Страница 27 из 622
Образ снова пульсировал. Ужасная боль пронзила ядро Рендидли Призрачного Гончего. И в то же время какая-то его часть почувствовала сильный приступ смущения.
Велио Данн серьезно подавлял это внутри себя все это время и я смог сразиться с ним только в ничью!?!?
Однако в мучительном процессе сопротивления было несколько преимуществ. Как и во всех тренировках, сложность сделала его особенно хорошим опытом. Его три образа были более тесно интегрированы, чем Рендидли когда-либо удавалось достичь в прошлом; необходимость сдвинула их вместе. В результате ранее рассеянная сила, которой Рендидли обычно владел с их помощью, была сконцентрирована.
Единственная проблема заключалась в том, насколько слаб был каждый отдельный образ по сравнению с Велио Данном
Внезапно прибыл новый импульс и заставил концентрацию Рендидли на мгновение ослабнуть. Потому что вместо странного портрета Эльхума и Истрикс, источник был позади него, глубже в его Духовном пространстве.
Рендидли повернул свой взгляд и изучил новоприбывшего. По сравнению с властным захватом слов Эльхума, эта новая память/образ была. теплой. И почти любящей. Ее пульсации, распространявшиеся по Рэндидли, не пытались исказить его так же, как первая. Он колебался лишь долю секунды, прежде чем перетащить большую часть своего оставшегося сознания к нежно колышущейся памяти. Рендидли легко погрузился в нее. И внезапно вся умственная боль, которую он испытывал, исчезла. Изменения были настолько резкими, что Рендидли втянул воздух. Его Ядро Незеров стабилизировалось и начало производить огромное количество густого Незера, который мог кружиться вокруг его тела. Его образы могли зализывать свои раны, и Иггдрасиль выпустил импульс целительной ауры через все три.
Они быстро начали приходить в себя. Туман в сознании Рендидли рассеялся, давая ему время осмотреться.
Находясь под продолжающимся влиянием воспоминания Эльхума, Рендидли чувствовал, как этот теплый образ медленно стирается. Он поглощался, чтобы защитить его. Но в то же время Рендидли чувствовал, как быстро набирается сил. В этом воспоминании было что-то такое настоящее. Даже просто находясь внутри него, Рендидли чувствовал умиротворение.
В воспоминании солнце согревало его кожу. Он стоял на поросшем травой холме. У подножия холма была каменная стена высотой до пояса. А на этой каменной стене кружился маленький гоблин с голубой кожей.
— Папочка, папочка! — позвала юная гоблинша. Она неуклюже перекатилась через верх каменной стены, а затем снова вскочила на ноги. — Смотри! Теневые кинжалы!
Юная гоблинша приняла позу. Жидкая тень поднялась из ее тени и влилась в руки, быстро сформировавшись в два кинжала. Когда они полностью сформировались, она дико замахала ими в воздухе, рискуя потерять равновесие от своих диких и агрессивных движений.
Более молодой и добрый Нрорсе усмехнулся, идя по грунтовой дорожке вдоль стены. — Очень впечатляет, Ивлин. Очень круто. Обещаешь защитить папочку, если появятся какие-нибудь монстры?
Глава 1717
Поздравляем! Ваш навык (Малая Эфирная Инокуляция вырос до Уровня 242!
Его сон был прерывистым, пока он резко не открыл глаза.
Рендидли поднялся с кровати. Его зрение было затуманено, но вскоре окружающее пространство прояснилось, и он понял, что находится в одной из гостевых комнат Нрорса. Его длинные ноги свисали с края кровати, рассчитанной на гоблина. Рендидли поморщился и перевернулся на живот. Его голень задела каркас кровати. Простонав, он протянул руку наугад. К счастью, кто-то поставил рядом с кроватью бочку с водой, которую Рендидли подхватил и быстро выпил несколько галлонов.
Затем он вздохнул и потёр лоб.
