Червь

Я подтащила Атланта к Мраку, и он положил руку на панцирь. Я ощутила изменения в жвалах, голове, груди и брюшке.

Изменения остановились в ту же секунду, как Слава с Эми на руках стрелой взлетела из облака тьмы.

— Ты закончил? — спросила я.

— Точно не знаю, — вздохнул он.

При помощи своей силы я изучила Атланта, пытаясь понять его физиологию. Как и во всём остальном, всё внутри его организма было невидимым, пока я не начала специально разглядывать. Чёрная дыра в базе знаний, которую предоставляла моя сила. Он был создан искусственно, у него не было генетического руководства, которое моя сила могла бы прочесть, проанализировать и выяснить, за что отвечали те или иные части тела.

Когда я достигла областей, которые изменил Мрак, то обнаружила, что они ещё более тёмные и неприкасаемые. Моя сила не слишком хорошо взаимодействовала с развитой нервной системой.

— Мне надо было взять что-то за образец, а у меня нет таких же врожденных познаний, как у Панацеи, — сказал Мрак. — Всё, что у меня есть — это понимание, как действует мой организм. Я не знаю, будет ли это работать, но у него человеческая система пищеварения. Несколько изменённая, чтобы прижиться в его теле. Но, насколько я понял, всё соединено там, где надо.

— Спасибо, — сказала я. — Правда, спасибо.

Сплетница всё ещё смотрела, как Слава и Эми исчезают вдали. Она посмотрела на Атланта:

— Тебе нужно выяснить, чем его кормить, чтобы он получал всё, что нужно, и уделять ему дофига времени. Если ты дашь ему что-нибудь, что он не сможет переварить, это может отравить его на раз, — сказала она, щёлкнув пальцами.

Я кивнула. Всё же это лучше, чем ничего.

Солнышко ещё расчищала путь. Я взобралась на Атланта и поднялась над землёй, немного покачиваясь в воздухе, так как пыталась заставить его парить на месте.

— Вперёд, — сказал Мрак.

— Что?

— Разведка, поиск. Проверь, как продвигается битва. Тебе неймётся.

— Мне не понравилось, как обернулось дело с Панацеей.

Мрак покачал головой.

— Мне тоже, но мы должны сосредоточиться на том, что можем сделать здесь и сейчас.

— Мне неймётся, потому что я раздражена и не могу ничего сделать. Я не могу справиться с огнём, а если отправлюсь с вами, ребята, то тоже буду бесполезна.

— Найди Джека и Ампутацию, чтобы мы могли покончить с ними, — сказал Регент.

Я покачала головой.

— Они исчезли. В буквальном смысле. Не знаю, погибли они или спрятались.

— С этим можно работать, — сказала Сплетница. — Сибирь направлялась к месту встречи, верно? На юго-восток?

— Точно.

— Ты видела, куда направлялись Джек и Ампутация?

Я кивнула.

— На северо-восток от места в нескольких кварталах отсюда, — я указала направление.

— Тогда, кажется, я знаю, куда они идут. Если поразмыслить, это совершенно очевидно. Место, которое они могли заранее изучить, никем не занятое, способное устоять буквально перед чем угодно, где есть еда и вода…

Очевидно? Разве что для Сплетницы. Однако, благодаря подсказкам, я смогла довести её мысль до конца.

— Аварийное убежище на случай нападения Губителей, — закончила я за неё. Жертва 14.07¶

— Здесь неподалёку три убежища, где можно спрятаться, — сказала Сплетница. — Два из них в той стороне, куда направилась Девятка. Первое — под центральной библиотекой. Возле второго Сын сражался с Левиафаном.

— Второе я помню, — ответила я. Мы быстрым шагом обходили разбомбленный район по краю. Слева от нас всё ещё полыхали пожары, так что Солнышко шла впереди и расчищала от огня наш путь. Я шагала рядом со Сплетницей и Мраком, позади летел Атлант. Остальные следовали за нами на собаках.

— Если будем проверять оба убежища, то… — Сплетница прервалась на середине фразы.

— Если бы решала я, то начала бы с библиотеки. Плохие ассоциации со вторым.

