Червь

Нет, это был совершенно особый вид скуки, поскольку мне было сказано по возможности совсем не двигаться из-за полупроцентной вероятности, что объекты наблюдения в здании на другой стороне улицы выглянут в окно и в одном из тысячи случаев смогут разглядеть на фоне снега мой серо-белый костюм.

Такая скука, при которой мне даже не разрешалось слушать музыку или читать.

— Шелкопряд, — раздался голос в наушнике.

— Поговори со мной. Пожалуйста.

— Шеф полиции и мэр общаются с Фестиваль и директором, — уступила Грация. — Подумала, что ты захочешь быть в курсе последних новостей.

— Да ты хоть последние новости гольфа мне читай, я всё равно буду тебя обожать.

— Гипербола. Не похоже на тебя.

— Посиди тут с моё, — пробормотала я и поменяла положение тела, закинув ноги на свою «коробку для насекомых». Несмотря на термоизоляцию, часть тепла все равно улетучивалась из коробки, поэтому для поддержания постоянной температуры в корпус был встроен нагреватель, который время от времени включался. На мне самой было надето термобельё СКП, поверх которого я натянула костюм Шелкопряда с двойным слоем шёлка. Всё это я дополнила капюшоном, шалью и чем-то вроде юбки. Пальцы рук и ног замерзали, но не сразу, и нагреватель более или менее решал эту проблему.

— Ну ладно, это твоя пятиминутная проверка. Ещё одна.

На фоне были слышны звуки телешоу или чего-то похожего.

— Спасибо, Грация. Ситуация без изменений. У объекта наблюдения намечается поздний ужин. На него работают семь человек. В их болтовне не промелькнуло ничего стоящего. Среди них есть кейпы в штатском, но они не используют имена.

— Ты уверена, что они кейпы?

— Как только они вошли, он сразу предупредил их, что вмешается в ту же секунду, как они используют свои силы, так что… да, уверена.

— Поняла. Свяжусь с тобой ещё через пять минут.

— Эти пятиминутные проверки делают пребывание здесь невыносимым, — проворчала я. — Кажется, если бы не они, то я могла бы позволить себе забыть о времени, но нет. Я получаю постоянные напоминания о том, как долго здесь нахожусь.

— Да это же была твоя идея.

— Дурацкая идея, — заметила я.

— К тому же именно ты хотела заняться этой слежкой, — напомнила она.

— Я думала, что при этом смогу почитать.

Почитать, и наконец-то немного побыть наедине с собой. Когда мы пришли с этим планом к директору, я сразу поняла, что ему просто неймётся осадить меня. Очевидно, приказ сверху. Способ угодить верхушке.

Тем не менее, я объяснила, что мои насекомые позволят мне отслеживать все передвижения подозреваемых. Шеф дал добро, но с некоторыми условиями: слежка по всем правилам, с периодическими проверками, с гарантией, что любые перерывы должны укладываться между этими проверками, а также со строгим запретом на любые развлечения и привлечение к себе внимания. Затем он с улыбкой добавил, что по правилам СКП участие членов Стражей в выполнении таких миссий может быть только добровольным. А значит, я могу уйти, если захочу и даже должна, если замёрзну.

Он хотел, чтобы я сдалась. Хотел, чтобы я облажалась, чтобы потом он смог использовать этот прецедент против меня.

Прошло шесть часов. Три раза я отходила в уборную, укладываясь в четыре-пять минут, три раза меняла позицию, когда наш объект уходил на обед и когда возвращался, чтобы проверить, как идут дела. Вантон и Сплав пришли составить мне компанию, однако директор быстро нашёл им другие занятия.

Потом в смену вышла Фестиваль, и у меня наконец-то появилась союзница, которая не только хотела, но и могла что-то для меня сделать. Из-за травмы головы она работала по сокращённому графику, перекладывая большинство задач на Миксера, но она всё равно считалась главной. Она просмотрела журнал, в котором записывали результаты проверок, вызвала меня, чтобы подтвердить наблюдение о перемещении через квартиру наркотиков и оружия, и связалась с директором.

