Червь

Заключённая 600, Бакуда, к счастью или нет, оказалась под опекой Зелёной Госпожи. Ей было трудно подобрать место, и Дракон уговорила себя поместить сумасшедшую бомбершу в блок, которым правила самопровозглашённая фея. Как и ожидалось, Бакуда умерла вскоре после того, как попала в заключение. Если бы это не было делом рук Луна, то, вероятно, она всё равно бы погибла из-за собственного безумия. Более печальным было то, что из-за разъярённого Луна умерли непричастные к разборке люди. Заключённые 304, 2 и 445 пали от его рук.

Зелёная Госпожа возродила девушку, но Дракон сомневалась, жизнь ли это. Теперь Бакуда была простой имитацией. Она никогда не покинет Зелёную Госпожу, не говоря уже о Клетке.

Заключённый 599, Лун, ужинал с Заключённым 166, Маркизом. Любопытное сочетание двух почти полных противоположностей. Лун поддерживал маску цивилизованности, прикрывающую его дикую суть, Маркиз же мог иногда быть грубым или жестоким, но по натуре всегда оставался благородным.

Заинтригованная, Дракон проверила данные программы содержания тюрьмы. Они обедали вместе через день. Программа отслеживала и оценивала все контакты между заключенными. Она позволяла отследить драки, сговор узников, романтические отношения и многое другое.

Каждый их совместный приём пищи давал множество интересной информации. Во время их диалогов показатели программы скакали то вверх, то вниз. В воздухе витали враждебность, опасения и угроза немедленной физической расправы, но сколь бы ни был близок конфликт, они ни разу не атаковали друг друга.

Дракон открыла видео и аудио файлы их последнего диалога.

— …считаю, надо просто принять как данность, что стиль управления у нас совершенно разный, — говорил Маркиз. Камера показала, как он прихлёбывает чай.

— Как я понял, — раздражённо ответил Лун, даже не пытаясь скрыть свой сильный акцент, — ты говоришь, что у тебя вообще нет стиля управления. Ты говорил, что действуешь, не имея под собой подручных, чтоб раздавать им приказы. Ты не продаёшь наркоту и не наказываешь своих людей, которых у тебя совсем мало, если они лажают. Я не верю, что ты контролировал такую большую территорию, если работал именно так.

— Я работал именно так. Если слуги предавали меня, я убивал их. Как бы там ни было, они больше никогда снова меня не подводили.

Дракон отметила, что скрытая враждебность усиливается с каждой фразой. Лун был раздражён, и у него был взрывной темперамент. Иногда в буквальном смысле.

Лун поставил чай и скрестил руки на груди.

— Значит, ранее ты сказал неверно, — произнёс он напряжённо. — Значит, ты всё-таки используешь страх для контроля.

— Страх? Я не делаю из убийства своих людей публичное представление.

— Они просто исчезают? — спросил Лун.

Камера показала кивок Маркиза. Он поднял руку и откинул с плеч за спину свои длинные каштановые волосы.

— Если они исчезают — то ты используешь страх. Уцелевшим будет интересна судьба пропавших. Они вообразят себе самое худшее.

Маркиз поднёс чашку к губам, отпил и поставил обратно. Помедлив, он погладил подстриженную бороду и кивнул, уступая.

— Твоя правда. Я никогда над этим особо не задумывался. Это просто был лёгкий способ решения возникающих проблем.

Повисла долгая пауза. Мужчины пили чай.

— Я думаю, ты слишком быстро изменил своё мнение, — громко сказал Лун.

— Правда?

Лун кивнул и, положив руку на стол, принялся барабанить по нему пальцами.

— Думаю, ты специально проиграл этот спор, — он произносил фразу медленно, указывая на Маркиза пальцем. — Ты не настолько глуп.

— Ты, похоже, тоже, — Маркиз отхлебнул ещё чаю.

— Тебе что-то нужно и ты всё ходишь вокруг да около. Скажи, чего ты добиваешься, устраивая эти посиделки.

— Разве не могу я назвать тебя родственной душой? Того, кто сражался против Империи 88 — только в другое время?

