Червь

Как только все они разместились на платформе, на панели над ними высветилась их эмблема. Трёхпалая рука.

— Все в сборе, — сказала Доктор Мама. Вежливая, приятная и невозмутимая даже во время глобальной катастрофы.

Сталевар не был склонен проявлять подобную вежливость, и его трудно было назвать невозмутимым. Он заговорил с резкостью, которая скрыла его слабый бостонский акцент:

— Я пытаюсь понять, почему я не должен приказать моим Эксцентрикам убить вас троих прямо на месте.

Доктор не ответила. Она спокойно встретила его яростный взгляд.

Тонкие щупальца, обвивавшие Сталевара, напряглись так, что врезались в металл. Несколько человек беспокойно переступили с ноги на ногу.

— Я знаю, на что способна ваша Контесса, — продолжил Сталевар. — Про Счетовода я тоже знаю. Дьявол, да мы знаем даже про девочку-призрака, которая всё время с вами!

— Мы зовём её Хранительницей.

— Она ведь тоже из ваших «ошибок»?

— Да, — подтвердила Доктор.

— И вы промыли ей мозги, чтобы она служила вам?

— Нет. Если что, мозга у неё вообще нет. Так ли это сейчас важно, Сталевар?

Сталевар не выказал даже секундного замешательства.

— Я думаю, важно. Похоже, что все события связаны с вами. С Котлом.

— Ты обвиняешь в случившемся нас?

— Вы — самые вероятные виновники, — ответил Сталевар.

— Нет, — ответила Доктор. — Недостаток информации — вот наша главная проблема. У нас есть четыре различных источника, которые могут рассказать одну и ту же историю. Один из них в Клетке, где он и останется, если только мы не решим, что пора его освободить…

— Кроме вас есть ещё Ампутация, словам которой вряд ли можно доверять, и, я полагаю, четвёртая — Сплетница, — ответил Сталевар, посмотрел на Доктора и слабо кивнул. — Удобно. Для тех, кто не в курсе, Неформалы начали свою карьеру с работы на Выверта, который был связан с Котлом не более чем через одного посредника.

— За домашнюю работу — пятёрка, — заметила Сплетница. — Но нет. Никаких связей с Котлом, кроме редких тайных собраний, где мы играем в камень-ножницы-бумагу, пытаясь выяснить, кто будет играть главную роль в очередном сражении с Губителем.

Сталевар чуть покачал головой, затем снова повернулся к Доктору.

Я не услышала вопрос, но скорее потому, что не слушала.

— Ты знала? — спросила я её.

— Нет. Я всё выяснила как раз перед тем, как всё случилось, — пробормотала Сплетница, не спуская глаз с Доктора Мамы.

— Но они что? Знали?

— Ага. Маркиз тоже, но они сумели его заткнуть.

Я сжала кулаки.

Нет. С этим чувством мне не справиться.

Можно было уйти, выбраться из комнаты.

Вот только нахрена? Чтобы пощадить чувства этих людей?

— Вы знали! — сказала я, перебивая возмущённый монолог Сталевара о чудовищных паралюдях Котла. Я говорила громко — пусть все слышат. Мне уже наплевать. — Вы знали, что Сын это устроит?!

Доктор Мама повернулась ко мне.

— Да.

— И ничего не сделали. Стояли в стороне и позволили этому произойти, — продолжила я, чувствуя, что все взгляды устремились в мою сторону.

— Этому лучше было случиться именно сейчас. Из того, что мы знаем, — и мне не терпится сравнить наши заключения с другими участвующими сторонами, — этот исход был неизбежен. Сейчас или позже, Сын должен был пойти вразнос. Если бы мы подождали ещё десять лет, то потеряли бы тех бойцов и те силы, что есть сейчас.

— Вы знали, — повторила я, в упор глядя на неё. — Мы могли это отложить. Справиться с остальными кризисами, найти ответ, способ остановить его или…

Я запнулась, когда не смогла закончить мысль. Остановить его. Этого достаточно.

