Страница 239 из 624
Столб света вырвался из Паоло, и крики и одобрение толпы стали трутом для пламени, горящего в его сердце. Это был не совсем тот же нерушимый свет, который выпустила Алана, но он, по крайней мере, обладал тем же свойством — был ярким, что, казалось, ещё больше возбуждало публику. Они повышали голоса и трясли конечностями, охваченные безумием конфликта.
Алана покосилась на восходящий образ Паоло, затем вернула свой взгляд к тяжело дышащему Кейлу перед ней.
— Если он продолжит принимать все эти чужеродные влияния в свой образ, его ждёт грубое пробуждение.
— Он справится, — Кейл выдавил слабую улыбку, и затем оба противника слились в движении. Хотя у неё явно не осталось столько мощи в её образе, Алана Донал по-прежнему была человеком на Земле, который больше всего тренировался в бою за последние несколько лет. Её шаг, выпад, а затем последующий взмах копьём были невероятно быстрыми.
В лучшем случае он мог держаться наравне, но он больше не был в своей лучшей форме. Кейл отразил выпад, но мог только отлететь назад, когда Алана нацелилась на его раненую руку. Её копьё глубоко вонзилось в запястье его больной руки. Но когда Кейла отбросило назад, он извернулся в воздухе и ещё раз проявил свой суровый образ над головой. Линия казалась такой тонкой, но она чётко разделяла бесконечность.
— (Меч Триумфа)!
Алана напряглась, но она не была целью (Навыка). Вместо этого казалось, что Кейл возвёл несколько молниеносных барьеров вокруг Паоло.
Рендидли прикусил губу, но затем в глазах Рендидли постепенно расцвело понимание, когда Паоло быстро взорвался от силы образов, которые он поглощал. Потоки продолжали поступать в него из толпы, но теперь ничто больше не могло вытечь. Его тело, ограниченное (Абсолютными Разделами) Кейла, было сосудом для быстро растущего давления этих образов. Пока он стоял там и, казалось, быстро приближался к какому-то взрыву, когти Виваньи беспомощно царапали барьеры, созданные Кейлом. Рендидли почувствовал, как на его лице появляется лёгкая улыбка. Результат не такой интегрированный, как (Комбинированный Навык) Динеша и Тайкса, но я уже могу сказать, что этот эффект будет гораздо более преувеличенным
На долю секунды Алана нахмурилась. Но в конечном счёте она проигнорировала дрожащего Кейла и набросилась на Паоло.
— Виванья, сменись.
— Кхе. Тебе повезло, человек, — Виванья свирепо посмотрела на ликующего Паоло, а затем бросилась к Кейлу. Увидев приближение дракона, Кейл стиснул зубы и восстановил равновесие. Как и Алане, казалось, что (Навык), который он использовал, стоил ему немало (Силы Воли). Ему также пришлось заменить один из своих длинных ножей, который был разбит Аланой, но он занял оборонительную стойку и стал ждать приближения Виваньи.
И снова свет собрался вокруг Аланы, пока она двигалась вперёд, но этот свет, казалось, делал детали окружающего пространства более чёткими, а не заслонял её личность. Её образ изменился, как только она исчерпала свой образ божественности. Цветовой контраст её личности взлетел вверх, делая пламя вокруг неё ярко-оранжевым, а её крылья почти ослепительно белыми.
Вкус её образа снова немного изменился, когда она подняла копьё. Она больше не была чистой валькирией, а пророком. Когда её рот открылся, что-то освящённое и почти твёрдое вытекло наружу: она произнесла слово Бога.
— (Копья, Которых Так Много, Что Они Звучат, Как Дождь).
И Рендидли мог слышать это в последующие моменты, шипящий удар сотен атак копьём, которые Алана выпустила наружу, каждая из которых имела обманчивую силу. Это были удары, которые могли бы уложить любого из участников ниже топ-8. Но, похоже, Кейл очень тщательно подошёл к созданию этих барьеров, потому что они треснули, но не совсем разбились. Глаза Аланы обострились.