Появление того странного воспоминания о Нрорсе и Ивлин дало ему столь необходимую передышку. Однако, когда это воспоминание в конце концов исчезло перед ужасным поощрением Элхума, Рендидли пришлось вернуться и сражаться с воспоминанием в одиночку. Даже в его лучшем состоянии это было жестокое и напряжённое противостояние. И то, которое он определённо проиграл бы, если бы не его недавний рост Влияния. Только благодаря мощной привязке своего (Ядра Пустоты) он смог истощить воспоминание.
Теперь, когда ему наконец удалось рассеять его и исцелить часть урона, нанесённого его Классу и Навыкам, он заставил себя проснуться, чтобы проверить ситуацию.
Как по заказу, в комнату вошла Хелен с тарелкой, полной яичницы-болтуньи с нарезанным красным перцем и колбасой. Рот Рендидли дрогнул в улыбке, и он показал свою благодарность, тут же принявшись за еду. Хелен молча наблюдала за ним.
Опустошив тарелку, Рендидли пошевелил челюстью. Даже слова давались сейчас с трудом. — Сколько я был без сознания?
— Две недели, — ответила Хелен. Она внимательно осмотрела его. — Чёрт возьми, это было жутко. Ты ты полностью восстановился? Нрорс сказал возможно, остался некоторый урон твоему образу, даже несмотря на помощь.
Рендидли махнул рукой. Значит, воспоминание действительно пришло от Нрорса Я удивлён, что его образ был так силён
— Я уже сталкивался с чем-то подобным в прошлом. Тогда мне определённо пришлось приложить много усилий, чтобы оправиться от урона. Но то, что я уже имел дело с этим, означает, что сейчас я справился гораздо лучше. С этой помощью
Наконец, Рендидли замолчал. А затем он посмотрел на Хелен. — То воспоминание, что я видел. О Нрорсе и Ивлин. Почему оно было таким сильным?
Хелен на несколько секунд побледнела. Она поджала губы. — Я я не знала, что за вещь дал тебе Нрорс Так это было ну, по словам Клодетт то, что он дал тебе, было чем-то драгоценным под названием (Этериум). Нечто, что создаётся только когда кто-то пытается и терпит неудачу на (Пути Вершины). Успешные, чистые образы, которые кто-то использует для достижения этой цели, не могут быть по-настоящему уничтожены, поэтому они кристаллизуются.
Кожа Рендидли покрылась мурашками, пока он переваривал эту информацию. Значит, та вещь, которая помогла ему преодолеть воспоминание об Элхуме была остатком образа, причём мощным. И настолько чистым, что Рендидли даже не заметил, что это образ, а подумал, что это просто чистое воспоминание. И, судя по тому, что Рендидли слышал от пришедших гоблинов, которые умоляли Нрорса, и по содержанию воспоминания
Этот (Этериум) был одной из последних вещей, что осталась у Нрорса от его покойной дочери. Нрорс пожертвовал этой драгоценной вещью, чтобы помочь ему.
если только он не думает, что я смогу вернуть ему это.
Желудок Рендидли сжался. Он всё ещё был измотан, но это не было сейчас главной проблемой. — Где Нрорс? Я должен определённо поговорить с ним.
— Он — Хелен замялась, затем уверенно покачала головой. Её коса качнулась за спиной. — Он не выходил из своей внутренней комнаты с тех пор, как мы отнесли тебя туда, чтобы достать (Этериум). Я думаю сейчас ему нужно ещё немного времени, даже прежде чем ты поблагодаришь его. Но также есть кое-что, что я должна тебе показать.
Рендидли склонил голову набок, но Хелен лишь грустно посмотрела на него и жестом показала следовать за ней. Рендидли пригнулся под узкими дверными проёмами, когда она вывела его из небольшого, низко расположенного здания на холм. Снаружи он вдохнул свежий воздух но сразу же почувствовал разницу. Запах был другим. Его зрачки расширились, когда он оглядел ферму под ними. — Что чёрт возьми?
Трава на холме и полях внизу была жёсткой и жёлтой. Посевы увядали. Даже одомашненные медведи казались более худыми и вялыми, чем Рендидли помнил. Так много изменилось за две недели сна.