— Думала, ты будешь собой гордиться, — сказала Сплетница, посмотрев на меня.

Я помотала головой.

— Мне только рассказывали, и я, наверное, не всё знаю… Но вроде ты тогда пырнула Левиафана какой-то штуковиной Оружейника? Отвлекла его от гражданских, которые прятались в убежище.

— Не знаю, спасла ли я хоть кого-то. У Левиафана были полминуты или даже минута, чтобы показать, на что он способен. А ты сама понимаешь, что за это время он может сделать даже с самыми крутыми кейпами…

Сплетница кивнула.

— Ну я не знаю… Я размышляла над тем, что случилось тогда, и никак не могу отделаться от мерзкого ощущения, будто что-то сделала неправильно… Может быть, старалась недостаточно, потому что в убежище был человек, которого я вроде как ненавижу. Или ненавидела? Не знаю, в каком времени говорить.

— Одна из тех, кто над тобой издевался? — спросила Сплетница.

— Учитель. Когда я ушла из Неформалов, то думала стать героем. Но мне кажется, именно там в убежище наступил поворотный момент. Я впервые тогда сделала что-то достойное настоящего героя. Но я не могу заставить себя этим гордиться. Словно моя вечная мечта не выдержала столкновения с реальностью.

— Мы рады, что ты с нами. И не важно, почему, — сказала Сплетница.

— Спасибо, — ответила я и обратилась к Мраку:

— Ты в порядке?

— Этот вопрос меня уже бесит, — ответил он.

— Не будь букой, — ответила Сплетница. — Рой спрашивает, потому что беспокоится за тебя. Знаешь, пройди через такое любой из нас, ты сам постарался бы заранее убедиться, что он в нужном настрое, прежде чем атаковать Девятку.

Мрак вздохнул, но отвечать не стал.

— Ты ведь скажешь нам, если почувствуешь себя как-то не так? — спросила Сплетница.

— Ага. Если я сам буду осознавать, что чувствую, и это будет именно “как-то не так”.

— Сойдёт.

Мы наблюдали, как плазменный шар Солнышка убирает с дороги пламя. Огонь перед ней качался, словно от ветра, уменьшался и, наконец, исчезал.

— Сейчас земля слегка остынет — и буквально через минуту можно будет пройти, — сказала Солнышко, отключив свою силу и повернувшись к нам.

— Нужно решить, куда мы идём, и продумать дальнейшие действия, — заговорил Мрак.

— Если Джек и Ампутация будут дожидаться остальных, то временно задержатся в убежище, — заметила я. — Для нас же будет лучше, если мы не станем усложнять план. Например, если у убежища два входа, то не стоит брать их в клещи. Огневой мощи, чтобы хорошенько прижать их, достаточно — у нас есть Солнышко, Баллистик и насекомые.

— Пожалуй, соглашусь, — кивнул Мрак. — Если они пойдут к другому выходу, вы обе об этом узнаете.

— Убежища не так далеко друг от друга, — сказала Сплетница, — но я опасаюсь, что пока мы проверяем первое, они успеют покинуть второе. Так и тянет разделиться.

— Стоит ли рисковать тем, что Девятка может застать врасплох одну половину, пока не подоспеет вторая? — спросила я.

— У меня есть вопрос получше, — ответила Сплетница. — Можем ли мы позволить им ускользнуть? Если упустим шанс атаковать, они могут сбежать, спрятаться и разработать новую стратегию.

— И мы у них в самом начале чёрного списка, так что станем приоритетной целью, — добавила я.

Мне показалось, или тьма вокруг Мрака немного уплотнилась?

— Извини, — сказала я ему.

— Хм? — Он повернулся ко мне.

— Неважно.

Нет смысла давить на больную для него тему опасности, которую представляет собой Девятка.

— Выступаем! — крикнула Сплетница.

Солнышко развернулась и подбежала к собакам. Регент спрыгнул с седла и схватился за запястья Птицы-Хрусталь, чтобы та смогла поднять его в воздух. Я забралась на Атланта.

— Что если… — начала я. — Хотя нет.