Страница 167 из 624
Дерек продолжал идти вперед к главной магистрали, ведущей в Харон и из него, но шаги Хайди постепенно замедлились. Ее глаза были устремлены на хрупкие веревки мостов, которые скрипели из стороны в сторону от ветра и случайных шагов людей.
— Дерек разве мы не должны просто патрулировать Харон?
С большей скоростью, чем ожидала Хайди, Дерек развернулся и изучающе посмотрел на нее острыми глазами. Этот взгляд стал клинком, который пронзил ее тело и пригвоздил к земле. Пока он смотрел на нее, Хайди чувствовала себя редкой бабочкой, которую было очень трудно поймать, а теперь победоносно подавленной злопамятным коллекционером насекомых.
Но постепенно выражение лица Дерека смягчилось.
— мы не уйдем. И, полагаю, ждать здесь тоже неплохо.
Итак, они стояли: Хайди смотрела в землю и гадала, злится ли он на нее, а Дерек смотрел на мосты. Они ждали около трех минут, прежде чем тощий человек с чрезмерным количеством волос на руках поднялся в Харон и огляделся. Даже несмотря на то, что способность Хайди к обнаружению образов была гораздо менее острой, чем у Дерека, ее взгляд сразу же зацепился за этого молодого человека, когда он вошел в ее поле зрения.
Мужчина привычно почесал руку и огляделся взглядом, отягощенным чрезвычайно глубокими фиолетовыми мешками под глазами. По его искривленным губам было ясно, что у него нет никаких положительных намерений по отношению к Харону.
Дерек тут же шагнул вперед.
— Простите, сэр, могу я задать вам несколько вопросов?
Голос Дерека был тихим, но он тут же привлек внимание всех, кто входил и выходил из арки. Эти люди подсознательно замедлили шаг, чтобы получше рассмотреть происходящее. Столкнувшись со спокойной улыбкой Дерека, мужчина с тяжелыми мешками под глазами неуверенно посмотрел по сторонам.
Даже те, кто не из Харона, узнали бы бросающийся в глаза символ Ордена Дуцис на руке Дерека и Хайди. Молодой человек откашлялся.
— Я простите, вы не ошиблись человеком? Я просто здесь
— В Хароне живут одни из самых искусных пользователей образов в мире, — перебил Дерек. Его улыбка стала шире. — Неужели вы действительно думали, что сможете войти сюда со всей этой обидой и злой волей и остаться незамеченным?
Хайди пошевелила пальцами, а затем опустила руки к паре наручников на поясе. Даже если она все еще чувствовала некоторое беспокойство по поводу мнения Дерека о ней, это, по крайней мере, было хорошим отвлечением. Поскольку они заменяли патрульных, Хайди была готова выплеснуть часть своего разочарования через арест.
Она никак не ожидала, что молодой человек долго посмотрит на Дерека, а затем разрыдается.
На данный момент они отвели его обратно в участок, чтобы поместить в камеру предварительного заключения. Затем, в течение следующих шести часов, Хайди бросалась за Дереком Моссом, наблюдая, как он избегает несчастий, связанных с пребыванием рядом с ней, а также небрежно перехватывает других людей со злыми намерениями, когда они входили в Харон. В общей сложности они поймали пять таких человек до окончания их смены.
Хайди понимала принципы, лежащие в основе того, что делал Дерек. Духи мха Харона, естественно, тянулись к людям, которые любили Харон, и избегали тех, кто
люди, которые ненавидели Харона. А из-за огромного количества духов мха, которые производил город, практически каждый, кто хотел попасть в Харона, не мог избежать прохождения через районы, хотя бы изредка заполненные духами мха.
Дерек просто наблюдал за всем Хароном, выискивая малейшие отклонения в движениях духов мха. Что было особенно сложно, потому что духи мха вели себя беспорядочно даже в лучшие времена. Одна мысль об этом вызывала у Хайди головную боль.
