Параллель 3

Четверг 25 января. Ленинград. Улица Красной конницы. Утро.

-Ну, и что это у нас вчера было? - внимательно посмотрел на своего подчинённого Вудрофф.

Сегодня Джордж выглядел абсолютно иначе, чем вчера. Аккуратно причесан, гладко выбрит и только небольшие, тщательно замазанные круги под глазами указывали на то, что сегодняшняя ночь далась ему весьма непросто.

-Всего лишь небольшая истерика, сэр! - довольно бодро отрапортовал Рогофф, и тут же мягким доверительным тоном добавил, - вы даже представить себе не можете, сэр, через что мне вчера пришлось пройти!

-На него напали, сэр, а он к этому оказался совершенно не готов, - ухмыльнулся Карл, но практически тут же стёр усмешку с лица.

-Психологическое воздействие первого ранга плюс угроза немедленной физической ликвидации, - бодро отрапортовал он, - вот наш художник слегка и растерялся. Но молодец, сумел всё-таки взять себя в руки и выполнить свою обязательную программу до конца.

-А можно то же самое, но только с некоторыми подробностями, - обманчиво спокойным тоном произнес начальник, - а то я пока, кроме общих фраз ничего так и не услышал!

-Давайте я скажу, - тут же заявил Карл, - итак, вчера мистер Рогофф встретился с бабушкой этой маленькой подружки Соколова. Совершенно для него и для нас тоже, бабушка оказалась матёрым волчарой, которая открытым текстом пообещала Джорджу быструю и лёгкую смерть от ее руки, в случае если он только попытается навредить ее внучке. Угроза была подтверждена наличием у женщины прямо под рукой огнестрельного оружия. Вкратце это всё.

-Словами это очень сложно передать, - хмуро сообщил Рогофф, - у меня тогда появилось ощущение полной безысходности. Она смотрела на меня абсолютно равнодушно, словно решая, пристрелить меня прямо сейчас или всё-таки дать ещё помучиться. И тут же, практически безо всякого перехода, снова превратилась в гостеприимную хозяйку...

Пятница 26 января. Москва. Ресторан "Славянский базар". Час дня.

В это время народу в ресторане было совсем немного. Поэтому явно скучающий швейцар просто скользнул безразличным взглядом по Андрею с Вадимом, и они беспрепятственно прошли внутрь. Шипачев уверенно шел впереди, показывая парню дорогу. Поднялись по довольно широкой лестнице на второй этаж и вошли в расписанный под "Хохлому" зал. В нем народу тоже почти никого не было, кроме тихо воркующей парочки в углу зала, да двух серьезных дядек в штатском рядом с небольшой аркой. К ним-то и направился Вадим.

Один из мужчин тут же встал из-за столика и жестом пригласил Андрея следовать за ним. Шипачев же присел на освободившееся место и начал довольно быстро листать меню. Как понял Соколов, пока все шло точно в соответствии с планом. Поэтому он тоже совершенно спокойно последовал вслед за провожатым в арку, внутри которой оказался довольно узкий коридорчик, с несколькими дверьми по его периметру. В одну из таких дверей и постучался провожатый парня...

Навстречу им из-за столика в отдельном кабинете поднялся высокий, слегка грузноватый мужчина в генеральской форме.

-Все, Игорь Викторович, вы можете пока быть свободными, - обратился он к сопровождающему Андрея, - только учтите, что мы торопиться, точно никуда не будем. И официанта позовите сюда, пожалуйста.

Тот кивнул, вышел из кабинета и направился в основной зал. А Ивашутин сделал шаг навстречу Соколову и протянул ему руку, - ну что, товарищ Квинт, давайте знакомиться, что ли!

-Меня зовут Андрей, - вежливо улыбнулся парень, осторожно пожимая протянутую ему руку, - это моё настоящее имя. Все остальное так, игра воображения и небольшая маскировка.

-Сейчас официант должен подойти, хотя они здесь довольно неторопливые, - вполне добродушно кивнул генерал, - ты меню пока посмотри. Разговор у нас будет довольно долгий, заодно и пообедаем.

Теперь кивнул уже парень, присел за столик и с неподдельным интересом стал изучать меню. В этом ресторане он был впервые, ни в нынешней, ни в прошлой жизни, парень так и не удосужился его посетить, хотя несколько раз и собирался.