Это было два часа назад. В разгар её битвы с директором она связалась с начальником полиции и мэром. Она, видимо, пыталась убедить их одобрить наш план.

Или, возможно, решение уже принято, и они уже производят последние приготовления и телефонные звонки, чтобы привести его в действие.

Но пока всё самое интересное происходило где-то там, я сидела здесь, мёрзла и сожалела, что не оставила ничего на потом из давно уже съеденного обеда, упакованного в пластиковый контейнер с изображением Александрии.

Контейнер должен был стать напоминанием. Я взяла его с собой под воздействием минутного импульса, поскольку мне показалось, что он хорошо дополнит мою маскировку, ну и в этом будет некоторая ирония. Мне как-то не пришло в голову, что в течение всего дня, пока мои насекомые будут отслеживать объект, занимающийся своими делами, контейнер будет у меня перед глазами. В результате всё это время я вспоминала прошедшие события и размышляла над тем, как бюрократы, действуя намеренно, либо просто по своей природе разрушают мои замыслы.

Несколько опасных минут я всерьёз раздумывала, не вернуться ли мне к Неформалам, если это задание провалится. В какой-то момент я запретила себе думать в этом направлении, поскольку понимала, что это ловушка, которая приведёт в итоге к тому, что я дам слабину, опущу руки и перестану бороться. Что только сыграет на руку директору.

Нет, всё же я не вернусь. Мне их не хватало, и чуть ли не каждый час я вспоминала о них, но мне было запрещено общаться с ними. Хотела бы я знать, как смерть Регента изменила Чертёнка, хватает ли Мраку поддержки, и как Рейчел переносит холода по ту сторону портала Броктон-Бей. Продолжает ли Сплетница перегружать свою силу? Как Сьерра чувствует себя в роли корпоративного магната и представителя организации злодеев?

Чёрт, как там вообще дела на набережной?

На эти вопросы я не могла получить ответа, не привлекая внимание людей, которые в ожидании малейшего повода действовать следили за каждым моим шагом. Я хитрила: рой писал за меня письма и доставлял их в почтовые ящики в паре сотен метров от меня. В ответ я получала «письма поклонников» с зашифрованными посланиями от Сплетницы. Но в них по-прежнему не хватало тех маленьких деталей, которые так меня интересовали.

— Пятиминутная проверка, — раздался в наушнике голос Грации, прервав ход моих мыслей.

— Ситуация без изменений, — ответила я.

— Зато здесь есть новости. Фестиваль сейчас рядом со мной. Она введёт тебя в курс дела.

После этих слов я слегка оживилась.

— Шелкопряд. Это Фестиваль. Я поговорила об этом со всеми, кто что-то решает, и невероятным количеством людей, которые почти ничего не решают, и они все дают добро. Вскоре будут мобилизованы Тектон и остальные Стражи, за исключением Грации и Вантона.

— Мы готовы начинать?

— Скоро. Фургоны СКП уже в пути, они доставят твоих товарищей по команде и далее будут в твоём распоряжении. Каланча, Жаровня, Миксер и Гаусс будут неподалёку, но не станут вмешиваться, если только всё не пойдёт наперекосяк. Это твоё показательное выступление. Твоё и Стражей. Многие надеются, что у вас, ребята, всё получится. Но есть и такие, кто ждёт, что вы облажаетесь.

Например, директора СКП.

— Поняла. Сделайте мне одолжение и держите меня в курсе относительно статуса и местонахождения всех остальных, до момента, пока они не окажутся на расстоянии трёх с половиной сотен метров от меня. Координация имеет сегодня решающее значение.

— Этим займётся Грация.

Не сказать, чтобы мне так уж была нужна информация, но она не даст мне сойти с ума. Я подозревала, что предстоящие минуты ожидания будут такими же ужасными, как и первые три часа.