Страница 147 из 622
— Татьяна давала мне толстые папки с деталями моих инвестиций Честно говоря, мне было слишком утомительно смотреть на них. Поэтому я дал ей доверенность, чтобы она могла управлять всем Фондом Рэндидли, или как там это называется, — Рендидли снова махнул металлической рукой. Затем он поморщился и опустил взгляд на свою правую руку. — Честно говоря, я хочу не денег. Просто предупредите меня в следующий раз, прежде чем выпустить такую атаку — я принял ее прямо на себя. А это
— Что ты можешь выдержать, — отрезала Невия, тыкнув Рендидли половником для супа.
Он закатил глаза, но не стал спорить. Клодетт заставила себя опустить взгляд ниже его локтя и вздрогнула. Толстая черная рана покрывала большую часть его предплечья, куда он принял основную силу ее атаки, чтобы защитить этого идиота Иззи. Толстые усики запустения извивались наружу из раны, но их медленно оттесняли золотые и изумрудные корни собственных образов Рэндидли.
Невия снова толкнула Рэндидли. — Ты просто плохой проигравший.
— У меня не было времени полностью проявить свои образы, — проворчал Рэндидли, бросив на Невию недовольный взгляд. — Какое-нибудь предупреждение было бы кстати. Вот и все, что я говорю.
— Ты жив. Что еще важно? — вставил Люцифер, заслужив широкую улыбку и вторую порцию от Невии. Но мускулистый саблист продолжал уткнуться лицом в еду, чтобы избежать испепеляющего взгляда Рэндидли.
Клодетт молчала, несколько утешенная их непринужденным отношением. К тому же, эта последняя атака была поводом для ликования: в тот момент она почувствовала всю мощь своего образа. Ее предыдущие атаки были лишь смутными приближениями к образу, который они с Рендидли так долго пытались создать, по сути, это были попытки, когда Клодетт еще не совсем правильно владела своей новообретенной силой, чтобы достичь должного эффекта. Сила, которую она смогла высвободить, составляла лишь половину ее истинных способностей, и даже она все равно превзошла тех двух глупых мужчин.
Но затем, почувствовав угрозу от прибытия Клариссы и Люцифера, Клодетт инстинктивно нашла свое равновесие и нанесла удар, который мог бы сравнять с землей западную часть фестивальной территории, если бы Рендидли не принял на себя всю мощь атаки.
Насколько же высоки твои характеристики физической защиты?
Размышляла Клодетт. Весь ее образ, хоть и версия, еще не знакомая с новообретенной цельностью ее силы, оставил на нем лишь след. Этот след, вероятно, дал бы ей преимущество в более длительной битве, но было слегка неприятно, что атака, которая, по ее мнению, могла бы сравнять город с землей, была просто поглощена им.
— Значит, вы из Нексуса, верно?
Клодетт обернулась к говорящему. Кларисса обладала поразительно прямолинейным характером. Ее глаза сияли, когда она проглотила еще один кусочек супа и подалась вперед. — Каково там? Знаете, когда Рендидли будет готов открыть транспорт, многие из нас захотят исследовать широкую вселенную.
Клодетт увидела, как плечи Рендидли напряглись, но он не поднял взгляд от своего спокойного исцеления руки. Внезапно, многое из его внутреннего стремления совершенствоваться и защищать это место обрело для нее смысл.
Люди его планеты понятия не имеют, что такое Нексус. И из-за плотности Пустоты в этих изолированных мирах есть некоторые странные отклонения в том, как развиваются их образы. Именно такое положение дел побудило бы Гильдию Гравюры разорвать их души в клочья, чтобы выяснить, как и почему. Даже мой отец
Невия улыбнулась Клариссе и перевела разговор. — Ты хочешь отправиться в Нексус, прежде чем пройти все Катаклизмы? К тому же, если хочешь приключений, разве скоро не откроется портал между недавно добавленными мирами Немесаев? Я подозреваю, что это будет не просто отпуск в странных местах, включенный в это открытие. Пантеон усердно работает.
