Червь

Тем не менее, если держаться прямо над ним, можно лететь на высоте восьмого или девятого этажа над землёй. Я не была абсолютно неуязвима, но всё-таки так было безопаснее.

— …слышишь меня? — произнёс Вантон.

Насекомые вывели слово «да».

— Жутковато, — сказал он. — Мне нужно …вление.

На счёт последнего слова мне пришло в голову два варианта, но я решила, что это «направление», и нарисовала стрелку в сторону Лорд-стрит. Мне нужно было собрать как можно больше хороших насекомых, но их число ограничивала подъёмная сила Атланта, вряд ли остальным понравится, если я отправлю ос и пауков в кузов фургона.

Тогда я выпустила нити паутины, и с их помощью подцепила медленно летящих насекомых к своей спине. Взяла на прицеп. Насекомые висели на нитях как бусинки. Остальные нашли укрытие в отсеке для инструментов, в складках и сгибах костюма.

Я держалась поближе к земле. Нельзя слишком удаляться от Козла Отпущения, я не была уверена, что у Атланта достаточно энергии, а проверить его выносливость можно было только полётом.

В набегающем потоке воздуха волосы и части костюма развевались, и стало заметно, насколько они склеены между собой засохшими жидкостями Ноэль. Я приказала насекомым ползти, пожирать и очищать загрязнения. Те, что следовали за мной на нитях, и самые быстрые летающие, оставались целыми, это самое главное.

Эти небольшие задачи позволяли мне оставаться бдительной, а может даже сосредоточенной. Однако, неожиданно для себя, я позволила фургону пропустить поворот. Если хороший выброс адреналина не приведёт меня в чувство, то в предстоящем бою я могу оказаться в невыгодном положении.

Всплеск адреналина не заставил себя ждать. Мы достигли места, где оставили остальных и обнаружили, что сейчас здесь никого нет. Не было ни Скитальцев, ни Сплетницы, ни Регента, ни Скребка и никого из героев.

Я спустилась на землю, двери фургона открылись. Сука остановилась рядом со мной, Бентли вырос до своей полной величины, остальные собаки достигали метра в холке.

— Траншея, у тебя есть браслет. Герои что-нибудь передавали? — спросила я.

— Нет.

— Ты не могла бы сделать мне одолжение и проверить, может ли кто-то подсказать, где находится Сплетница и остальные. Пока лучше вернуться к периметру.

— Ты отдаешь приказы? — спросил Вантон.

— Считай, что это предложение, — ответила я. Кажется, Траншея была довольна своим временным повышением, это было её давнее желание — стать командиром. Я решила дать ей возможность выслушивать предложения и принимать решения. — Пусть решает Траншея.

Она взглянула на меня.

— Это разумно. Я воспользуюсь браслетом, пока Вантон ведёт машину.

Траншея не успела получить ответ. Мы объехали разрушенное здание и на границе периметра обнаружили Сплетницу в компании нескольких главных героев. Среди них не было ни Легенды, ни Александрии, ни Эйдолона. Но это не удивительно, у них явно были секреты, которые они хотели сохранить.

Когда я приблизилась, многие кейпы повернулись ко мне. Хорошо, что хотя бы не начали стрелять. Было бы некстати оказаться подстреленной в воздухе одним из нервных героев с пальцем на спусковом крючке.

Прежде чем преодолеть толпу героев, мне пришлось подождать, пока остановится фургон. Рейчел просто прошла насквозь, не спрашивая разрешения.

Игнорируя правила вежливости, мы не заработали очков в глазах хороших парней, однако Сплетница и Регент исчезли с точки сбора и сейчас оказались посреди группы из двадцати семи героев. Им, конечно, не угрожали оружием, но нависшая угроза ощущалась.

Я подождала, пока Козёл Отпущения выйдет из фургона и доковыляет до толпы, затем повела Атланта на посадку. Я встала в полный рост, чтобы именно такой меня увидели, когда насекомые откроют меня.

— Что происходит? — спросила я. Насекомые сканировали толпу, не показываясь на глаза, по возможности не касаясь лиц и открытых участков кожи, однако я получила способ отслеживать всех стоящих рядом.