Практически весь энтузиазм Хайди вернулся, как только все преступники оказались в камерах предварительного заключения. Она ухмыльнулась, глядя на Дерека: Хе-хе, да нам просто обязаны дать благодарность за это! Мы захватили этих дураков еще до того, как они успели что-либо совершить .
Дерек нахмурился: Это не совсем так. Если кто-то внимательно наблюдал, он бы понял, что у Харона есть возможность обнаруживать лазутчиков. Для силы с гнусными намерениями это довольно важная информация .
— Ты всегда такой негативный, — пробормотала Хайди.
Дерек пожал плечами: Издержки профессии, наверное. В любом случае, готова к новым допросам?
Глава 1428
В укромной роще деревьев маленькие конечности Делайлы резко двигались, когда она втайне практиковала свои новообретенные навыки. Несмотря на юный возраст, Делайла продолжала выполнять движения, активируя навык, ощущая физическое движение своего (Пепельного удара) всем телом. Ее решимость была очевидна благодаря ее настойчивости, наедине с деревьями и тенями.
Минуты превращались в часы, но она продолжала практиковаться, как делала каждый день почти четыре недели. Воистину, она была ребенком лучших и самых ярких представителей Доннитона. С юных лет и Дозер, и Энни внушали своей дочери необходимость накапливать практику. Они позволяли ей немного личного времени, потому что понимали, что разнообразие и опыт также важны для детей, но эти двое, ставшие сильными под Системой, никогда не позволят своей дочери упустить важность практики.
Все началось с повторения.
Глаза Делайлы были серьезны, когда она думала о том раздражающем мальчике, который безжалостно избил ее всего месяц назад. Эта сцена оставалась яркой в ее сознании, ничуть не размываясь; его присутствие было причиной, по которой Делайла не смела расслабляться. Даже сейчас она не была уверена, что этого объема работы будет достаточно, чтобы компенсировать разницу в их способностях. Три навыка, которые она узнала от таинственного женского голоса, не казались невероятно мощными. Хотя (Пепельный удар) демонстрировал явную силу атаки, (Пепельная мантия) и (Голос безнадежности) были гораздо более запутанными навыками.
С того момента, как она увидела последние два навыка, у Делайлы появилось плохое предчувствие в глубине души.
Именно поэтому она так отчаянно практиковала (Пепельный удар). Потому что, когда Делайла первоначально пожаловалась голосу, голос просто рассмеялся и сказал ей, что Делайла сама выбрала эти навыки, и голос ничего не может сделать.
Поэтому Делайла практиковалась, горя желанием стать сильной.
Конечно, она не практиковалась по-настоящему втайне. Она была таким прямолинейным ребенком, которого легко обмануть и который рекламировал свои мысли каждым своим движением. В воздухе над рощей деревьев Делайлы парили две тенистые фигуры. Обе молча наблюдали за тем, как девушка внизу борется и потеет.
Оба наблюдателя видели вокруг этой девушки разных призраков. В той же степени, в какой они смотрели на настоящее, эти двое заглядывали в прошлое.
Постепенно Альта почувствовала, как от формы Лукреции, стоящей рядом с ней, начинает исходить веселье. Альта поджала губы и задушила свое раздражение, как только оно зародилось. Но это, казалось, еще больше забавляло Лукрецию; казалось, ее подавление раздражения было замечено. Наконец, Альта больше не могла этого выносить. — Что такое? Почему ты такая самодовольная?
— Ничего, — легкомысленно сказала Лукреция, едва сдерживая смех.
Альта послала всплеск своего влияния как член пантеона Альфа Космоса, чтобы подтолкнуть Лукрецию в бок. Это, казалось, только подстегнуло веселье Лукреции, и вскоре громкий смех вырвался из ее рта, чтобы разлиться по окрестностям. Альта поспешно мобилизовала большую часть своего влияния как члена Пантеона, чтобы заглушить шум, чтобы не привлекать внимания.