Страница 556 из 627
Сидни методично оглядывала разрушенные городские кварталы и руины стадиона в конце хаотичного бедствия. Местами еще поднимался дым от развороченной земли. Улицы сложились сами в себя, здания были сровнены с землей, камень и сталь обуглены и расплавлены.
Остатки бегства Немезиды долго удерживали ее внимание. Она поджала губы. Лед и электричество бегали по ее рукам, но не могли найти выхода для своей могучей силы. Она опоздала на футбольный матч и была заблокирована барьером, как и все остальные в тот роковой день. Воспоминание о ее чувстве бессилия до сих пор наполняло Сидни раздражением.
Тем не менее, она верила, что барьер не может быть неуязвимым. Ничто не было таковым на самом деле.
Поэтому она создала формацию, которая позволила бы ей свободно смешивать свои два элемента и высвободить свою самую мощную атаку. Процесс занял время, но конечным результатом должен был стать взрыв силы, наполненный образом, который она разрабатывала. Она была всего в нескольких мгновениях от начала атаки, когда подняла глаза и именно в этот момент прибыл Рендидли Гостхаунд и уничтожил барьер.
Конечно, она быстро остановила свою формацию, но этот процесс оставил ее измотанной. Она двинулась, чтобы помочь в битве против Немезиды, но действие развивалось слишком быстро, чтобы она успела за ним в своем измотанном состоянии. И так получилось, что Немезида вырвалась как раз с противоположной стороны стадиона, где готовилась Сидни.
К тому же солдаты Зоны 1, которых не пустил барьер, в основном запрудили улицы и заслонили ее Восприятие. К тому времени, когда она заметила, что Немезида покидает стадион, было уже слишком поздно. Город рушился, и Немезида сбежала.
Сидни стояла на вершине частично разрушенного здания на краю разрушений. Прошло уже несколько дней после нападения, и только сейчас всерьез началась уборка. Пока она рассматривала знакомые пейзажи, по лестничной клетке до верхнего этажа, где она стояла, донеслись шаги. Но Сидни не двинулась с места. Она просто смотрела на обломки.
Всегда чуть-чуть не хватает
Охранник распахнул дверь на крышу и вздохнул, увидев Сидни. — Мэм, я не знаю, сколько раз я вам это говорил, но эта территория закрыта. Обещаю, в следующий раз у меня не будет другого выбора, кроме как арестовать вас за незаконное проникновение.
Сидни взглянула на мужчину, и он беспомощно пожал плечами, увидев ее холодное выражение лица. — Это для вашей же пользы; а что, если вы подниметесь сюда и навредите себе?
Какая-то часть Сидни хотела продемонстрировать этому раздражающему мужчине, что на самом деле у нее очень мало шансов пораниться из-за ее высоких характеристик, но другая часть знала, что это того не стоит. Вместо этого она одарила его холодной улыбкой. — Не волнуйтесь, это последний раз, когда вы меня видите.
И с этими словами Сидни использовала свой навык (Громовые шаги) и пересекла небо в мгновение ока. Она оставила после себя шипящее пятно на бетоне и подпрыгивающего охранника. Ее выражение лица было напряженным и искаженным.
Даже если я пропущу их и в этот раз, я не сдамся. Я выясню, кто виноват в боли Дрейка и заставлю их заплатить.
— Госпожа Президент! — Госпожа Президент, сюда, пожалуйста! — Президент Грейман!
Толпа репортеров толкалась, поднимая руки, чтобы их выбрали задать первый вопрос на пресс-конференции. Теодора Грейман старалась сохранить достаточно скорбное выражение лица, и в то же время не допустить, чтобы ее траур казался слишком эмоциональным. Она указала на репортера, и женщина поправила свой пиджак, прежде чем заговорить.
— Госпожа Президент, учитывая окончательное число погибших, объявленное следователями действительно ли вы считаете, что ваша администрация сделала все, что в ее силах, чтобы обеспечить безопасность людей, посетивших игру?
