Параллель 3

-Так пища лучше усваивается и ничто не отвлекает, - пояснил он, - но вернёмся всё же к нашим баранам. Итак, в первой части марлезонского балета мы обязательно должны приступить к формированию нового класса пользователей ЭВМ. То есть тех людей, которые будут на этих машинах работать. И это будут не только, и даже не столько программисты. А именно пользователи, которые будут уметь работать с прикладными программами. Им даже программирование будет знать не обязательно, хотя и желательно.

-Андрею больше не наливать, - улыбнулась Ромашина, - вон как его на разглагольствования потянуло. А ведь он нам это уже много раз рассказывал.

-Тогда переходим сразу к сути вопроса, - Соколов как-то подобрался, что не прошло незамеченным для его слушателей, - во-первых, альтернативы закупкам западных процессоров и некоторых других компонентов на сегодняшний день у нас просто нет. Так что будем покупать и покупать много. Благо никаких серьезных ограничений на продажу в СССР подобной техники сейчас не существует. И цены на них по нашим меркам просто смешные. Дальше, есть решение руководства Ленинграда на создание в городе небольшого производства по сборке этих самых обучающих и инженерных ПК. На базе производственного объединения "Светлана" при участии кафедр вычислительной техники ЛГУ и Политеха. И в сентябре должны быть организованы компьютерные классы в физматшколах и в ряде высших учебных заведений города.

-Ого, - удивился Канторович, - а не круто ли берете? За два месяца такое организовать очень непросто будет.

-Мы не ищем лёгких путей, - поддержал Андрея Башир Искандерович, - времени на раскачку у нас просто нет. Потребность в специалистах, способных работать на подобной технике будет очень быстро расти. А то получится, что ПК мы сделаем, а они никому не нужны будут. Как сейчас почти повсеместно с АСУП происходит. Их сейчас наделали очень много, а вот осуществлять фактическое внедрение в производство практически некому. А это все государственные деньги и весьма немалые.

-Вряд ли вашим оборонным предприятиям такой подход понравится, - покачал головой академик, - а ведь у вас в Ленинграде их очень много. Что вы с ними делать-то будете?

-С ними ничего не будем, - ответил Рамеев, - с военными мы работаем по их заявкам, через обком партии. Они сообщают о своих пожеланиях, мы предлагаем им варианты решения. В рамках существующих у нас возможностей. Мы им не НИИ всё-таки, а образовательное учреждение в первую очередь.

-Ну а дальше то что? - теперь уже Канторович не на шутку разгорячился, - ну создадите вы эти классы, получите в итоге неплохих специалистов, а работать им не на чем будет. Запад быстро поймёт, что к чему, и начнет либо цены до небес взвинчивать, либо вообще перекроет поставки этой техники.

-Нужен завод, - решительно сказал Андрей, - по производству этих самых чипов. Продали же нам линии по производству печатных плат, причем вполне современные. Так же и с этими микросхемами должно получиться. И здесь экономить совсем нельзя, мы на этой базе лет пять, как минимум, продержаться сможем и закрыть почти все текущие задачи.

-Ты в этом уверен? - прищурился академик, - а про пресловутый закон Мура забыл? Не получится так, что американцы с японцами от нас ещё дальше уйдут?

-Завод нужен для решения текущих и весьма остро стоящих вопросов, - ответил Соколов, - а вот для того, чтобы попытаться с ними хотя бы вровень встать, тут полумерами точно не отделаться. И выход из сложившейся ситуации у нас имеется. Ну, это мы так считаем. И предложения руководству страны нами переданы. Со всеми предварительными выкладками, составленными на основе математического прогнозирования текущей ситуации.

-Со мной не хотите поделиться или там всё слишком секретно? - Канторович снял очки и внимательно посмотрел сначала на Соколова, а потом и на Рамеева.

Андрей тихо улыбнулся и выложил на стол из сумки толстенную папку с бумагами.

-Это что? - удивился Канторович.

