Параллель 3

Семиклассник вежливо молчал. Ну не рассказывать же приятелю, что прорыв в понимании этой теоремы у него произошел после того, как Соколов показал ему довольно странный шар, внутри которого фигуры все время меняли свою форму и при этом постоянно перетекали одна в другую. Жалко только, что Андрей дал ему эту игрушку всего на полчаса, мотивировав это тем, что её обязательно надо будет быстро вернуть хозяйке.

-Слушай, а ведь все сходится, - тихо сказал Панин, - вот это хлопцы прикололись. Как Андрей говорит, совсем не по-детски.

-Ты Соколову хотя бы позвонил, что ли, - посмотрел на него Рукшин, - это все же была именно его идея. Сколько он ее нам разжевать пытался!

-Да едет уже, вместе с Андреем Александровичем, - отмахнулся от него Иван, - только он точно от своего участия в этой теме отнекиваться будет. У него сейчас совсем другие приоритеты имеются.

-Этот его Красный треугольник что ли? - ехидно спросил Сергей, - мне кстати, вообще непонятно, что он там забыл. А математика такого не прощает. Раз и понимание уже ушло. И вернуть крайне сложно будет.

-Да нет, Красный треугольник, это у него просто хобби, - снова махнул рукой Ваня, - он сейчас очень плотно различными пространственными построениями занялся. Представляешь, шестнадцатимерная сфера к примеру. Можешь себе такое вообразить?

-Даже пытаться не буду, - честно ответил ему Рукшин, - тем более, разве из этого можно извлечь какую-нибудь практическую пользу?

-Вот я ему тоже само сказал, - пожал плечами Панин, - а он только усмехнулся в ответ. И что удивительное, Суслин его с этими идеями полностью поддерживает.

И снова лаборатория вычислительной техники ЛГУ.

За показом время пролетело незаметно и вскоре секретарь Брежнева, Николай Дебилов, был вынужден напомнить товарищам, что их сегодня ещё и на заводе "Электросила" ждут. Поэтому хочешь, не хочешь, а пора было закругляться. И тут Шелепин задал Андрею довольно простой, как ему казалось вопрос, по поводу того, как он себе видит практическое использование только что продемонстрированных ими образцов новой техники. И получил совершенно неожиданный ответ.

-А этого никто пока точно сказать не может, - совершенно спокойно ответил парень, - пока ещё никто толком не смог сформулировать перед нами конкретных задач. Все задания очень расплывчатые и звучат как в одной старой сказке, сделай то, не знаю что. Но только сделай. Мы с товарищем Думачевым очень много беседовали на эту тему, недаром он совсем недавно с военными работал. Так вот на следующей неделе по нашей с ним инициативе и при полной поддержке Григория Васильевича и Башар Искандеровича, в обкоме будет собрано совещание на эту тему. С представителями оборонной промышленности нашего города. Попробуем добиться от них более четкой постановки задач. Но это не только их касается. Сейчас в Ленинграде активно внедряются автоматизированные системы управления. Вот только цель явно не оправдывает затраченные на нее средства. В первую очередь из-за отсутствия на предприятиях квалифицированных пользователей. То есть специалисты по вводу в эксплуатацию и настройке системы у нас имеются, а работать с ней некому. И эту проблему с наскока точно не решить!

-Что конкретно предлагаешь? - довольно сухо спросил его Брежнев, - и давай, говори быстрее, нас люди ждут!

-Надо создавать класс пользователей, - Андрей по-прежнему был само спокойствие, - предложения на эту тему мы с товарищами сформулировали, а наше университетское руководство их утвердило.

Он повернулся лицом к сидящей за вторым компьютером Агате, и та молча протянула ему красочно оформленный буклет.

-Здесь всё, - коротко закончил своё выступление парень, - как и положено, со всеми подписями и печатями. Комар носа не подточит!

