Страница 10 из 56
Громыхнула ещё одна вспышка чар, и я инстинктивно обернулся на звук, готовясь прикрываться барьерами от врага или поддержать союзника. Но кто мог быть этим союзником? Фолторн?
Прищурившись, я увидел сражение. Приличная масса сайнадов — сотни в три рыл, теснила остатки сапёров и кавалерии Первой. Но тут им на помощь подоспели Полосы во главе с Маутнером. Удар был страшен, однако наша рота, хоть и элитная, не перевернула бой, лишь сравняла.
— Надо спешить, — бросил я Сэдрину и Нальмузу, вставшими рядом, срываясь на бег и… увидел.
Вешлер. Это был Вешлер. Откуда он там взялся⁈ Серые Вóроны ведь должны были помогать удерживать арьергард?
Глава перерождённых магов пустынного клана сидел на коне. Юноша на всём ходу ворвался в строй ратников, а потом призвал СИЛУ.
Волна раскалённой почвы буквально взорвалась перед ним, полностью послушная и управляемая волей Вешлера.
— Он… обратил землю в магму? — поражённо пробормотал я.
Действительно… я обращал воду в кипяток, так почему бы не пойти дальше? Раскалённая земля — магма, которая иногда вырывалась из недр вулканов. В отличие от воды, её температура легко могла превышать сотню градусов, не обращаясь в пар!
Учитывая, что даже тут, за несколько сотен метров, меня бросило в пот, то что было там⁈
Оглушительный визг мгновенно обрывался: ратники обращались прахом даже просто стоя на пути потоков магмы. Бледно-серые зимние бабочки загорались в воздухе, оседая на землю серой пылью, которой было так много, что появилось ощущение снегопада — только грязного.
Возникший рядом с Вешлером силуэт заставил меня устремить на него взор. Движения были молниеносны и решительны. Четыре удара кинжалом — в грудь, под мышку, шею и висок. Ещё один удар — по ярёмной вене коня.
Захрипевший маг обрушил поток магмы прямо на сайнадского сиона, но попал лишь частично. Ублюдок успел отскочить, отделавшись обожжёнными до горелок ногами.
Упавшего сиона — оставшегося молчаливым и сосредоточенным — тут же окружили Полосы, обрушивая честную сталь и обращая его в фарш. Однако…
— Вешлер…
Конь с перерезанной глоткой подскочил и заметался, неуверенно отступил к краю брода, после — в глубокую воду. Вешлер покачнулся, затем медленно соскользнул с седла и скрылся под водой. Конь упал на него сверху.
Всё произошло так стремительно, что лишь сейчас я отмер и обернулся вóроном, стремившись догнать, вытащить, исцелить. Ну же! Быстрее!
Я почти не обратил внимание на жар, который тушил бранящийся Фолторн. Не обратил внимание на остатки сайнадов, которых добивали мои ребята. Нет, я должен спасти одного из последних и, возможно, сильнейшего мага Первой армии!
Вернув человеческий вид у брода, я поднял ледяную воду в воздух, но в огромном кубе оказалась лишь туша лошади, несколько рыбин и кучи дохлых бабочек. Где⁈
— Где он⁈ — рявкнул я. — Фолторн! Оставь их, надо найти Вешлера! Его ещё можно спасти!
— Лейтенант, ему пробили висок…
— Заткнись и ищи!
Я начал просеивать воду, как ситом, даже не сообразив, что мог попросту «подключиться» к ней, как действовал во время разведки дождём. Сейчас мой разум метался, действуя на скорость, не соображая, что тем самым лишь усложняет себе жизнь.
А потом… я просто увидел его. Увидел тонкую худую руку, которая вынырнула из воды в дюжине метров вниз по течению.
Бабочки потянулись к этому слабому, призывному жесту, хотя рука медленно опустилась и снова скрылась под водой. Насекомые собирались тысячами, затем сотнями тысяч. Со всех сторон битва, казалось, замерла — все смотрели на реку.