-Это наш ответ лорду Керзону, - лукаво усмехнулся парень, - те самые выкладки и расчеты. И да, если вы согласитесь их принять на рассмотрение, то на первом листе в папочке есть место для вашей подписи. Где вы согласны с тем, что этот документ перед прочтением надо обязательно сжечь. Я эту бумагу потом в соответствующую папочку подколю, во избежание так сказать. Сразу предупреждаю, что этот документ существует всего в трёх экземплярах. Один был товарищу Романову лично в руки отдан, второй лежит в сейфе в нашем Большом доме на Литейном, ну а третий у вас сейчас в руках. Так что извините нас, Леонид Витальевич, но ночь вам сегодня предстоит бессонная. Так как завтра с утречка я к вам обязательно загляну, и мы всё, не спеша, обсудим на свежую голову. А пока вы папочку в сейф уберите, чтобы она глаза не мозолила. А мы с Баширом Искандеровичем кофейку на посошок попьем и пойдем себе потихонечку. Товарища Рамеева вечером в ресторан пригласили, а меня как всегда, девушка ждёт. В общем, все, как обычно, даже немножко скучновато становится.

Вторник 19 июня. Швейцария. Женевское озеро. 11 часов утра.

Роскошная яхта, принадлежащая князю крохотного государства Монако, практически бесшумно скользила по водной глади. Гораздо больший шум издавали двигающиеся у нее в кильватере два полицейских катера. А ещё над озером постоянно кружил вертолет. К яхте он не приближался, чтобы ревом своих двигателей не создавать излишний дискомфорт высоким особам, находящимся сейчас на борту яхты. Так как именно корабль "Принцесса Стефания" был выбран местом, где сейчас происходила так называемая "встреча без галстуков". Между руководителями Советского Союза и Соединённых Штатов Америки. Которые сейчас расположились на открытой площадке, на корме яхты. И вели между собой неторопливую беседу. Но так как языка оппонента ни тот ни другой товарищ (господин) не знали, то на их встрече присутствовали два переводчика. Кандидатуры, которых, были бы весьма странными, если не понимать о чем более всего хотели поговорить лидеры двух Великих держав. Вот и переводили сегодняшнюю беседу Роберт Гейтс, специально вызванный для этого в Женеву из Мюнхена, и Игорь Иванов, который, правда, в Швейцарии находился довольно давно, активнейшим образом занимаясь делами, связанными с Конторой Мартина Вебера и Банком товарища Карнауха. В общем, два секретоносителя такого уровня, что одним секретом больше, одним меньше, для них это было абсолютно индифферентно.

Разговор шел, конечно же, об Израиле. И о его друзьях, в Штатах.

-Израильское лобби у меня в стране крайне недовольно последними событиями, - пожаловался Картер, - и это создаёт для меня довольно большие проблемы. В свете предстоящих в следующем году выборов.

-Без их поддержки или хотя бы дружелюбного нейтралитета, вам их точно не выиграть, - согласился с ним Брежнев, - поэтому восстановление дипломатических отношений между СССР и Израилем для вас жизненно необходимо. Тогда вы сможете получить довольно мощный инструмент воздействия на этих слишком часто зарывающихся товарищей.

-Не совсем понимаю, какая здесь существует связь? - спросил его американский президент.

-Израильская проблема сейчас зашла в тупик, - пояснил Леонид Ильич, - никакой эмиграции к ним от нас сейчас больше не будет. Пока не будет двустороннего договора между нашими странами. А его не будет, пока не будет прямых дипломатических отношений. Дальше больше, хотя прямого противостояния нам с ними сейчас избежать удалось, это вовсе не значит, что конфликт исчерпан. У нас есть масса рычагов воздействия на Израиль, которыми мы обязательно воспользуемся, для нанесения максимально возможного урона. Если они не согласятся на наши условия и откажутся встать на путь нормализации отношений между нашими странами. Если честно, у меня эта проблема уже в печенках сидит. И откладывать её на будущее мы больше не собираемся. Варианты решения у нас имеются. Причем неприятные и весьма болезненные именно для этой маленькой страны.