-Надо же, - невольно хмыкнул он, - судя по названиям, все должно быть весьма вкусно. И недорого.

-На цены можешь не обращать внимания, сегодня за тебя Контора заплатит, - усмехнулся Ивашутин, - так что кушай Мокушка, к осени зарежем!

-Нормально вы так пошутили, - искренне рассмеялся Соколов, - Яков Афанасьевич тоже так любит. Да и Сергеев от него не отстаёт.

-А с кем ещё ты такое плотное знакомство вводишь? - тут же прищурился генерал, - я имею в виду тех, кто вообще в курсе всего.

-В Ленинграде это Чернобурка и Карл Иванович, плюс ещё мой непосредственный куратор от МВД, вот и все мои питерские начальники, - развел руками парень, - а в Москве только Минцев наверняка сейчас что-то подозревать начал. А может, он уже и уверен в своих выводах. Но с ним я никакого контакта не имею.

-С Георгием я разберусь, - кивнул генерал, - а так, конечно, многовато у тебя начальников. Но это не твоя вина, просто так вышло.

Тут в дверях кабинета появился степенный мужчина лет сорока с небольшим, в белой рубашке с накрахмаленными манжетами на рукавах. Впрочем, "чего изволите?" он, конечно же, не сказал. Вместо этого прозвучало вполне прозаичное - "что заказывать будете".

Андрей заказал себе заливного судака и стерляжью уху, ну и кофе с мороженым на десерт. А вот генерала здесь, похоже, очень хорошо знали, поэтому официант ограничился простым вопросом - "вам, все как обычно?", на что Ивашутин только согласно кивнул.

Заказ принесли довольно быстро и некоторое время собеседники просто неторопливо поглощали свой обед. Но вот подошло время десерта, а значит, настало время возобновить разговор.

-Завтра ты встречаешься с Генеральным секретарем, - спокойно, даже как-то буднично произнес генерал, - настало время тебе ему представиться. Как это сделать, сам на месте разберёшься, не маленький. Пока он о том, кто ты есть на самом деле, не только не знает, но даже и не предполагает. Считает тебя юным взбалмошным талантом, даже на цепь один раз предлагал тебя посадить. Обязательно учти это в своих раскладах. О чем ты с ним собираешься разговаривать, меня тоже не касается. Я человек военный, мое дело приказы выполнять. А вот как вы дальше будете своё общение выстраивать, это уже моя компетенция. Поэтому хотелось бы услышать, что ты сам про все это думаешь.

-Не хочу ничего менять, - тут же ответил парень, - раз уж товарищ генсек, имеющий почти всю полноту информации, меня вычислить не смог, значит, и другие товарищи из нашего руководства не смогут этого сделать. Поэтому я и Григорию Васильевичу не спешу представляться, хотя общаюсь с ним теперь весьма часто. Надо, чтобы все были уверены в том, что Соколов это один человек, а таинственный "Сенатор" совсем другой. И режим "их вопрос - мой ответ" мне очень даже нравится. А если будет нужда в личной беседе, так с этим теперь точно проблем никаких не будет. Я теперь личность публичная, можно даже сказать медийная.

-Это ты сейчас очень точно сказал, - усмехнулся Ивашутин, - тут вражеские голоса никак по поводу тебя и твоего прыжка успокоиться не могут. Вернёшься в Ленинград, на эту тему со своей Чернобуркой пообщаешься. Она дама умная, вместе с ней наш ответ Керзону подготовите. И если Григорий Васильевич утвердит, то мы это не только в вашей ленинградской "Смене" опубликуем, мы ещё и небольшой сюжет по Центральному телевидению покажем. Вместе с вашей немецкой короткометражкой и английским рекламным роликом. Ну и интервью с несколькими нашими и иностранными учёными туда тоже обязательно вставим.

Он задумался ненадолго, потом продолжил, - по поводу этой твоей англичанки мы тут с товарищами посовещались и вот что решили, а разбирайся-ка ты, друг наш ситный, в своих амурных делах сам. Сам замутил с ней, сам и распутывай. Одним международным скандалом больше, одним меньше, невелика разница. То, что ты по поводу Тэтчер написал, в принципе согласовано. С небольшими поправками от нашего МИДа. Когда вернёшься в Ленинград, у своей Чернобурки все материалы получишь.