-Бюрократ, - неожиданно заявил ему Шелепин, - ну и мы такими тоже можем быть. Так что завтра в одиннадцать часов чтобы в Смольном был. На торжественном собрании. И мы тебе местечко на первом ряду забронировали. Чтобы ты у нас прямо перед глазами был и ни за кого спрятаться не мог!

Суббота 21 апреля. Ленинград. Невский проспект. Вечер.

К удивлению стариков-разбойников никаких особых требований к этому дню Дедал предъявлять не стал. Просто предложил собраться в месте, где им никто мешать не будет. Где они смогут спокойно встретить наступление Пасхи, зажечь семь свечей, вознести короткую благодарственную молитву Создателю и всё на этом... Правда, куличи и яйца он всё же посоветовал посвятить. Ещё один совет он дал по поводу количества участников предстоящего действа.

"Семеро нас должно быть, плюс присутствие хотя бы одной женщины обязательно, - заявил коварный грек, - это если мы хотим, чтобы все удачно прошло. И для вас же лучше будет, если вы прислушаетесь к моему совету"!

Старый потом довольно долго ворчал по этому поводу. И вообще от души прошёлся по "сакральной" семёрке.

"Волк и семеро козлят это точно про нас, - заявил он, - семь стариков и одна девушка, семеро одного не ждут и так далее".

Но ворчать он ворчал, а перечить греку не решился. В основном по той причине, что свою порцию улучшенного здоровья он уже получил. Как и Карл Иванович. А вот двое его старых друзей ещё нет. Вот и собралась сегодня в небольшом флигеле на Невском проспекте весьма пестрая компания: старый фотограф вместе со своим прямым начальником генералом Едуновым, сам "ровесник века" и его давний приятель, хозяин особняка Семёнов и два полковника - Морозов и Киселев. Если бы они все были в форме и при погонах, то легко можно было представить, что в Красном уголке сейчас должно состояться заседание какого-нибудь Главного штаба. Но мужчины все были в цивильном платье. Как и единственная женщина в их гоп-кампании, гражданка Смирнова. Которая по странному стечению обстоятельств теперь тоже была в каждой бочке затычке. Почти как Соколов.

Само же действо получилось неожиданно скучным и даже несколько пресным. Вопреки опасениям Старого, который всё-таки невольно переживал, что вот часы пробьют полночь (а ходики с гирьками в комнате имелись), и все исчезнет. Как сказке про Золушку, когда кучер превратился то ли в крота, то ли в крысу, а карета в тыкву. Так и коварный грек вполне мог просто испариться, то есть уйти, не прощаясь, по-английски. Оставив стариков-разбойников с носом. Но этого не произошло. Как только часы пробили полночь, Дедал, не спеша троекратно перекрестился, поклонился иконе Спасителя, которую Семёнов почти сразу же с началом Великого поста прикрепил к стене в Красном углу Красного уголка. И со словами "Христос Воскресе - Воистину Воскресе" пошел обходить присутствующих. В его руках появились хорошо знакомые некоторым из присутствующих глиняная бутылка и серебряный стаканчик. Неожиданно по комнате начал гулять аромат терпкого красного вина.

-Там же вроде вода была, крещенская, - негромко пробормотал себе под нос Старый.

-Была, да сплыла, - преувеличенно весело ответил ему грек, - теперь тут Кагор, из винограда с горы Афон, между прочим. В ваших магазинах ничего подобного точно не найдешь, так что цените мою доброту.

Дедал разговаривал на русском языке удивительно чисто, правда, с мягким южным акцентом. В общем, он был сейчас гораздо больше похож на болгарина, чем на грека.

Первую стопочку он принял сам, а затем протянул наполненный почти до краев стаканчик Семёнову.

Дождался, пока тот выпьет и вдруг сварливо произнес, - с водкой и пивом вам точно теперь стоит завязывать. Пейте лучше вино, белое под рыбу, а красное под мясо. Только никаких "Трёх семёрок" или "Кавказа". Есть же вполне приличные молдавские и грузинские вина, та же "Хванчкара" к примеру.