Страница 56 из 76
— Я бы сказала, что может быть опаснее… — Анна задумалась.
С одной стороны, все, что сказала Вера, было совершенно не важно. Она убийца, и она должна за это ответить. С другой стороны, почему все остальные используют правила только для своей выгоды? Как Вера правильно сказала — из них десятилетиями тянули деньги, тянули кровь рабочих и души тех, кто не давал им себя защитить. Так, может, хватит⁈ Она не судья, чтобы решать, кто прав и кто виноват. Но ей точно нужен человек, который знает, как работают все эти борцы за справедливость, который сумеет защитить не только этот, но и следующие поезда с броневиками и другими грузами.
Ее поезда!
— Вера…
— Вера Георгиевна.
— Вера Георгиевна, а как вы смотрите на то, чтобы поработать на меня?
Сергей Юльевич Витте уже две недели жил и работал в Ханое, и за это время столица французского Индокитая успела ему категорически надоесть. Даже погода раздражала! И пусть в Ляояне уже были холода, а тут температура редко опускалась ниже 20 градусов. Пусть местные искренне радовались прохладе после душного влажного лета. Но вот сам Витте страдал от пыли!
Она была везде: в воздухе, поднимаемая худощавыми рикшами и детьми, закутанными в обрывки одежды из синего хлопка, в доме — в занавесках, на одежде, даже в чашке с чаем, что ему каждое утро ставили на стол. А еще пыль была на нем самом! Витте с остервенением провел рукой по волосам, выдохнул, а потом с привычной для всех последних передовиц улыбкой вышел на улицу.
Сегодня его встретили только две одинокие вспышки, но Сергей Юльевич все равно жизнерадостно помахал журналистам. Остальные привыкли, что он и так каждый день после переговоров заглядывает в «Метрополь», и теперь предпочитали по утрам отсыпаться. Эти же двое оказались более въедливыми, а значит, потраченное на них время может потом принести пользу. В переговорах не бывает мелочей. Особенно когда от них зависит твоя карьера.
Витте дошел до автомобиля, специально привезенного вместе с ним «Лесснера-12», ловко запрыгнул на пассажирское сиденье и махнул водителю, чтобы стартовал в сторону резиденции генерал-губернатора. Огромный внушительный особняк, построенный в стиле барокко, был окружен огромным, под стать ему, парком, где любых случайных людей готовы были встретить французские патрули. Министр колоний Думерг, взявший на себя хлопоты по организации переговоров с японцами, очень трепетно относился к секретности.
— Я все подготовил, — на месте Витте встретил помощник, протягивая очередную стопку бумаг.
Темные синяки под глазами показывали, что ему приходится непросто. Еще бы, две недели почти без сна, но Витте взял за правило прорабатывать каждый вариант возможного соглашения во всех деталях. Даже те, которые, он знал, японцы точно не смогут принять. Но он готовился — вернее, заставлял Николая готовить — огромные стопки бумаг, на которых, казалось, лишь подписи двух императоров нужно поставить, и дело в шляпе. Мелочь, но тем сложнее его оппонентам было сопротивляться его давлению. Отрабатывая тысячи мелочей, они тратили силы, позволяя ему отстоять самое главное. Время.
— Добрый день, — князь Ито сегодня приехал пораньше и встретил Витте в малой гостиной. Один, без единого помощника. Впрочем, с его почти идеальным знанием русского они были ему особо и не нужны.
— Николай, подожди снаружи, — Сергей Юльевич принял приглашение поговорить наедине и отпустил своего адъютанта, который, если не дурак, воспользуется моментом и хоть немного доспит.
— Благодарю, — Ито кивнул и сразу перешел к делу. — Сергей Юльевич, мы здесь уже две недели и при этом не продвинулись вперед ни на шаг.
— Если бы вы просто выполнили все условия, что обещали нам до переговоров… Хотя бы вывели войска из Кореи. И дело бы точно пошло быстрее.
— Я уже говорил, желание сохранить хоть какие-то территории на континенте — это желание лично императора Мацухито. И разве это не ваши офицеры помогли корейцам отхватить север полуострова? Со своей стороны соглашусь, это получилось эффектно, но точно не помогло нам сблизить позиции.
Витте постарался сохранить каменное выражение лица. Это все Макаров, и пусть у него не было никаких доказательств, но бывший министр не сомневался, что это дело рук именно шебутного генерала. И ладно бы хоть предупредил! Нет, его заставили подстраиваться прямо на ходу! Впрочем, японцам пришлось гораздо хуже. Все-таки одно дело иметь возможность встретить русскую армию вдали от столицы Кореи и вымотать ее на бездорожье, и совсем другое, когда макаровские броневики фактически могут в любой момент выйти на дистанцию одного хорошего рывка до Сеула.
И опять его вспомнил!
— А мне кажется, — Витте говорил медленно, чтобы Ито точно понял каждое его слово, — что мы, наоборот, стали ближе к единственному возможному выходу. На суше вы не сможете победить. Любая попытка возобновить боевые действия приведет ко второму Дальнему, и на этот раз никто пса императора останавливать не будет.
— Мы же решили говорить прямо, так давайте продолжим. А что будет после этого? — Ито смотрел прямо в глаза Витте. — Япония лишится армии — допустим, это так. Но кончится ли война? Мы опять вывезем всех, кого сможем, и начнем высаживать десанты по всему побережью. Вы ждете флот! Но дойдет ли он, если начнется война?
В том, что японцы учитывают фактор подхода 2-й Тихоокеанской эскадры, Витте не сомневался. А вот акцент на слове «допустим» — раньше Ито не сомневался в силе русской армии, а тут… Что изменилось?
— Вам есть что мне рассказать? — он встретил взгляд князя.
— Вы можете думать, что против вашего флота выступит только адмирал Того. Возможно, если бы мы встретили его по частям, это бы так и было. Но если ваш флот объединится, если станет главной силой на востоке, то другие великие державы просто не смогут остаться в стороне.
— И чего же нам опасаться? — спросил Витте, продолжая делать вид, что они все еще говорят о флоте.
Ни он сам, ни японский князь не сомневались, что французы, не допустив сюда другие страны, сами точно не откажутся проследить за ходом переговоров. И не важно, людей они для этого используют, древние каналы в стенах или модные электронные устройства… Главное, любые договоренности уже через час будут у Думерга, а за очень нескромное вознаграждение — уже к вечеру и у любой другой заинтересованной стороны.
— Тысячи бронированных снарядов из Англии, САСШ и Франции встретят ваши корабли.
— Правильно говорить бронебойных, — Витте нахмурился. — И вы думаете, что снаряды к вам придут даже из Франции?
— Если Россия станет так сильна, как вы хотите, то кто откажется от возможности немного заработать и одновременно выровнять баланс в мире!
— И если Японии останется половина Кореи, то…
— То у нас вместе с ней останется возможность расплатиться с долгами, и я смогу убедить императора поддержать статус-кво…
Разговор действительно получился очень откровенным. Они обсуждали детали еще два часа, и только потом Витте вышел на улицу.
— В «Метрополь»? — на всякий случай уточнил Николай, уже готовясь поворачивать налево.
— Домой. На телеграф, — Витте покачал головой и ухватился за кресло, когда от резкого рывка руля вправо его вжало в липкую кожаную обивку.
Несколько секунд они ехали молча, но потом адъютант все-таки не выдержал.
— Война? — задал он самый главный вопрос.
— Кажется, да, — Витте недовольно наморщил лоб. — Князь рассчитывает, что сможет продать мои уступки своему императору, вот только даже он уже вряд ли что-то способен изменить.