Червь

Аналитики предсказывали, что три дня назад должны были атаковать Симург или Левиафан. Последний раз Бегемот появился раньше ожидаемого, но причины, какими бы они ни были, заставившие его это сделать, не играли сейчас роли.

Казалось логичным, что они изменят график нападений. После первого появления Симург, между нападениями проходило примерно три с половиной месяца.

События ближайших дней и недель позволят многое предсказать. Собираются ли Губители менять свою тактику? Продолжат ли появляться так же часто, и если да, то не вернётся ли через семь или десять месяцев Бегемот?

Или произойдёт что-то совершенно иное?

Я посмотрела на второй таймер. Обратный отсчёт.

593:19:25:23

— Это не шутка? — спросила я, как только открылись двери лифта. С другой стороны ждала Окова.

— Она здесь, — сказала Окова. — Не прямо здесь, но она появилась.

Я была уже в костюме, с реактивным ранцем и утеплённой коробкой для насекомых. В руке я держала телефон. Я замёрзла до чёртиков, а из-за разницы температур снаружи и внутри линзы маски запотели.

Не было нужды спрашивать о ком речь. Я сразу всё поняла. Эти вопросы задавали сейчас все. Который из них, и где именно?

По пути к общей комнате я стянула с себя маску, и протянула руку за очками. Их уже нашли и принесли насекомые. На всех экранах были одни и те же кадры.

Силуэт Симург, едва видимый в гуще облаков.

— Какой город? — спросила я.

— Не город, — ответил Тектон.

Действительно, угол обзора изменился, и стала видна вода. Берег моря?

Нет. Слишком много воды.

Океан.

Она напала на океан?

Всё встало на свои места, когда я увидела подпись под одним из новостных репортажей: «Нападение на BA178».

Из всех уязвимых мест этого мира Симург выбрала пассажирский самолёт.

— И как мы… — я начала вопрос.

— Никак, — отрезал Тектон. — Твёрдой поверхности нет, а никто из нас не летает.

— Я летаю, — сказала я, заранее зная ответ.

— Транспорт и устройства технарей не прокатят. Это Симург, в лучшем случае она их просто выключит, — сказал Тектон.

— Сверху уже всё решили. Только кейпы с естественной способностью к полёту, — добавил Вантон.

— И мы всё равно уже опоздали, — добавила Грация. — Не могу представить, что это будет долгая, затяжная схватка. Всё началось практически без предупреждения. Такое чувство, что Симург просто решила рухнуть со своей орбиты и атаковать ближайшую доступную цель.

Я вспомнила, как Армстронг настаивал на том, что мы должны использовать нашу победу, чтобы собрать как можно больше кейпов и попытаться снова, вместо того, чтобы появляться малыми группами, истощая свои силы, ещё раз убедительно победить.

Всё это ожидание, всё беспокойство, таймер на рабочем столе, показывавший всё бóльшие отрицательные числа… а мы даже не могли вступить в бой. Я не понимала, что мне следует по этому поводу чувствовать.

Я смотрела, как Легенда, Александрия и Эйдолон вступили в бой с Симург. Она избегала самых жестоких атак, используя в основном единственное доступное укрытие — самолёт.

Несмотря на то, что на разных экранах шли разные каналы, половина из них показывала одну и ту же трансляцию происходящего. Оставшиеся показывали информацию, относящуюся к самолёту: маршрут полёта, сведения о пассажирах.

Если среди этой информации и было что-то важное, то знала об этом только Симург.

Мы наблюдали за развитием событий, практически не разговаривая. В какой-то момент ход схватки изменился: герои начали атаковать самолёт, а Симург — защищать его.

В течение одиннадцати минут у неё это получалось. Она использовала телекинез, чтобы смещать самолёт, и собственное тело и крылья, чтобы блокировать направленные в него атаки.

Корпус самолёта загорелся, когда Эйдолон использовал на Губителе какую-то силу, скручивающую пространство, порождающую молнии, огонь и лёд, а заодно искривляющую свет. Симург тут же отбросила самолёт в сторону. Летательный аппарат пылал, вращался и падал, пока не долетел до воды и не рассыпался на множество горящих частей.