В основном эта пресс-конференция была упражнением в том, чего нельзя говорить. В некотором роде это была игра, в которой репортеры были соучастниками: как лучше всего продемонстрировать, что вы услышали вопрос репортера, не затрагивая опасные темы, которые репортер хотел из вас вытащить.
Нельзя сказать, что вы старались изо всех сил, потому что это означает, что администрация Грейман была не в состоянии управлять Зоной 1 перед лицом таких угроз. Нельзя сказать, что вы не старались изо всех сил, потому что это означает, что администрация Грейман из-за лени или некомпетентности допустила эту трагедию.
Нельзя называть это трагедией, потому что тогда люди укажут на то, что она, как президент, виновата. Нельзя отказываться говорить о том, что произошло на стадионе. Потому что это была самая большая потеря жизней в истории Земли после Системы.
Теодора Грейман также прекрасно понимала, что она не может винить очевидного козла отпущения, Орден Валерем; у ее администрации и Ордена Валерем не было другого выбора, кроме как полагаться друг на друга прямо сейчас. Пока обе стороны были в состоянии взять на себя часть вины, ни одна из них не будет уничтожена, взвалив на себя всю тяжесть этого инцидента. И сотрудничество друг с другом было лучшим шансом попытаться восстановить свою репутацию до приемлемого уровня.
Президент Грейман печально покачала головой. — Это была битва информации, к которой нам нужно было подойти по-другому; мы понятия не имели, что Немезида и их союзники смогут создать такой барьер, который сможет удержать наши тысячные отряды быстрого реагирования за пределами стадиона. Кроме того, мы не знали о масштабах способности к телепортации, которой обладал Крылатый Змей.
Затем она драматично сжала кулак. Лишь на мгновение она позволила своей вполне реальной ярости прорваться наружу. — Но я обещаю вам это. Нас больше не застанут врасплох.
— Но, госпожа Президент
— Президент Грейман! — Если позволите, госпожа Президент — Простите, Президент Грейман!
Прежде чем репортер успела задать острый уточняющий вопрос, ее голос был заглушен окружающими. Президент Грейман окинула взглядом зал и указала на человека, с которым у ее администрации было что-то вроде договоренности.
И, как она и ожидала, когда он встал, он улыбнулся и задал довольно простой вопрос. — Итак, что вы делаете, чтобы предотвратить повторение подобного?
— Подготовка началась немедленно; все государственные учреждения будут оснащены специально разработанными боевыми дронами, хранящимися на территории, чтобы такой барьер не мог нас парализовать, как это было в прошлом. Будьте уверены, у нас есть лучшие ученые, разрабатывающие дроны с искусственным интеллектом, которые могут учиться и развиваться во время боя, останавливая агрессоров еще до того, как они осознают угрозу. Без угрозы барьера
— Почему бы вам просто не научиться разбивать барьер, как это умеет Гостхаунд?
Вся комната замерла. Теодора Грейман почувствовала что-то странное в воздухе. Это был вопрос, который не должен был быть задан, и уж точно не так прямо. Что-то было не так с пресс-конференцией.
Молодая женщина, стоявшая в задних рядах, почти застенчиво улыбнулась Теодоре Грейман. У нее были светло-серые глаза и черные волосы до плеч. Хотя на ее груди был значок прессы, Теодора Грейман не узнала имени: Хайди Мордат. Скорее, чем для репортера, ее пышное черное платье больше подходило для ведьмы.
— Вы — уверенно начала говорить президент Грейман. Она знала, как ответить на это. Она практиковалась, как справляться с вопросами о Рендидли Гостхаунде, прежде чем созывать эту пресс-конференцию. Ее разум быстро перебирал несколько оправданий, почему они не могут делать то, что может Рандидли. Но когда она посмотрела в серые глаза молодой женщины