Она слегка отступила, и интенсивность её образа снова возросла. Волны жара начали подниматься от её жемчужных крыльев, как будто перья были вечными языками пламени. Её глаза были полны решимости, когда она смотрела на фигуру Паоло.
— (Четвёртое Откровение: Божественность).
Последовавшая интенсивная яркость отличалась от первой активации. Рендидли прикусил губу; она развивала свой образ всё дальше с каждым использованием. Да, Алана снова была эпицентром этого явления, но вместо того, чтобы быть ослеплённым светом, форма Аланы, казалось, разбухала и заполняла внимание зрителя. В этой низменной форме осколок божественности, который она направляла в своём образе, стал всепоглощающим. И с этой силой на острие своего копья она устремила своё оружие вперёд.
В то же время Паоло взорвался ураганом силы. Вся энергия его образа, которая под давлением поступала из толпы через его тело, наконец вырвалась наружу сквозь барьеры Кейла изнутри. Так что он плыл во главе лавины концентрированных образов, дико размахивая кулаками, бросая вызов всему и вся на своём пути.
Две силы столкнулись, и Рендидли поджал губы в тонкую линию; битва приближалась к той точке, когда он был уверен в своей собственной безопасности, но будет труднее обеспечить здоровье участников. Его три образа плавали в его крови, медленно изменяя его тело в подготовке к тому, что может последовать.
И противостояние продолжалось, пока Рендидли наблюдал. Столкновение было немного похоже на два бьющих друг в друга фонтана воды; капли разлетались во все стороны, но не было немедленного победителя. С добавлением образа аудитории Паоло смог заставить Алану зайти в тупик. То, чего ему не хватало в деталях, он компенсировал целеустремлённым стремлением к силе.
В этот напряжённый тупик вмешался Кейл. Ловкими пальцами своей неповреждённой правой руки он потянулся вверх и схватил разбитые края барьеров, которые он сотворил вокруг Паоло. В конце концов он остановился на зазубренном осколке, который мерцал в его руке, даже когда начал распадаться и рассеиваться. Но пока он оставался, он нанёс удар вниз по Алане.
— (Победа, Разъединённая).
Белый полумесяц света устремился вперёд к Алане. Осколок в руке Кейла разлетелся на куски, даже когда рука, державшая его, была разорвана на куски.
Зрачки Рендидли мгновенно сузились до размера булавочной головки. Под поверхностью жеста Кейла кипело множество значений и образов, что придавало удару значительно возросшую силу, основанную на присутствующей символике. Но так же быстро, как Рендидли осознал угрозу, которую он представлял, Виванья пришла в движение. Она бросила своё тело перед атакой и скрестила крылья в качестве дополнительной линии защиты. Толстые слои льда образовались на её теле
Виванья приняла на себя основной удар и с силой врезалась в арену, сотрясая окружающую землю. Большая часть её левого крыла была разорвана в клочья, и из раны на её боку хлынуло столько крови, что ею можно было бы наполнить небольшой ручей. Некоторые из её органов были отчётливо видны сквозь разорванную плоть. Тем не менее, у белого полумесяца было достаточно силы, чтобы продолжить движение вниз и поразить Алану.
Её образ божественности был чисто рассеян разрушенной природой комбинации атак Кейла и Паоло, но то же самое произошло и с образом Паоло; проблема заключалась лишь в том, что Алана этого совсем не ожидала. Быстрый анализ `
Указывалось, что Вивания получила серьезные повреждения. У Рендидли не было возможности видеть ее (Здоровье), но, судя по крови, потере сознания и тому, как ее образ был уничтожен, он принял решение.
— Вивания выбывает из матча, — объявил Рандидли. В то время как Паоло проводил силовой захват Аланы, Рендидли использовал (Абсолютную хватку Иггдрасиля), чтобы обвить тело тяжелого дракона корнями и поднять ее к медикам. Конечно, не успел Рендидли поднять Виванию с земли, как она пришла в сознание и начала вырываться.