— Мы пытались, — пояснила Доктор. — Мы предоставили всю возможную помощь, которая не подрывала наши позиции на следующем этапе.

— Все статистические данные указывали на снижение численности населения в последующие несколько лет, — заговорил Счетовод. — Мы и так уже достигли критической точки. Вы испытали это на себе, Неформалы. Достаточное количество кейпов в одном месте, и всё становится готовым взорваться бочонком с порохом. Броктон-Бей не слишком преуспевал, как и другие скопления вроде Нью-Йорка и Нью-Дели.

Называя города, он указал в сторону Шевалье и Танда соответственно.

— Вы и сами стали частью цепной реакции, — продолжал он, — которая началась после попытки АПП захватить власть.

Я не шевельнулась.

— Причина и следствие. Лидер местной банды по имени Лун был арестован Оружейником, лидером местной команды СКП, — прежде чем продолжить, он сделал многозначительную, преднамеренную паузу. — Подчинённый Луна впадает в ярость, эскалируя конфликт и подталкивая другого местного кейпа к осуществлению его планов по захвату города. Этот кейп уже контролирует весьма одарённую Дину Элкотт, кроме того, он нанимает Неформалов и Скитальцев, тем самым устранив с доски противоборствующие фигуры и разместив их на своей стороне. Вышеупомянутая группа героев исполняет ключевую роль в посеве семян будущего фиаско, инцидента с Ехидной. Конфликт и наличие дремлющей Ехидны ведут к нападению Левиафана, которое в свою очередь вызывает визит Девятки. Я мог бы продолжить, упомянув действия Неформалов, направленных на захват города и свержение Выверта, но вы и так знаете эту историю.

— Ты утверждаешь, что все эти события обусловлены одним арестом? — спросила женщина из Мастей.

— Нет, — тон Счетовода содержал лишь лёгкий намёк на снисхождение. — Я сказал, что паралюди в целом — бомбы замедленного действия, а мы и так уже подошли к критической точке. Каждый год доля паралюдей относительно остального населения растёт. Одновременно растёт вероятность какого-нибудь события, влекущего за собой катаклизм. Представьте себе событие масштаба Ехидны, которое завершилось бы не так благоприятно, или Нилбога, который не пожелал бы сидеть на одном месте. В качестве реальных примеров этой идеи на ум приходят три Скверны, Спящий, Испепеляющий Зверь, даже Бойня номер Девять. Мир уже давно стоит над пропастью, а ведь я даже ещё не упомянул о Губителях.

Я взглянула на Скверн. Они никак не отреагировали на упоминание о себе.

Счетовод сделал паузу.

— Если бы мы ждали десять лет, то с большой степенью вероятности мы располагали бы от двадцати пяти до шестидесяти шести процентов доступной сейчас боевой мощи.

— Переломный момент был через четырнадцать лет, — заговорила Дина.

— Значит, от двух процентов до пятидесяти трёх, — отозвался Счетовод.

— Да, — сказала Доктор Мама. — Мы не способствовали этим событиям, но они нас не очень огорчают. По существу, это лучшее, что могло произойти…

Я увидела, как Контесса напряглась, ещё до того, как рой пришёл в движение, расширяясь, растягивая нити шёлка…

Громкий хлопок прервал меня, возвращая обратно к реальности. Я повернулась, чтобы посмотреть на Шевалье, который только что ударил по столу перед собой.

— Не смейте! — произнёс он. Мне потребовалась секунда чтобы понять, что он обращается к Доктору.

— По всей видимости, я выбрала неподходящие слова, — продолжила Доктор Мама. — Я имела в виду, что до сих пор живы очень многие могущественные кейпы, они остаются активными и способны противостоять угрозе. Мы в подходящем положении, чтобы как-то действовать: нападать либо устранять последствия. В этот самый момент мы руководим полномасштабной эвакуацией. Мы считаем приоритетной задачей держать Сына в неведении о наших действиях, так что эвакуируем население противоположной от него части земного шара в надежде, что он не сможет отреагировать и противодействовать этому.

— Эвакуируете людей так же, как вы это делали в Нью Дели? — спросил Тектон.