После этого Симург набрала высоту и исчезла в облаках. Несколько кейпов попытались её преследовать, но Сына среди них не было.

— Сколько длилась схватка? — спросила я.

— Недостаточно, чтобы прилетел Сын, — Вантон ограничился этой фразой.

— Минут сорок? — спросил Тектон. — Около сорока минут.

Больше половины этого времени я торопилась вернуться в штаб-квартиру, надеясь, что команда не улетит без меня. А теперь вот это. Издевательство.

— Нам остаётся только ждать, — сказала Грация. — И если нам повезёт, мы узнаем, что именно она сейчас сделала.

И всё.

Это было не облегчение, а почти разочарование. Я не могла сказать, что она обошлась с нами мягко, потому что речь шла о Симург. Это вполне могла быть самая разрушительная атака из всех случившихся. Сейчас мы не могли этого узнать.

Жертв практически не было, не считая людей в самолёте. В новостях не было ни слова про гибель героев, но даже по видео было понятно, что серьёзных потерь не было. В схватке принимали участие едва ли сорок кейпов, и я не видела ни одной смерти.

И всё же я чувствовала себя до нелепого расстроенной, как бы абсурдно это ни звучало.

Я развернулась и ушла. Позволила ремешку коробки для насекомых соскользнуть с плеча на сгиб локтя, потом в ладонь, и передала его в руки моего реактивного ранца. Теперь мне не нужно было останавливаться или нагибаться, чтобы поставить коробку у основания лестницы. Впрочем, я не стала подниматься в комнату или мастерскую, вместо этого я спустилась по лестнице вниз.

Я была рада видеть, что миссис Ямада ещё не уехала. Она уже собрала вещи, но сейчас сидела в своём кабинете и читала маленькую книгу. Телевизор в углу с выключенным звуком показывал, что происходило в мире в связи с атакой Симург.

— Тейлор.

— У вас найдётся минутка?

— Да, конечно.

Она подошла к двери и закрыла её. Я даже не заметила, что оставила её открытой.

— Произошедшее было, пожалуй, лучшим, на что мы могли рассчитывать, — сказала я. — Но я чувствую себя хуже, чем после Нью-Дели.

— Ты готовилась к атаке, и уже долго её ожидала. В глубине души ты готовилась к новым потерям, ожесточала себя. Эта подготовка отнимает много сил, а теперь у тебя отобрали шанс хоть что-нибудь сделать.

Мой телефон зажужжал, и я посмотрела на экран. Папа. Я отправила сообщение, чтобы он знал, что я в порядке.

— Простите, — сказала я, убирая телефон. — Папа беспокоится.

— Не нужно извиняться. То, что ты устанавливаешь контакт с папой, а он с тобой — это хорошо.

— Дурной тон, — сказала я. — Ну да ладно. Мы говорили о том, что я чувствую себя… обезоруженной?

— Обезоруженной. Хорошее слово.

— Я, вроде как, наслаждалась передышкой, тем, что Протекторат занимался самыми мерзкими ублюдками в округе: Народом, Королевской семьёй и Осуждёнными. Но я говорила себе, что схватки с Губителями важнее всего этого. Что когда они начнутся, я очнусь, приму участие, буду сражаться.

— Разве не лучше, когда тебе не приходится этого делать?

— Нет, — ответила я, вперившись взглядом в свои перчатки. — Нет. Вовсе нет.

— Ты многое пережила и, как мы уже обсуждали, начала в Чикаго новую жизнь. Быть может, ты видишь себя бойцом.

— Возможно, — сказала я. — Но так это или нет, это не меняет того, что я чувствую.

— Мне кажется, люди по всему миру сейчас чувствуют то же, что и ты. Вполне возможно, она всё просчитала, чтобы добиться именно этого эффекта.

Я кивнула.

— Как ты представляла себе идеальное развитие событий, Тейлор? Если бы всё происходило так, как ты, глубоко внутри, надеялась. Что бы тогда произошло?