Параллель 2

Суббота 4 ноября. Ленинград. Красноармейская улица. Школа. Актовый зал.

Сегодня после четвертого урока все школьники с восьмого по десятый класс включительно отправились на так называемый "урок мужества" - встречу с кавалером двух орденов Ленина, пяти орденов Красного знамени и многих других государственных наград, генерал-лейтенантом Едуновым Яковом Афанасьевичем.

К встрече подготовились как обычно. Поставили стол, накрытый бархатной красной скатертью. Учитывая серьезный возраст докладчика, микрофон тоже поставили на столе. Для дополнительного удобства из кабинета военрука принесли довольно монументальное кожаное кресло, добытое Алексеичем в одном из походов по питерским комиссионкам. Была и такая страничка в его истории. Но так как в квартиру жена брать этот раритет категорически отказалась, а дачи у него не было, то военрук притащил кресло к себе в кабинет, где оно и служило ему верой и правдой на протяжении последних десяти лет.

-Неплохой трон ты мне подготовил, - Яков Афанасьевич с явным удовольствием присел в кресло, убедился, что оно достаточно жесткое, особенно спинка. Да и сиденье уверенно держало тело мужчины, практически не проминаясь под его весом.

-Я старался, - усмехнулся Василий Алексеевич, - не каждый день к нам в школу такие люди приходят. Вон у тебя, вся грудь в орденах.

-Катя потребовала, чтобы я был при полном параде, - чуть смущённо кивнул в сторону суетящейся около трибуны Смирновой генерал, - ей, как ты понимаешь, я отказать не мог.

-Ладно, смех смехом, а ты сделал то, о чем я тебя просил? - тут он требовательно взглянул на собеседника.

-Сразу после нашей встречи соберёмся у меня в кабинете, я всех предупредил, - ответил военрук, - а если, кто вдруг забыл, так я сторожа предупредил. И Лидочку, нашу новую уборщицу, тоже. Они никого из нужных нам товарищей из зала не выпустят. Вот так.

-Так, рассаживаемся побыстрее, пора начинать, - обратилась в зал Татьяна Анатольевна. Ее голос, усиленный микрофоном, эхом прокатился по помещению, заставив слегка угомониться шумную толпу школьников. Директор выждала пару минут, убедилась, что порядок в зале, в общем-то, наведен, и снова обратилась к присутствующим.

-Сегодня у нас в гостях, в рамках "урока мужества", находится кавалер двух орденов Ленина и многих других правительственных наград, участник Великой Отечественной войны, генерал-лейтенант Едунов Яков Афанасьевич, - громко сказала она, - давайте мы все вместе его поприветствуем.

Когда бурные аплодисменты стихли, Тыблоко обратилась к генералу, - прошу вас Яков Афанасьевич, расскажите нам о себе, о том, за что у вас столько наград и конечно, мы все хотим услышать от вас напутственное слово для комсомольцев нашей школы.

-Спасибо, - ответил тот, встал, взял в руки микрофон и подошёл к трибуне. Слегка опершись на нее, продолжил, - если о себе, то все довольно просто, родился я ещё при царе, в небольшой деревне. Там же закончил три класса сельской школы. Потом в четырнадцать лет пошел работать кровельщиком. В пятнадцатом году меня в армию призвали, так что я и в первой мировой успел поучаствовать. Потом, революция, гражданская война. В двадцать втором году вступил в партию. Затем в органах работал, сначала в милиции, а потом, а потом война. Вот про один из ее эпизодов, о котором у вас в учебниках почему-то нигде не пишут, я и хочу вам рассказать.

Взор мужчины слегка затуманился, казалось, он снова перенёсся в то время, о котором пошел рассказ.

..."Ноябрь 1941 года. Враг рвется к Москве и не только. Ему нужен хлеб Поволжья и Бакинская нефть. На юге нашей страны фашистами захвачен Ростов-на-Дону, гитлеровцы называли его ключом к Кавказу. И у них там была Первая танковая армия, одно из самых боеспособных тогда соединений. А у нас Южный фронт только формировался. О важности этого направления говорит тот факт, что командовать им поручили наркому обороны Маршалу Тимошенко.

