Параллель 2

-Возьмёшь чего-нибудь с собой, из наших особых фондов, - не поддержал его смеха начальник, - часы, спиннинг, охотничий нож. Да хоть и ружье. Вдруг он охоту любит. В общем, решай сам. У тебя вкус хороший, я знаю.

Он дал собеседнику несколько мгновений, чтобы тот проникся серьёзностью сказанного, после чего добавил, - получается, что этот канал для передачи срочной информации от них к нам и обратно, приобретает колоссальное значение. И договариваться нам с ними придется и пока на их условиях. Но слабые места ты всё-таки постарайся нащупать. Не может такого быть, чтобы их совсем не было.

Понедельник 25 сентября. Москва. Кремль. Здание Совмина. Полдень.

Кулаков отложил в сторону очередную сводку с полей. Битва за урожай медленно, но верно подходила к концу. И результаты ее не могли не радовать. Урожай в этом году по большинству позиций был собран не просто хороший, а, как и по зерновым рекордный. Есть чем гордиться, и есть подо что выбивать деньги у плановиков. Главное сейчас, сохранить урожай, чтобы потерь было поменьше. Но вроде бы и с этим всё неплохо, много хранилищ не только для зерна, но и для картофеля со свеклой, да и для других культур удалось привести в порядок. Да и ряд новых в этом году смогли подготовить, особенно в Черноземье и в Ленинградской области. Да и Машеров у себя в республике за порядком следит. Такой же въедливый, как и Романов, недаром именно им поручили создание зон опережающего развития. Всего-то три месяца прошло, а результаты налицо.

Он чуть устало потянулся в кресле и замер. На него с полки шкафа с явной укоризной взирал серебряный лафетничек.

-Черт, - подумал Федор Давыдович, - две недели то почти прошло, а я так не удосужился до сих пор в клинику съездить. Все, больше откладывать некуда.

Он нажал на клавишу вызова секретаря. Когда тот появился в дверях, Кулаков заявил ему, - организуй мне срочно поездку в клинику ГИДУВа. Да, сегодня. Дело срочное.

Он дождался, пока помощник выйдет, подошёл к шкафу и взял стаканчик в руки.

-Не переживай, - негромко сказал он, усаживаясь в кресло, - сегодня обязательно съездим, проведаем твоего клиента.

По граням лафетничка пробежала рябь, а прохладный металл внезапно быстро нагрелся. По пальцам мужчины, сжимающим стаканчик, пробежала приятное тепло.

Этот же день. Москва. Клиника ГИДУВа. Кабинет главврача.

-Белов Александр Александрович, 1951 года рождения, уроженец города Ленинграда, спортсмен, - негромко вещал доктор, - диагноз "саркома сердца". Довольно редкая болезнь и, к сожалению, очень плохо лечащаяся. Операцию перенос неплохо, сейчас состояние пациента стабильно тяжёлое. Кроме жены к нему никого не пускаем.

Он замолчал и вопросительно взглянул на Кулакова.

-Мне не нужно посещение, - заявил Федор Давыдович, - мне бы только в палату на минутку заглянуть и посмотреть на него.

-Это можно, - тут же согласился главврач, - халат наденьте и пройдёмте, его палата тут недалеко.

Это было действительно так. Кулаков тихо зашёл в палату и остановился в дверях. Одного взгляда на пациента было достаточно, чтобы понять, что дела его плохи. Двухметровый жизнерадостный парень, которого вся страна запомнила по завершающим трем секундам финального баскетбольного матча Мюнхенской олимпиады между СССР и США, буквально превратился в тень. Лицо его осунулось и приобрело желтоватый оттенок. Печать близкой смерти лежала на нем, Кулаков почему-то совершенно явственно это ощутил. Воспользовавшись тем, что на него в этот момент никто не смотрел, он извлёк из внутреннего кармана пиджака лафетничек.

-Ну что дальше делать будем? - ни к кому не обращаясь, негромко сказал он.

