Страница 9 из 76
— Поэтому Кованько гоняет своих с фланга на фланг и заставляет описывать не только японцев, но и наши позиции? — понял Ванновский.
— Точно. Учит людей замечать врага по малейшим признакам, ну а офицеры Мелехова учатся маскироваться.
— А я? — немного с обидой спросил Ванновский.
— А тут моя вина, — признался я. — Знал, что вы работаете с шарами, но не учел, что в какие-то детали они вас не посвятят. Кажется, наша с вами система секретности наконец-то начала по-настоящему приживаться. А то, помню, раньше нос воротили, а теперь — распробовали. Даже от вас что-то утаили!
— Ну вот, теперь непонятно, то ли гордиться, то ли пепел для головы готовить, — махнул рукой Ванновский. — Кажется, мне до завтра нужно будет много узнать, но… Сделаем! Даже если шары не справятся, у меня ползуны на передовой почти в сотне метров от японцев смогли окопаться!
— А саперы?
— Прошлись во всей линии фронта, везде не земля, а сплошной камень. О подкопе и думать нечего…
Я кивнул — классические методы взятия укреплений отваливались один за другим. Еще и главный план постоянно приходилось дорабатывать.
Так, деревянные понтоны могли держать броневики только в теории, а на практике — края обламывались, и машины слетали в воду. Пришлось добавлять конструкции стальной каркас, что разом заставило увеличить размеры. А за ними поползло и все остальное: количество нестроевых, чтобы их перевозить, дополнительные части прикрытия и даже увеличение ширины дорог, что мы прокладывали на передовой и в тылу.
Еще японцы наловчились уничтожать наши тахтаревки. Мы ночью прокладываем, они днем бомбят. В Инкоу-то как было: мы что-то уложим, они постреляют, и следующей ночью нужно было поменять дай бог с десяток секций. А тут японские артиллеристы, кажется, были готовы палить с утра и до самого вечера, пока наблюдатели видели хоть один прямой кусочек стали. Иногда закрадывалась мысль, а во сколько нашим врагам обходятся такие обстрелы, но… Если мы не победим, все эти рассказы про дыру в чужом кармане не будут иметь никакого смысла.
В итоге пришлось все же делать насыпи, настоящие и ложные, и вести полевые дороги только за ними. Времени ушло больше, чем хотелось, но, может, оно и к лучшему. По крайней мере, за эти недели в Европе разрешились все проблемы с блокировкой 2-й Тихоокеанской эскадры, и она ушла дальше в сторону Африки. Теперь дело за нами. Чтобы показать, кто настоящий хозяин на суше, чтобы кораблям было куда прийти, чтобы и на море у нас тоже появился шанс…
— Кстати, чуть не забыл, — Ванновский хлопнул себя по лбу. — Вячеслав Григорьевич, я же изначально к вам по-другому вопросу приходил. Пришли новости от Александра Александровича.
— И как? — я бросил взгляд на разведчика. По идее, будь все плохо, он бы не стал тянуть, но…
— Хорунженков смог, — выдохнул тот. — Растянул силы Куроки, прорвался у Шигпу и дал силам полковника Кима просочиться в Корею.
Просочиться… Очень мягко сказано для почти 10 тысяч боевых корейцев, которых мы готовили все эти месяцы. Если Ким не подведет, если сможет заручиться поддержкой местных и начать снабжать себя, то станет очень грозной силой во вражеском тылу… А там, кто знает, во что все это выльется. Я на всякий случай уточнил, развернули ли уже дополнительную антенну, чтобы ловить возможные передачи из Кореи — и пока нет — а потом все же снова сосредоточился на Квантуне и нашем собственном бое.
Все-таки уже завтра…
А у нас с вами завтра 9 мая! Всех заранее поздравляем и…
Напоминаем, обновления идут каждый день с понедельника по четверг — поэтому новая глава будет в понедельник. Будем всех ждать!