Кларисса продолжала жаловаться, но Нексус больше не упоминался. Рендидли оставался в углу кухни, вздыхая, а Клодетт опустила голову, пытаясь запечатлеть то чувство цельности, которое она на мгновение уловила. Та чистая паника, которая подпитывала ее атаку, была ключом, изменившим все.
Если она хотела иметь хоть какой-то шанс противостоять отцу, это было то, что ей нужно было освоить.
Альта взревела и раскинула руки. Волны серого пепла разлетелись от ее конечностей, наполняя воздух едким, цепляющимся смогом. Азраэль пронеслась мимо нее, мимолетная и потрескивающая красная комета, и врезалась в столб солнечного света, который этот вторженец создал вокруг своего тела.
Золотой столб потускнел, даже когда Азраэль металась взад и вперед, отскакивая от проявления образа и отлетая, словно ее притягивала туда гравитация. В этот момент вторженец понял, что навредить или повредить Азраэль невозможно; он просто продолжал укреплять свою защиту и поднял чешуйчатую руку, чтобы указать на Древнюю Ткачиху. Пульсирующий дротик золотого огня устремился вниз, стремясь уничтожить ее частично возведенную паутину.
Император Земляной Голем встал между ними, раскинув руки и приняв удар прямо на себя.
Черпая из глубокого колодца значимости и бессознательных образов, к которым имел доступ весь Пантеон, Император принял удар и выдержал его. Прежде чем его тело сломалось, дротик вспыхнул и погас. Древняя Ткачиха закончила свою работу и выпустила свою паутину вращающимся броском. Снаряд прилип к золотому столбу и еще больше приглушил его свет.
Воспользовавшись этой возможностью, Альта бросилась вперед и вызвала огромного демона промышленного прогресса. Аватар загрязнения и жертвы придал форму клубящемуся вокруг нее пеплу, даровав ей чудовищные когтистые крылья. Ее тело изменилось, приближаясь к металлическому панцирю, которым она обладала к концу своей жизни, когда она колотила по золотому столбу. Она достигла вершины своей разрушительной мощи и высвободила ее без колебаний.
В то же время, когда Альта атаковала, Азраэль встала на ноги и ускорилась, превратившись в пронзительную багровую полосу. Они ударили по совершенно противоположным сторонам золотого столба.
Золотой свет разбился, падая зазубренными кусками, пока не достиг земли и не начал распадаться. Наконец, фигура вторженца была раскрыта, когда он упал в кратер и опустился на обломки. Чешуйчатый гуманоид оглядел их всех, кровь сочилась из уголка его рта. Его мускулистое тело было в синяках и измождено, но Альта все еще была настороже; их истинным врагом был золотой призрак, парящий за этим телом.
Даже если они убьют этого парня, она почему-то подозревала, что золотой дух не пострадает. И если он вернется снова
Альта собрала пригоршню серой разрушительной энергии, чтобы воспользоваться этой возможностью для удара, но внезапно рядом с ней появилась фигура и положила руку на ее предплечье. — Подожди.
Длинные лавандовые волосы Лукреции развевались вокруг нее. По сравнению с суровой группой Пантеона, сражавшейся с этим врагом, она казалась неземной, когда проекция солнца исчезла, оставив ее омытой светом звезд. Лукреция сделала несколько шагов вперед, улыбаясь вторженцу. — Ты силен. Но сражаться с нами здесь, используя это тело как посредника? Ты потерпишь поражение.
Вторженец цокнул языком, но не ответил.
Лукреция сделала еще один шаг вперед. — Ты готов объяснить, почему ты здесь? Мы почувствовали твой злой умысел по отношению к Рэндидли, когда ты прибыл; это и было причиной, по которой мы притащили тебя сюда для этой личной беседы.
— Рэндидли? Хм. Значит, это его имя, — пробормотал вторженец себе под нос.