Слова его возымели неожиданное действие. Он внезапно почувствовал у себя между пальцев пустоту. Зато на тумбочке рядом с бутылкой с минеральной водой вдруг замерцала еле заметная тень, в которой он без труда опознал серебряный стаканчик. Тень мелькнула и пропала, а лежащий на кровати мужчина издал негромкий стон и снова затих.

-Дело сделано, - прозвучало в голове Федора Давыдовича. Он повернулся к доктору и тихо произнес, - я увидел, все, что хотел. Можем возвращаться. И спасибо вам.

-За что спасибо? - не понял тот.

-За все, - в голосе Кулакова была печаль, - благодаря вам, у людей даже в таких, практически безнадежных ситуациях, все равно остаётся надежда. Хотя бы просто на чудо.

Понедельник 25 сентября. Ленинград. Завод "Красный треугольник". Кабинет директора. Вторая половина дня.

Директор завода, выпускающего всевозможные номерные изделия, в частности противогазы, идущие под индексом один, презервативы, чей номер второй, и так далее, был задумчив и слегка расстроен. Ну не любил он спешки, привык ко всему подходит основательно, можно даже сказать фундаментально. И звонок от Пономарева из обкома партии с сообщением о том, что сегодня к двум часам к нему на завод приедет гость из Англии в сопровождении представителя обкома, которые будет обсуждать вопросы сотрудничества между его предприятием и британскими компаниями, несколько его напряг. Тем более что никаких подробностей заведующий промышленным сектором сообщать не стал, заявив, что сами разберётесь, не маленькие.

"Разобраться то мы, конечно, разберемся, вот только с чем?" - слегка раздражённо подумал мужчина. Но справедливо решив, что нечего гадать на кофейной гуще, война все равно план покажет, вызвал к себе секретаршу.

-Значит, так, - заявил он, в который раз за сегодняшний день, с удовольствием окидывая взором стройную фигуру девушки, - предупреди главного инженера и главного технолога, чтобы без десяти два были здесь у меня. И чтоб не вздумали опаздывать, иначе взгрею так, что мало не покажется. Сама же в это время на проходной будь, встретишь гостей и проводишь сюда. Начальника охраны я предупрежу, так что никаких пропусков не оформляйте, сразу веди их ко мне.

-Кого ждём? - тут же перешла к делу секретарша.

-Гость из Англии и представитель обкома, больше ничего не сказали, - развел руками директор, - поэтому встретишь и сразу веди их ко мне в кабинет, на месте разбираться будем.

Девушка кивнула, развернулась и вышла из кабинета, слегка покачивая бедрами.

"Хороша Маша, да не наша", - вздохнул про себя мужчина. Это было действительно так. Дочка его старого друга, которую он помнил ещё совсем маленькой девочкой, вдруг неожиданно быстро для всех выросла и стала настоящей красавицей. И теперь каждый день мелькала у него перед глазами, вызывая у мужчины щемящее чувство скоротечности происходящего.

"Был бы я лет на двадцать, да что там на двадцать, даже на десять помоложе, я бы, ух" - подумал он.

-А теперь только Пых, ну или Чих-Пых, - вслух произнес он и неожиданно развеселился, - эх, пить, гулять будем, а придет война, помирать будем!

-А вот не дождетесь, - непонятно, кому погрозил кулаком мужчина.

Этот же кабинет. Два часа дня.

"Всё-таки Мариночка у меня большая умница, - с теплотой во взоре взглянул на секретаршу директор, - догадалась ведь позвонить мне с проходной и предупредить, каких именно гостей ожидать. А то могло бы неловко получиться".

Гости выглядели ярко, даже импозантно. Эффектная блондинка и брутальный парень, чью мускулистую накаченную фигуру не мог скрыть даже элегантный тёмно-синий костюм. И все бы хорошо, если бы не их молодость. Им же и двадцати нет.

"И таких юниоров теперь присылают на серьезные переговоры к руководителю крупного предприятия. Ерунда, какая-то", - вслух он, конечно, ничего такого не сказал.

-Ну что, молодые люди, с чем пожаловали? - после быстрого знакомства спросил директор.