Дракон знала, что Маркиз попал сюда из Броктон-Бей, как и Лун. Поэтому она поместила их в один блок. Был небольшой шанс, что с другими соседями Лун снова организует банду, так что пришлось хвататься за соломинку. Но сейчас в деле появились неучтённые факторы.

— Я в это не верю, — тряхнул головой Лун. — Я не собирался травить байки и проводить с тобой время, но ты бы не льстил мне, если бы не хотел что-то получить.

— Но если я и правда чего-то от тебя хочу и озвучу своё желание, то ты можешь придержать информацию и потребовать что-то в обмен на неё, — пригладил бороду Маркиз.

— Если ты предпочитаешь и дальше мне так надоедать, то рискуешь никогда не узнать то, что хочешь, — Лун постучал пальцем по столешнице.

— И правда, — Маркиз поднял чашку двумя руками, но так и не отпил.

— Скажи. И возможно, ты увидишь, что мне нужно не так уж много, — сказал Лун.

— Моя дочь, — ответили Маркиз, его тон был необычным. — Ты слышал о ней?

— Имя?

— Амелия.

— Не знаю никого с таким именем.

— Группа героев, которые меня поймали… Пока я ждал суда, я слышал, что они захватили мою маленькую девочку.

— Ничего не знаю.

— Нет? — Маркиз поставил свой чай. — Какое разочарование.

Лун не ответил. Вместо этого он отпил ещё чаю, затем взял оставшийся круассан, оторвал от него половину и намазал её маслом.

— Бригада Броктон-Бей. Они всё ещё активны?

— Я не слышал о такой группе.

— Моя дочь, ей сейчас должно быть… — нахмурился Маркиз. — Какой сейчас год? Две тысячи одиннадцатый?

— Две тысячи одиннадцатый, — подтвердил Лун.

— Тогда ей семнадцать. Если у неё проснулись силы, то они могут быть как-то связаны с костями, — Маркиз приподнял руку и порезал ногтем указательный палец. Из раны появилась тонкая, как игла, заострённая кость. Когда костяное острие вернулось обратно в палец, рана затянулась.

— Хм-м-м, — сказал Лун. — Целитель. Юная героиня Новой Волны. С каштановыми волосами, как у тебя. Когда меня держали в камере предварительного заключениия, моя плоть чернела и отмирала. Она пришла и исцелила худшие раны. Я так понял, она не патрулирует, как остальные.

Маркиз откинулся назад и вздохнул.

— Пресвятые боги. Целитель.

— Это обычные сантименты? — не сразу ответил Лун. — Папочка волнуется о своей дочери?

— Не совсем, — Маркиз покачал головой. — У меня есть некоторые причины для беспокойства. В одном из боёв с Империей 88 я убил одну весьма раздражающую молодую женщину. Железный Дождь, если мне не изменяет память? Неважно. Как выяснилось позже, она была дочерью Всеотца. Тот созвал всеобщую встречу, на которой объявил, что подождёт, пока моя дочь вырастет и, когда она станет того же возраста, что и Дождь, а я привяжусь к ней всем сердцем, он убьёт её. Чтобы я понял его чувства.

— Понимаю, — тихо пророкотал Лун. — Всеотец больше не правит Империей. Он погиб, и трон унаследовал его заместитель, Кайзер.

— Это немного меня успокаивает. Но я всё равно волнуюсь — он мог заранее сделать соответствующие распоряжения.

— Возможно.

— Похоже, теперь придётся ждать, пока сюда попадёт ещё один злодей из Броктон-Бей, чтобы узнать последние новости, да?

Лун ответил что-то неразборчивое.

— Расскажи о моей дочери? Как она выглядит?

Лицо Луна медленно расплылось в улыбке, но глаза оставались холодными.

— Это больше меня не интересует. Но если у тебя есть что предложить, мы можем поторговаться.

Дракон прекратила концентрировать внимание на видео и обратилась к архиву. Согласно записям, Маркиз действительно убил Железного Дождя. Правдивость остальной информации доказать было невозможно.

Скомпоновав сообщение с общей стенограммой беседы, она отправила его матери Эми Даллон. Будет лучше, если девочка будет предупреждена о любой возможной опасности.