Мне ответил Тектон:

— Сплетница не хотела отказаться от своей идеи, я предложил рассказать руководству, и она согласилась.

— Это слишком опасно, — сказал Мирддин, который стоял рядом с Мисс Ополчение и Шевалье.

— Это наш лучший вариант, — ответила Сплетница.

— Это план, который ставит всех вовлечённых под огромный риск, и он потребует от нас времени, которым мы не располагаем.

— У нас есть немного времени, — возразила Сплетница. — Я не вижу никакого движения, а вы?

— Мы не можем даже гарантировать, что это сработает, — ответил Мирддин.

— Вы так говорите, поскольку считаете себя опытным манипулятором измерений или потому что боитесь, что это приведёт к большой утечке информации о Котле?

Возможно, мне это показалось, но я готова была поклясться, что насекомые засекли одновременную задержку дыхания у многих людей. Не все присутствующие, даже не каждый пятый… но некоторые отреагировали.

Насколько далеко всё зашло?

— О чём ты говоришь? — спросил Мирддин.

— Нет? Я ничего в вас не вижу. Судя по всему, вы чисты, — ответила Сплетница.

— Сплетница, — вмешалась Мисс Ополчение. — Сейчас не время для игр и наигранных обвинений, сделанных ради получения информации.

— Я согласна, — поддержала я её. — Давай придерживаться темы.

— Это не игра, — сказала Сплетница, взглянув на меня без улыбки. — И я не знаю, как можно обсуждать тему, если мы не замечаем в комнате слона.

— Попробуй, — сказала я.

— Что происходит? — спросил Шевалье. Из всех присутствующих он обладал наиболее внушительным видом. Он был облачён в сверкающие доспехи золотого и серебряного цвета, но внушительный вид ему придавали не доспехи, а массивный, богато украшенный орудийный ствол, снабжённый лезвием метра в три длиной и в метр шириной, лежащий на его плече так, будто он был лёгким, как пёрышко.

— Будь уверен, Шевалье, это разговор следует отложить на другой день, — сказала Мисс Ополчение. — Я определённо хочу его завершить, но только не тогда, когда это угрожает отвлечь нас.

— Если ты так считаешь, — сказал Мирддин.

— Уж поверь мне, пожалуйста, — ответила Мисс Ополчение.

— Котёл управляется либо прикрывается Три…

Мисс Ополчение ударила Сплетницу, прервав её до того, как та сумела закончить фразу. Только когда Мисс Ополчение стала на одно колено, и наступила другим на горло Сплетницы, я заметила в её руке оружие. Она схватила Сплетницу за щёку, заставила открыть челюсти и просунула пистолет в рот.

Я ощутила, как Рейчел шагнула вперёд, увидела, как Регент собирается поднять руку в направлении Мисс Ополчение. Я подняла обе руки: одну, чтобы остановить Рейчел, другую, чтобы схватить Регента за запястье.

— Не глупи, Сплетница, — сказала Мисс Ополчение. — Зачем тебе рисковать ради этого всем?

Сплетница посмотрела на меня, через ствол пистолета пробормотала что-то неразборчивое. На месте удара на скуле выступила капля крови.

Мисс Ополчение посмотрела на меня. Во второй руке появился точно такой же пистолет, как зажатый между зубами Сплетницы, однако она не направила его на меня:

— Какие-то проблемы, Рой?

— Нет, если только вы не спустите курок, — сказала я. — Мы не собираемся начинать бой с таким количеством людей. Это было бы самоубийством.

Произнося последние слова, я посмотрела Сплетнице в глаза.

— Она что, клон? — спросил Мирддин.

— Я почти хотела бы этого, — ответила я. — Нет. Она настоящая.

— Не объяснишь нам, почему она так поступает? — спросила Мисс Ополчение.

— Я не знаю, — ответила я. — Точнее знаю, но не наверняка.

Мы были вымотаны, но причина была не в этом, не только в этом. Не могла быть только в этом. Это не объясняло почти самоубийственный характер её действий за последние полчаса. Тут было что-то ещё.