, которые все вместе и определяют столь высоко ценимые качества этого вина. Воспроизвести в лабораторных условиях эту смесь практически нереально.
Вот и сейчас. Реакция, запустившаяся еще в самолете, продолжалась на секретной базе, когда мышь смели в кучу мусора, где добавился последний ингредиент – микроскопическая доза кокаина (лаборанты тайком понюхивали для бодрости в периоды авралов). К 7.15 утра вещество окончательно синтезировалось и активно стало впитываться через шкурку мыши. Собственно, та на поле не совсем умерла. Какая-то никем никогда не изучаемая мышиная болезнь вызвала паралич конечностей и замедлила дыхание в десяток раз. Эффект, схожий с действием тетрадотоксина рыбы фугу. В обычных условиях эту мышь на поле очень быстро бы съел или кот (тот же Тимофей), или ворона. Иллюзорная смерть стала бы реальной. Но только не в этот раз. Сейчас вещество молниеносно ликвидировало паралич, но ускорившийся обмен веществ стремительно сжигал все калории, имевшиеся в запасе у организма маленькой мыши. Если срочно не восполнить убыль, лечение начнет брать энергию из самих органов мыши, поедая саму себя.
Мышь поднялась на еще неуверенно стоящих лапках и закрутила носом-пипкой, разыскивая, чего бы съесть. В трех метрах от нее в компьютерном кресле сидел здоровый толстый негр (сторонники толерантности поправят меня: бодипозитивный афроамериканец, хотя от этого негром быть он не перестал) – дежурный лаборант, до конца смены которого оставалось 15 минут…
Мыши чрезвычайно понравилось то, что дремлющий негр держал в опущенной к полу руке здоровенный бутерброд, не дурацкий гамбургер, а нормальный бутерброд из толстых ломтей хлеба, куска сыра, листочка салата и нескольких ломтиков ветчины. Откусив от него всего раз, Барак задремал. Если бы мышь была электронным устройством, у нее сейчас на дисплее бы отражалось:
- Потребность в энергии 78%, 78,78,78….
Как у биологического существа, вместо этого у мыши отключился инстинкт самосохранения, требующий держаться от людей подальше. Она быстро подбежала, подпрыгнула и, вцепившись в край бутерброда, быстро стала его растворять в себе. Наверное, сейчас на дисплее бы стали меняться цифры: 77,76,75,74…. 34,33,32…
Этому помешал хозяин бутерброда. Сквозь дремоту он услышал какие-то хлюпающие звуки под рукой. Машинально подняв руку с бутербродом, Барак заорал от ужаса. На самом клочке бутерброда (а он был первоначально очень-очень большим) висела мышь, которая раздувалась прямо на глазах. Она не кусала бутерброд, она буквально всасывала его в себя, и чем меньше он становился, тем толще выглядела она.
Вчера Барак ходил в кино со своей подругой Трикси. Это был ужастик о русских мышах-монстрах. Собственно, на фильм Бараку было плевать. Его в нем интересовали только сиськи Трикси четвертого размера, которые он большую часть фильма лапал безо всякого с ее стороны протеста. В те редкие секунды, когда он отвлекался от увлекательного занятия, он на экране видел, как бравые американские спецназовцы стреляют из винтовок, пулеметов и даже гранатометов в адских мышей-мутантов, но те добегают до них и молниеносно их пожирают.
Вот и сейчас в его сознании сложился ряд образов: мышь, доевшая бутерброд – мышь, начавшая есть его руку – мышь, добравшаяся до локтя – мышь, съевшая руку по самое плечо. Последний образ подействовал как хороший пинок под зад. Отшвырнув в сторону огрызок бутерброда вместе с мышью, Барак вскочил и с невнятным криком ринулся к пульту.
Мышь доела бутерброд (на условном дисплее – «потребность в энергии - 2%, потребность в воде – 14%»), подбежала к мелкой лужице на полу и быстро восполнила водяной баланс для полной регенерации.
Тем временем Барак добежал до пульта и с маху нажал на тревожную кнопку. Завыла сирена, на двери опустился бронированный щит. Только тут Барак понял, что только что он сам закрыл себя в одном помещении с мышью-каннибалом. Такая нелогичность в его действиях неудивительна. IQ Барака составлял 64 балла (напоминаем, что низкий уровень – ниже 70, средний IQ в мире находится в диапазоне 95-101, только 2% населения Земли имеют IQ выше 132), в начале 60-х годов по этой причине его даже не призвали бы в армию (их начнут призывать лишь в разгар Вьетнамской войны, и по фамилии министра обороны они получат прозвище «дебилы Макнамары»). Если бы не расовые и гендерные квоты, его никто бы не взял в секретную лабораторию даже пробирки мыть. Однако не выполнить квоту означало потерю федеральных грантов с такими суммами, что руководство компании приняло бы и с 46 баллами (это самый низкий зафиксированный результат), если бы это была одноногая многодетная негритянка – лесбиянка (удалось закрыть бы сразу 4 пункта квот).