Восемнадцатого ноября я прибыл в тридцать седьмую армию, начальником особого отдела. С этой армией тогда все было очень непросто. Ведь она должна была кровью смыть с себя пятно позора, которым её запятнал бывший командующий, Власов. Вы наверняка слышали об этом предателе, чье имя у нас в стране стало нарицательным. Недаром именно власовцами стали впоследствии называть людей, перешедших на сторону врага. Так вот, обстановка на фронте тогда была критической. Немецкие танки вошли в Ростов и пытались закрепиться в нем. Враг был уверен в успехе, ведь их армия до того момента не знала поражений. Тем более что по численности их группировка не уступала нашей, а танков у них было чуть ль не вдвое больше.

Командовал нашей армией генерал Лопатин, Антон Иванович, человек очень непростой судьбы. Но как тогда говорили со стальным характером и железной волей.

И мы тогда смогли прорвать немецкую оборону, и вышли им в тыл. Понимая, что это грозит им полным окружением, немецкий командующий Клейст бросил против нас в лобовой удар практически все свои танки. Он был уверен, что наша армия не выдержит такого удара и побежит, а он за это время успеет перегруппировать свои силы.

Это было страшно. Земля тогда уже промерзла, и рыть окопы было практически невозможно. Их танки перли стальной лавиной, готовые смести все на своем пути. Но враг просчитался. Наши противотанкисты совершили невозможное и противник, умывшись кровью, сначала встал, а потом и покатился назад. Догнать их, к сожалению, мы не смогли. Всё-таки мы тогда воевали в основном пешком и на лошадках, а немецкие части были моторизованные.

Воспользовавшись вражеской неудачей, наши соседи из пятьдесят шестой и девятой армии решительно атаковали врага и освободили Ростов-на-Дону. Это была первая большая победа наших войск в той войне. Разгром фашистов под Москвой случился ровно на месяц позже".

Он выдохнул, вернулся к столу и сел в кресло, - теперь можете задавать свои вопросы. Если позволите, я на них буду отвечать сидя.

... Вопросов было много и разных. Яков Афанасьевич отвечал спокойно и не торопясь. Зашёл разговор и о СМЕРШе.

-Затем СМЕРШ понадобился? - переспросил он, - да из-за тех же власовцев, в том числе. В первые месяцы войны очень много наших бойцов в плен попало. Вот и начали их фашисты склонять к предательству. Тех, кто не соглашался, загоняли на изнурительные работы, а то и вовсе убивали. В общем, ломали людей и морально и физически. А тех, кто соглашался, обучали в специальных школах, и к нам через линию фронта отправляли. Много было этих диверсантов. Вот для борьбы с ними и был создан СМЕРШ.

Кстати, несколько лет назад вышла замечательная книга Богомолова. "Момент истины" называется. Автор там, конечно, кое-что приукрасил, но смысл передал верно. И основана эта книга на вполне реальных событиях. Я тогда как раз на Втором Белорусском фронте служил, тоже начальником особого отдела. У нас готовилась стратегическая фронтовая операция, по разгрому Мемельской группировки противника. А для этого нужно было скрытно сосредоточить целую танковую армию на направлении главного удара. А как это сделать, если в этом районе действует разведгруппа противника? Ведь армия не иголка, ее просто так не спрячешь. Мы тогда вынуждены были планировать войсковую операцию силами нескольких дивизий, чтобы прочесать все местные леса! И ещё не известно, смогли бы мы поймать этих диверсантов или нет! И подвиг наших товарищей, которые смогли найти и обезвредить опаснейшую разведгруппу противника, действительно имел место!

Были и ещё вопросы. И другие рассказы. Старому генералу было что вспомнить и чем заинтересовать своих слушателей. Но время бежит неумолимо и вскоре зазвенел школьный звонок, напомнивший всем об окончании "урока мужества". Но после него разошлись не все. Лица, особо приближенные к ... Соколову, отправились в кабинет начальной военной подготовки, где их, кроме директора, военрука, Едунова и Смирновой, ожидал ещё и Вадим.