Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 16 из 17

— Так ты же их не ела раньше?

— Тами, принеси!

— Хорошо-хорошо, только ты успокойся. Странная ты, Дашка, становишься.

После разговора с кузиной сверяюсь со временем. Напоминаю притихшей после совещания Светочке кофе готовить для господина. Заношу в кабинет.

— Ничего мне не хочешь еще сообщить? — Артур переключает внимание с монитора на меня.

Напрягаюсь наедине с ним. Ух, как глазами прощупывает, словно увидел во мне что-то новое. Кажется, не сердитым. Но это ненадолго. Артур, вдруг чего, за секунду от злости взрывается.

— А что нужно? — не понимаю, о чем он.

Столько всего за день успела уже натворить, что я сомневаюсь, получу ли завтрашний день в его офисе.

— Ну, для начала,… — тянет задумчиво он. — Где ты пропала с проектором и флешкой? Бунтарством занимаешься? Все ради того, чтобы в другой отдел перевел?

— Если скажу «нет», ты же… — прикусываю язык, поправляясь: — вы же не поверите. Меня закрыли в кабинете в подвале. Бросалась и стучала стульями об дверь. Потом спасла добрая женщина из технического персонала. Сразу прибежала на совещание. Всё.

Босс пытается насупиться побольше, но я замечаю, как дрогнули уголки его губ. Весело хмыкает.

— Разберемся. Стулья заменим, — не ругается, зато дальше вообще огорошивает: — Хочешь в больничку? Отправишься на лечение. Теряться в пространстве симптомы серьезные. И так удачно закрытые двери всегда перед тобой открываются. Мистика!

— Симптомы недоверчивости тоже запускать нежелательно, — бормочу себе обиженно под нос.

Наверное, босс уверен, что каждый ключ в его офисе под бдительным контролем. И даже самые дальние помещения надежно закрыты. А Светочка тогда добрая фея с белыми крылышками. Ага-ага, излишняя самоуверенность тоже симптом!

Артур поднимается. Накидывает пиджак. Закладывает личный ноутбук в специальную сумку, пока не отпускает меня.

— Мне можно идти? — напоминаю о себе.

— Да, иди собираться, Дарья, — кивает на дверь, поторапливая.

— Послушайте, вы не должны меня заставлять. Я все могу доказать, вместе сходим в подвал. Проверьте по камерам, если не верите. Не надо меня в больницу! Это же посягательство на мое личное!

Опять довожу начальника до смешка, у него даже плечи от веселья трясутся.

— Сегодня ты угрожала моим сотрудникам коброй. А сейчас-то чего испугалась?

— Ну вы же это… пристали с больницей, командуете…

— Нет, Дашенька, я еще не командовал. И ни в коем случае намеренно не посягал на то, что быть моим не должно. Лучше тебе и не знать, какой я бываю, если посягать на МОЁ личное, — подчеркивая, выделяет свою непобедимую значимость. — Ты едешь со мной и моим замом на встречу с партнерами в ресторан. Прямо сейчас отправляемся.

За дверью кабинета похожий звук, на тот, когда Светка упала со стула.

— А вы точно меня взять собирались? Разве не Свету?

— Тебя, тебя, мое персональное горе. Поедешь ты, чтобы не разгромила в мое отсутствие офис. Теперь ты у меня под особым присмотром!

Каким взглядом провожала нас Светочка, лучше не представлять даже отдаленно в воображении. Приснится еще, не дай бог, ее кисло-страдальческое личико.

— Да, и, Светлана, — возле выхода босс оборачивается. — Если мне будут звонить, на сегодня никого не записывай. В офис не вернусь.

— Хорошо, Артур Таги-ирович, — ноющим голоском чуть не плачет. — А Даша вернется?

— Нет, мы там задержимся до конца рабочего дня.

Мы с боссом выходим из здания. Он спокойный, сдержанный. А я разволновалась. Умеет ли Светка шить куклы Вуду? Вдруг она уже заготовки начала. Если нет, то начнет. Вторая по старшинству кузина изучала магию, надо с ней посоветоваться. Зря на родню наговаривала, ох, зря. Они у меня самые лучшие.

В служебной машине босс занимает почетное место возле водителя. От меня подальше, так подумалось.

Следом за нами прибегает запыхавшийся Андрей Николаевич, зам по корпоративным клиентам. Он садится рядом со мной на задние места для пассажиров. Я с ним мало общалась, хотя приносила на подпись какие-то документы. Старалась держаться от его кабинета подальше, у него в помощницах одна из гадючьих подружек Светочки.

— Даша, ну ты жгла на совещании. Скукота такая началась и тут ты, как аниматор с шоу-программой, — в дороге припоминает зам, и смеется при этом.

Андрей Николаевич был один из тех, кого не пугало, а смешило мое появление.

— Вообще я не такая, немножко разнервничалась, — скромничаю, переводя взгляд вперед.

Только получается, что мои глаза каждый раз цепляются за сосредоточенный профиль Артура. Мне не видно его лицо полностью. Он погружен в телефон. Деловой и всегда занятый мужчина.

— Хех! Если ты тогда немножко понервничала и чуть не откусила присутствующим головы, тогда мне уже интересно проверить, что будет, когда психанешь?

Андрей Николаевич не унимается.

Сразу понятно, я стала сегодня главной темой дня всего офиса.

И ладно бы в хорошем смысле… Эх.

— Еще такого не происходило, — отвечаю тихонько с самой невинной улыбкой.

— Угу, конечно, — босс фыркает спереди.

Это он мне или реагирует на сообщение?

Как же тяжело прикидываться, что в прошлом у нас ничего не случилось. Я не знаю, к чему Артур недовольно встряхнул головой, а уже покраснела. Он-то видел меня всякой разной. И даже… вообще без всего.

— Да ладно, не смущайся, Дашуня, — миролюбиво успокаивает зам. — Некоторым у нас давно пора было взбучку устроить. А что насчет кобры? Она настоящая?

— Настоящая, — хихикаю и тянусь достать из сумочки телефон.

— Че прямо змеюка громадная? Где ты ее держишь?

— Вот она, — показываю фото. — Зовут Ами, но папа упорно называет ее коброй или Годзиллой. Хотя это безобидный леопардовый геккончик.

Андрей Николаевич рассматривает фото.

Он привлекательный мужчина, примерно тридцати пяти лет. Если глянуть со стороны, то выглядит брутально, с бородкой. Сейчас его черты смягчились и рот растянулся в улыбке.

— Забавная ящерка, мне нравится, — хвалит моего питомца.

— Может, хватит уже? — грозный рык нас отвлекает от просмотра.

Подкидываем одновременно головы с замом. Пока рассматривали фотки, склонились над моим телефоном. Артур полностью развернулся к нам. Непонятно, что его взбесило и кто из нас. Но насупленные широкие брови начальника уже орут о сильном недовольстве.