Страница 35 из 99
НАЗАД К ПЕШЕХОДАМ
Отбросьте прочь свой деревянный посох.Упав на снег и полежав ничком,Я встал и сел в погибель на колесах,Презрев передвижение пешком.Я не предполагал играть судьбою,Не собирался спирт в огонь подлитьЯ, просто, этой быстрою ездоюНамеревался жизнь себе продлить.Подошвами своих спортивных чешекТоптал я прежде тропы и полыИ был неуязвимым для насмешек,И был недосягаем для хулы.Но я в другие перешел разряды,Меня не примут в общую кадриль.Я еду. я ловлю косые взглядыИ на меня и на автомобиль.Прервав общенье и рукопожатья,Отворотилась прочь моя среда.Но кончилось глухое неприятье,И началась открытая вражда.Я в мир вкатился чуждый нам по духу,Все правила движения поправ.Орудовцы мне робко жали руку,Вручая две квитанции на штраф.Я во вражду включился постепенно,Я утром зрел плоды ночных атак:Морским узлом завязана антенна.То был намек: с тобою будет так…Прокравшись огородами, полями,Вонзали шила в шины, как кинжал.Я ж отбивался целый день рублямиИ не сдавался, и в боях мужал.Безлунными ночами я нередкоПротивника в засаде поджидал.Но у него поставлена разведка,И он в засаду мне не попадал.И вот, как языка, бесшумно снялиПередний мост. И унесли во тьму.Передний мост, казалось бы детали,Но без него и задний ни к чему.Я доставал рули, мосты, колесаНе за глаза красивые, за мзду.И понял я, не одолеть колосса.Назад! Пока машина на ходу.Назад к моим нетленным пешеходам,Пусти назад! О, отворись, сезам!Назад, в метро, к подземным пешеходам!Назад! Руль влево — и по тормозам!Восстану я из праха вновь обыденИ улыбнусь, выплевывая пыль.Теперь народом я не ненавидим,За то, что у меня автомобиль.ПРО ДВА КРАСИВЫХ АВТОМОБИЛЯ
Без запретов и следов,Об асфальт сжигая шины,Из кошмара городовРвутся за город машины,И громоздкие, как танки,«Форды», «Линкольны», «Селены»,Элегантные «Мустанги»,«Мерседесы», «Ситроены».Будто знают игра стоит свеч,Это будет кровная месть городам,Поскорей, только б свечи не сжечь,Карбюратор, и что у них есть еще там.И не видно полотна,Лимузины, лимузины.Среди них, как два пятна,Две красивые машины,Будто связанные тросом,А где тонко — там и рвется,Акселераторам, подсосамБольше дела не найдется.Будто знают игра стоит свеч,Только вырваться, выплатят все по счетам,Ну, а может он скажет ей речьНа клаксоне, и что у них есть еще там.Это солнце машинНа тебя таит обиду,Светло-серый лимузин,Не теряй ее из виду,Впереди, гляди, разъезд,Больше риску, больше веры,Опоздаешь, так и есть,Ты промедлил, светло-серый.Они знали — игра стоит свечА теперь — это сигналы рекламным щитам.Ну, а может гора ему с плеч,И с капота, и что у них есть еще там.Нет, развилка как беда,Стрелки брось,И вот не здесь ты,Неужели никогдаНе сближают нас разъезды?Этот сходится один,И врубив седьмую скорость,Светло-серый лимузин позабылНажать на тормоз.Чтоб, съезжаться, пустые мечты,Или это есть кровная месть городам.Покатились колеса, сердца и мосты,Или что у них есть еще там.ЕДИНСТВЕННАЯ ДОРОГА
(Из к/ф «Единственная дорога»)В дорогу живо или в гроб ложись.Да, выбор небогатый перед нами.Нас обрекли на медленную жизнь мыК ней для верности прикованы цепями.А кое-кто поверил второпях,Поверил без оглядки, бестолково,Но разве это жизнь, когда в цепях,Но разве это выбор, если скован.Коварна нам оказанная милость,Как зелье полоумных ворожих,Смерть от своих за камнем притаилась,И сзади тоже смерть, но от чужих.Душа застыла, тело затекло,И мы молчим, как подставные пешки,А в лобовое грязное стеклоГлядит и скалится позор кривой усмешки.И если бы оковы разломать,Тогда бы мы и горло перегрызлиТому, кто догадался приковатьНас узами цепей к хваленой жизни.Неужто мы надеемся на что-то,А, может быть, нам цель не по зубам?Зачем стучимся в райские воротаКостяшками по кованным скобам?Нам предложили выход из войны,Но вот какую заложили цену:Мы к долгой жизни приговореныЧерез вину, через позор, через измену.Но стоит ли и жизнь такой цены?Дорога не окончена, спокойно.И в стороне от той большой войныЕще возможно умереть достойно.И рано нас равнять с болотной слизью,Мы гнезд себе на гнили не совьем,Мы не умрем мучительною жизнью,Мы лучше верной смертью оживем.ПЕСНЯ О ПЕТРОВСКОЙ РУСИ
(Из фильма «Сказ о том, как царь Петр арапа женил»)Как засмотрится мне нынче, как задышится!Воздух крут перед грозой, круто вязок.Что споется мне сегодня, что услышится!Птицы вещие поют, и все из сказок.Птица Сирин мне радостно скалится,Веселит, зазывает из гнезд,А напротив тоскует, печалится,Травит душу чудной Алконост.Словно семь заветных струнЗазвенели в свой черед:Это птица ГамаюнНадежду подает!В синем небе, колокольнями проколотом,Медный колокол, медный колоколТо ль возрадовался, то ли осерчал.Купола в России кроют чистым золотом,Чтобы чаще господь замечал.Я стою, как перед вечною загадкою,Пред великой да сказочной страною,Перед солоно — да горько — кисло-сладкою,Голубою, родниковою, ржаною.Грязью чавкая, жирной да ржавойВязнут лошади по стремена,Но влекут меня сонной державою,Что раскисла, опухла от сна.Словно семь богатых лунНа пути моем встает:Это птица ГамаюнНадежду подает.Душу сбитую да стертую утратами,Душу сбитую перекатами,Если до крови лоскут истончал,Залатаю золотыми я заплатами,Чтобы чаще господь замечал.