Сглотнув, я не мог даже пошевелиться, зато в голову сразу пришли старые легенды, которые рассказывал ещё Логвуд, а потом косвенно подтвердила Даника.
После смерти героя, за ним приходят. Но не вóроны, как было в истории Тольбуса, а… бабочки.
— Боги… — дёрнулся я.
— Изен! — послышался позади голос Килары. Обернувшись, я заметил запыхавшуюся женщину, которая тащила за собой Илазия Монтнара. Этого-то на хера⁈
— Что это? — испуганно взвизгнул толстяк. — Магия⁈ Мы победили, да?
Вновь уставившись на реку, я уже не оборачивался. Огромная масса бабочек превратилась в кишащий, бешеный холм на месте, где в последний раз показался Вешлер — высокий, точно курган, набухающий с каждым мгновением, с каждым неверным ударом сердца.
Его душа. Её забрали? Поглотили? Снова переродили? Что это такое?..
— Мы победили? — продолжал Илазий. — Где Логвуд? Позовите его, я должен с ним поговорить…
Мгновение покоя разлетелось вдребезги, когда подоспевшее подкрепление солдат Первой обрушила залп пуль на ратников, стоявших на нижнем мосту. То, что начал Вешлер, теперь закончили остальные войска: последние воины сайнадов на этом берегу нашли свою смерть.
Взглянув на противоположный берег, я увидел, как солдаты Первой дисциплинированно отступали, постепенно подходя всё ближе к броду. Вот только манёвр был весьма ожидаемым, а значит…
Оглядевшись, я увидел движение к югу — и точно! Сайнады уже переправляли на этот берег ещё стрелков, желая повторить свой ранее сработавший план. Суки!
— Эй, вы все! — перекрывая шум боя, рявкнул я, обратившись к подтягивающимся ближе толпам беженцев. Заметив, что мы успешно отразили налёт врага, они начали собираться вокруг. — Все, кто может стоять! Найдите оружие — и на юг! — указал я пальцем. — Стрелки сайнадов снова лезут сюда!..
Договорить я не успел, потому что воздух задрожал от дикого, животного рёва. Разгорячённые кровью, потерями, хаосом, предательством Дэйтуса, а также — успехом ранее совершённой атаки, сотни и тысячи беженцев ринулись в указанную сторону, не думая об оружии, стремясь лишь сойтись с клятыми сайнадами, чтобы за кровавую расправу этого дня отплатить местью ничуть не менее ужасной.
Всех нас одолело безумие. Никогда такого не видел, не слышал даже — о боги, во что же мы превратились?..
Волны беженцев прокатились по позициям солдат Первой и, не устрашившись отчаянного обстрела, которое уже начали организовывать первые переправившиеся ратники, ринулись на них. В воздухе зазвенели жуткие крики и вопли.
А рядом всё также маячил Илазий Монтнар.
— Где Логвуд? Я требую…
Моргнув, я уставился на него, а потом протянул руку и схватил шёлковый шарф, обвивавший шею аристократа, подтянув его ближе к себе. Тот взвизгнул и вцепился в мою руку ногтями.
— Монтнар, — прошипел я. — Комендант мог тебя отпустить. Одного. На переправу. Под защиту достославного милосердия Кердгара Дэйтуса. Сколько людей погибло сегодня? Сколько солдат, сколько беженцев умерло, чтобы спасти твою шкуру?
— О-отпусти меня, поганый верс!
Почти нежно улыбнувшись ему, я перехватил аристократа обеими руками за шею и начал сдавливать. Без магии, без оружия — своими руками. Я хотел удавить его, наблюдать, как жизнь покидает это тело.
Илазий выпучил глаза, сделавшись похожим на красную жабу.
— Изен! — звучал чей-то крик. — Изен!
Кто-то схватил меня за запястья, предплечья, поперёк всего тела, буквально отрывая от задыхающегося аристократа, который упал на землю.
— Лейтенант!
— Приложите к нему Слезу! Он же маг! Маг! Сейчас рванёт!..
— У меня есть план получше…
В следующий миг я ощутил удар по затылку, впадая в спасительную тьму.